Избранный (СИ) - Зарецкий Максим - Страница 38

— Я так понимаю, это ваше мёртвое тело мы видели в реальном мире, мастер? — спросил его Айден и, дождавшись кивка, демонстративно осмотрелся. — И вы каким-то образом перенесли меня сюда. Зачем?

Старик слегка склонил голову, но всё же ответил.

— Море души — занятная вещь. О нём мало известно практикам низких ступеней. Слишком сложно его почувствовать, ещё сложнее развивать. А навыков и техник, хоть как-то взаимодействующих с ним, всего ничего, и все они по большей части сосредоточены в наших руках.

Заметив вопрос во взгляде Айдена, мастер усмехнулся.

— В руках храма Феникса, конечно. Ты смог каким-то образом проникнуть ко мне в обитель, но так и не понял, кто я такой. Это вызывает вопросы. Не думал, что найдутся практики, которые меня не знают. Что же до твоего второго вопроса, то ответ прост — я перенёс тебя сюда, чтобы пообщаться, конечно. Пока захватываю твоё тело, хотелось бы немного больше узнать о мире там, снаружи.

— Захватываете тело? — Айден нахмурился, вот это неприятный момент.

— Да, — с улыбкой подтвердил старик. — Не думаешь же ты, что ограбление великого старейшины храма Феникса сойдёт тебе с рук? Да и я хочу вернуться в реальный мир, не собираюсь умирать. К тому же, начав захват моря души, остановить это уже невозможно. Вини только себя за это. Пока захватываю твоё море души, расскажи-ка мне, чем закончилась война? Она ведь уже закончилась?

— Кто сказал, что я позволю вам захватить своё тело?

— О, перестань, — махнул рукой мастер. — Ты ничего не смыслишь в сражении душ, это очевидно. Так какой результат от нашего с тобой сражения ещё может быть? Тем более, когда с тобой сражается тот, кто почти прикоснулся к бессмертию?

— Почти не считается, — Айден покачал головой. — Вы умерли, не смогли прорваться. И сейчас пытаетесь захватить моё тело. Не думайте, что сможете так легко провернуть это.

— А что ты такого можешь сделать? Я отвечу — ничего. Так что просто будь хорошим младшим и расскажи, что сейчас происходит в настоящем мире. Ну или можешь не говорить, я всё это узнаю из твоих воспоминаний чуть позже, но тогда тебе будет очень больно перед своим уходом за грань.

Разум Айдена пронзила острая боль. Яркие вспышки из своих и чужих воспоминаний замелькали в его голове. Он словно бы видел свою жизнь от самого её начала и до этого момента, и одновременно с этим просматривал вспышки из чужих воспоминаний. Новая вспышка боли, от которой перед мысленным взором у него всё помутилось, принесла ещё один каскад образов, мужчины и женщины, дети и старики, мастера боевых искусств и простые смертные проносились вереницей перед ним.

— Как интересно, ты сирота? — голос старика раздался очень близко. — Простой парень из заштатного мира на самой окраине? Как мой корабль вообще тут оказался? И эти звёзды… что они такое?

Айден ничего не ответил. Вместо этого он сам всматривался в чужие воспоминания. Наследник одного из кланов храма Феникса, сильнейший в молодом поколении, юное дарование, этот человек стремительно становился сильным. Красный ранг, полученный ещё до совершеннолетия, сделал этого мастера главным претендентом на звание старейшины. И его шансы прорваться к Небесному рангу были как ни у кого высоки. Дарование и талант, встречающийся раз в тысячу лет.

— А это что, обучение у храма Дракона? — удивление старика было неподдельным. — Они взяли такую посредственность? Как это возможно? И почему я вижу руины?

Старик продолжал всё задавать и задавать свои вопросы, пока Айден просматривал его воспоминания, и с каждым мгновением эти образы становились всё отчётливее. А вот у старика начались явные проблемы.

— Ты Наследник храма Дракона? Проклятье! Почему такие хаотичные образы? Наше море души сливается! Что ты делаешь? Что это такое?

