Безумие и Отвага. Том 2 (СИ) - Дорничев Дмитрий - Страница 44

Золотов же загорелся из-за поддёвок парней и, перехватив мою руку, сам потащил к комнатам для гостей.

Пришли мы достаточно быстро, и он толкнул меня на кровать, забрался сверху и начал стягивать с себя что-то вроде рубашки, только без пуговиц. Надевается она как кофта.

Но я повалил его на кровать, отчего парень только раззадорился. Думал, «начались игры». Его лицо было закрыто недоснятой кофтой, а я коснулся его руки, снял защитное кольцо-артефакт и вонзил кинжал в сердце!

Княжич даже понять ничего не успел. И благо, у меня с собой был пластырь. Сперва я закрыл рану магией, а потом пластырем. Ни капли крови не вырвалось наружу.

Впрочем, в этой комнате и так пахло кровью. Но «из другого места». Это была та самая девятая комната.

Вернув кольцо на место, снял с трупа одежду и разбросал повсюду, а затем начал прыгать на кровати, дабы поскрипеть ею и слегка вспотеть.

Пятнадцать минут прыгал… Думал, кровать сломаю… Не сломал. Спрятал парня под одеяло и повесил табличку «не беспокоить». Сам же вернулся в комнату для слуг и минут десять приводил себя в порядок. Точнее, иллюзию приводил в порядок. Так нужно, чтобы не вызвать подозрений…

Что ж. Минус наследник княжеского рода «союзников» Рысевых. Знал бы, кто друзья Александра, пригласил бы их на «групповуху» и убил всех разом.

Хотя нет, слишком велик шанс поднять тревогу.

Так что, слегка похрамывая, чем вызывал ухмылки у охраны, да виляя задницей, как учила Нин, я вернулся в зал. Пока шёл на свой «уровень», увидел Дашу. Она смотрела на меня и, прикрыв ладошкой рот, откровенно ржала. Зараза такая…

Спустившись ниже, заметил ту парочку. Они указывали на меня пальцем и выглядели удивлёнными. Мне же ничего не сказали, лишь что-то обсуждали друг с другом.

А я продолжил разносить бокалы и вскоре заметил, как Даша, опустив голову, идёт с каким-то толстяком… Неприятное зрелище, хоть и знаю, что Даша не позволит к себе даже прикоснуться, а он умрёт. Но уже через десять минут и я «попал».

Споткнувшись, ибо кто-то создал воду у меня под ногами, я эпично рухнул на пол, но при этом удержал поднос и бокалы. Не хотелось бы пролить их на двух женщин пятидесяти лет перед собой. Хотя, возможно, одна из них и использовала магию. Слишком уж пристально они наблюдали за мной.

— Какие тут неуклюжие слуги. Позор, — фыркнула слегка полная брюнетка с кудрявыми волосами.

— И не говори, на пустом месте спотыкаются. Правду говорят, герцог теряет хватку. Вон какие слуги паршивые.

Понятно, враги герцога. Ну или просто недоброжелатели.

Я же кое-как поднялся и поклонился.

— Прошу прощения.

— Просит она, — фыркнула кудрявая. — Иди уже, позорище.

Я поспешил уйти, и вновь магия под ногами! Но на этот раз я успел убрать ногу, отчего вторая женщина недовольно поморщилась.

Так что я поспешил уйти от греха подальше. А там и Даша вернулась и кинула на меня довольный взгляд победительницы. Я прямо видел, как она говорит: «Один-один».

Ну ничего, сейчас я… Хм. Опять Нин с каким-то стариком идёт. Не знаю, кто это. Но любителей маленьких девочек мне не жалко.

— Ага, слышал. Император лютует! — услышал я разговор мужчин, стоявших у оградки и смотревших на выступление внизу. Акробаты какие-то.

— Значит, это правда? — спросил второй. Полноватый, лысый мужчина с бокалом в руке.

— Да. Отряд Волковых разбили в пух и прах. Немало раненых среди гражданских, да и город получил серьёзные повреждения.

— Ага, и всё свалили на чудовищ, — ухмылялся лысый.

— Да нет, обвиняют во всём Рысевых. Точнее, Волковы обвиняют, — возразил его собеседник. Высокий мужчина с усами.

— Целая армия против двух детишек? Кажется, Волковы совсем уже обезумели. А от Императора они как откупились?

— Пока никак. Он вроде всё ещё лютует и князя на ковёр вызывал. Жёсткими карами грозится.

— Карами? А не боится старик восстания? — поинтересовался лысый, на что собеседник покачал головой.