Айден вдруг почувствовал теплоту, которая неожиданно окутала его разум. Чем-то это походило на родительские объятья, как он их помнил. Боль постепенно уходила, а процесс поглощения его воспоминаний сильно замедлился. Море души Айдена успокоилось, а перед внутренним взором парня появился образ камня-артефакта, который он всё-таки решил взять с собой на свой страх и риск в эту экспедицию. Именно он сейчас защищал его разум, окутывая силой и защитным пологом.

— Ты владеешь ключом-артефактом адмирала Драконов? — в голосе старика послышалось явное беспокойство. — Парень, послушай. Произошедшее между нами лишь недоразумение. Как насчёт того, что я подарю тебе один из Небесных артефактов Фениксов? Отзови силу артефакта.

— Вы сами сказали, что остановить этот процесс уже невозможно, — Айден позволил себе небольшую усмешку, но расслабляться не собирался. — Как вы там сказали, мастер? Вините себя за это?

— Я убью тебя! — сокрушительный удар сотряс разум Айдена в ту же секунду, но благодаря защите артефакта, это оказалось почти неощутимо для него.

Поток чужих образов из жизни продолжил появляться перед внутренним взором и даже ускорялся, демонстрируя всё новые и новые картины чужой жизни, отстранённые и почти не демонстрирующие эмоций. Начали появляться образы тренировок особых техник Фениксов, в том числе и внутренних, наставления сильнейших мастеров и разговоры по душам со старейшинами. Айден даже увидел главу храма Фениксов, оказавшись в полном потрясении от его силы, как был потрясён и сам старик когда-то. Практик, перешагнувший уровень Небесного ранга, и ступивший на путь божественности, подавлял одним лишь своим взглядом.

— Нет! Послушай, я… — что хотел сказать старик, узнать не вышло, его разум, наконец, не выдержал, начав своё стремительное разрушение.

Без поддержки тела он просто не мог устоять под ударом камня-артефакта, оставив после себя лишь слепок своих воспоминаний, который влился в разум Айдена, но так и не слился с ним, застыв чем-то, вроде запечатанного хранилища в море души.

Глава 21

Пустыня выглядела безмятежной. Лишь небольшой ветерок поднимал песок, бросая его вперёд, создавая на песке небольшие волны, казавшиеся живыми.

Небольшой отряд разведчиков, замаскированных с помощью специальных накидок, защищающих даже от восприятия высокоуровневых практиков (если те находились достаточно далеко), расположился в нескольких километрах от раскинувшегося далеко впереди огромного лагеря экспедиции. Благо видимость была отличная, а сил иллюзий, которые были наложены на лагерь, не хватило, чтобы спрятать его от взглядов сильных практиков.

— Несколько десятков духовных лодок, — тихо проговорил один из разведчиков, внимательно наблюдая за происходящим впереди. — Это только здесь. В других местах мы видели ещё больше лодок. Это не рейд, а настоящая экспедиция, прямо как говорили все наши наблюдатели. Кирот всё-таки обезумел.

— Это война, старший, — подал голос второй практик, пристроившийся рядом.

— Война слишком сильно сказано. Но ты прав — они всё-таки решились, — ещё раз взглянув на открывающийся пейзаж, сказал предводитель группы. — Не скажу, что ублюдки сильно просчитались, мы не сможем даже близко накрыть все лагеря, особенно сейчас. Но отпускать ублюдков нельзя. Собираем все сведения по лагерям и возвращаемся. Решать будут уже старейшины и правитель!

— Да, старший.

Мастер-мечник города-муравейника мысленно вздохнул. Напасть даже на такой слабый лагерь у Муравейника сейчас нет сил. Всё брошено на разведку сразу трёх крупнейших осколков и проверку нового прохода, который удалось открыть благодаря появившимся новым дзянху в осколке самого Муравейника.

Очень может быть, что этих ублюдков всё-таки будет решено проигнорировать. Даже личное повеление правителя не поможет, если старейшины не встанут на его сторону…

— Выставить двух практиков в дозор, — наконец решил он. — Пора поработать.

Айден ещё некоторое время продолжал находиться в месте, которое старик назвал «Морем души», впитывая в себя чужой слепок воспоминаний. Чистые знания, лишённые эмоциональной оболочки, уже не выглядели так опасно. Но их количество… вводило в трепет. Тысячи лет жизни и изучения пути воина.