— Если бы не боялся, князь бы уже проходил допрос с пристрастием. Как и многие другие, — ответил усатый, и я прошёл мимо, иначе меня могли заподозрить в лишнем интересе.

— Эй ты! — но не прошло и минуты, как меня схватили за плечо, и я обернулся. А там граф Орешкин… Злой, недовольный и прожигает меня взглядом. — Пойдёшь со мной!

Кивнув ему, положил поднос на ближайший столик, и меня потащили в комнаты для гостей. А там и Даша кого-то заманивала. Какой-то парень лет двадцати пяти.

Вскоре мы оказались в коридоре, и за некоторыми дверьми слышались стоны или скрип кровати. Не приём, а бордель какой-то. Но, судя по высокому крепкому мужчине, который тащит меня за руку, «это» помогает им «снять стресс». Либо из-за сложных переговоров, либо из-за насмешек. Всё же Орешкин потерял свой особняк. Ведь мы с Дашей его сожгли…

Причём, судя по тому, что минотавр был очень силён, граф с семьёй жил там на постоянной основе. Разве что успел семью спрятать.

Так что если его и высмеивали, то понятно почему.

И вот, меня затолкали в одну из комнат.

— Раздевайся, — приказал он и, расстегнув пояс, начал стягивать с себя штаны, даже не отходя от двери. Так сильно не терпелось. Но стоило ему поднять голову, как он увидел кинжал, вошедший в его глаз.

Граф почему-то не имел при себе защитных артефактов. Лёгкая добыча. И ещё кинжал тут же стал тьмой, которая закупорила рану. Поэтому крови не пролилось.

Вскоре я вновь прыгал на кровати, но на этот раз всего пять минут… Потом в комнате для слуг приводил себя в порядок. Там же нашёл Нин.

Она сменяла разорванный наряд, но при этом выглядела как кошка, объевшаяся сметаны. Похоже, душ она сегодня поглотила немало. Тем более что это души магов.

Делая вид, что мы посторонние друг другу и лишь коллеги, я начал приводить себя в порядок. Однако ощущал, как обновляется запас магии у иллюзии. Но тут вошла Даша, и у неё была разорвана блузка…

С огромным трудом удержался, чтобы не разозлиться. Жена взглядом показала, что всё в порядке. А ещё здесь находились две другие девушки. Одна плакала, а другая просто лежала полуголой на скамейке и приходила в чувство.

— Ох, девчат, — заговорила Даша. Точнее, Марьян. — Я после этого приёма точно уйду в монастырь…

— Нельзя возмущаться и жаловаться, — возразил я, играя на камеру. Уверен, за нами сейчас тщательно наблюдают. — Нужно улыбаться и притворяться, что нам всё нравится. Плакать потом будем. Когда деньги получим. Если же дать волю чувствам, можно сломаться.

Я кивнул на тех двух. Для них были эти слова.

— Понимаю… — Даша хлопнула себя по щекам и улыбнулась. — Спасибо.

Вскоре мы передохнули, привели себя в порядок и вернулись в зал. И весьма вовремя, потому что объявилась наша цель… Герцог Шевченко сейчас находился на сцене и выступал перед людьми.

Аристократы либо смотрели на него и слушали, опёршись на оградку верхних уровней, либо спустились на нижний уровень. Граф Рыжий лис был из первой группы. И на его примере сразу видно, кто герцогу союзник, а кто, как граф, как минимум соблюдает нейтралитет.

— И в этот нелёгкий день, — выступал герцог, — когда с запада угрожает Стальная республика, а с юга — Японская империя, что на тысячи километров раскинулась вдоль наших границ, нельзя допустить дестабилизации внутри страны!

— От заливает, сам же с Волковым спелся и воду мутит, — услышал я голос одного мужчины, с которым стояли те две злые тётки.

— Обычный популизм, чтобы создать образ патриота, — хмыкнула кудрявая.

— Я бы сказал — дешёвый популизм. Сам вывез семью из Москвы, а теперь храбрится.

— Надеюсь, эти чокнутые поджигатели не успокоятся, — добавила женщина, а я прошёл мимо. И, судя по моим наблюдениям, внизу собрались в основном враждебная и нейтральная к Императору фракции.

Шишкиных нет, и других родов, которые считаются лоялистами, здесь не вижу. Хоть перепись врагов Империи делай. Хотя, уверен, Император уже имеет этот список…

Вот только я бы соврал, если бы сказал, что мне не плевать на это. Плевать. Ещё как плевать. В Изнанке лучше, чем здесь. Ведь Изнанка — это честный предсказуемый мир, где всё работает по правилам. А здесь…