Чисто английские убийства. Смерть накануне свадьбы - Литч Фиона - Страница 4

Он смотрел на меня, прикидывая, чего я стою, и, кажется, ждал, что я засмущаюсь или дрогну под его взглядом. Простительно, он ведь меня совсем не знал.

Мистер Лейти отвернулся и покровительственно хлопнул Тони по спине: мол, отдыхай, сынок, теперь в семье есть настоящий мужик. Тони, похоже, был бы рад вымыть, а лучше продезинфицировать то место, до которого дотронулся его будущий дядюшка, и мне стало его жаль. Человек просто мечтал о нормальной, красивой свадьбе.

— Пойдем, милая, — сказал Тони, потянув Шерил за руку.

Невеста метнула убийственный взгляд на Мел — заслуженно, надо признать, и на меня — а я-то ей чем не угодила? — после чего все-таки позволила Тони увести себя прочь.

Внезапно остановившись, она обернулась и прошипела:

— Убери эту… дрянь подальше отсюда, а то я все же вызову полицию!

Мы подождали, пока Тони, Шерил и их гости покинут фойе, а потом я вывела притихшую Мел на улицу, в сад.

В укромном уголке у пруда с разноцветными рыбками мы присели на скамейку.

— Что это было, а? — спросила я.

Мел, похоже, уже горько обо всем сожалела.

— Зря я это, — произнесла она с покаянным видом. — Я хотела с ней поговорить, а она отмахнулась… и меня как переклинило.

— Ну и захват у тебя! Как у регбиста, — заметила я.

Мы переглянулись, разом вспомнив, как Шерил с этой ее прической кубарем летит на пол, и обе с трудом сдержали смешок.

— Она тебе тоже не очень-то нравится, да? — спросила Мел.

— Я ее едва знаю, — ответила я, и Мел тихонько рассмеялась.

— Стало быть, не отрицаешь, — сказала она, и я тоже засмеялась.

— Да, не отрицаю.

Мы немного посидели молча — я дала ей время прийти в себя и собраться с мыслями.

— Мне кажется, она его не любит, — наконец сказала Мел. — Она ему испортит жизнь.

— Никого не собираюсь осуждать… — начала я.

— Знаю-знаю, я сама все испортила, — вздохнула она. — Это было непросто. Я ведь его любила. Просто влюбилась еще кое в кого.

— В инструктора по вождению.

Она удивленно посмотрела на меня:

— Все забываю, что в этом городке все всё про всех знают. Наши матери…

— По средам вместе с другими пенсионерками пьют кофе в клубе при церкви, — подсказала я.

Она кивнула:

— Ну да. В общем, я влюбилась в инструктора, но Тони тоже все еще любила. Я не пыталась водить обоих за нос, просто сама не знала, с кем хочу быть. — Она снова вздохнула. — Если кому-нибудь от этого легче, я ошиблась с выбором. Он поступил со мной так же, как я с Тони.

Мел была несчастна. Я вспомнила, как моментально влюбилась в отца Дейзи — офицера Ричарда Дойла, если по документам, или «того самого козла», как его с первого дня называла моя мама, стоило мне впервые увидеть его на совещании в другом конце кабинета. Его тогда только перевели в наш участок, и я должна была показать, где у нас что. После пары стаканов в пабе я показала ему гораздо больше, чем собиралась. Поначалу я не знала, что он уже женат, а потом меня это не беспокоило. Он ведь выбрал меня. До встречи с ним я была трудоголиком, и я была одинока. Я не собиралась его отпускать. Уверена, что та, к кому он ушел от меня двенадцать лет спустя, — одна из многочисленных его пошлых интрижек на стороне — тоже не думала о моих чувствах. Мне казалось, что он вырвал из моей груди сердце и растоптал его. И сердечко Дейзи тоже — бросая меня, он бросил и ее.

В мире бесконечное число разбитых сердец. И неважно, сколько их вокруг, — твоя боль от этого не слабеет. Я вздохнула:

— Конечно, это никого не утешит. Даже Тони — он ведь совсем не такой.

Я бросила в пруд камешек, наблюдая, как расходятся круги по воде.

— Но почему ты думаешь, что Шерил разрушит ему жизнь?

— Она выходит за него не по любви, — твердо сказала Мел.

— С чего ты так решила? Ради чего тогда?

— Из-за денег.

Я рассмеялась:

— Да у него их и нет, наверное? Ну, то есть магазин еще держится, конечно…

Она спокойно смотрела на меня в упор.

— Магазин? — переспросила я. — Думаешь, ей нужен магазин?

Мел пожала плечами, но промолчала. Зачем Шерил магазин? Вряд ли он такой уж прибыльный — я и так удивлялась, что он еще работает. Мелкие магазины в приморских городках вроде Пенстоуна закрывались один за другим.

Я посмотрела на нее с интересом:

— Ты ведь сначала спросила, расследую ли я чье-то дело. Чье?

— Семейства Лейти, — без колебаний сказала Мел. — Ведь расследуешь, правда?

— Я больше не служу в полиции, — ответила я. — Я здесь только организую банкет.

— А, — сказала она, заметно расстроившись.

— Но я все еще обожаю вмешиваться в чужие дела, — улыбнулась я. Признаться, мое детское прозвище удивительно точно описывало меня, пока я была полицейским. — Почему за Лейти нужно следить?

Она нервно огляделась.

— У меня двоюродная сестра в городском совете. Скажем так… у этой семьи есть планы на Пенстоун, и не все с ними согласны.

— Что за планы? — спросила я.

— У вас все в порядке? — раздался голос.

Я подняла глаза на обеспокоенную физиономию Тони. Он с тревогой переводил взгляд с меня на Мел, натянуто улыбаясь.

— Тони! Прости… — начала Мел чуть не плача.

— Мне уйти, чтобы вы поговорили? — спросила я, вставая. Сцены, полные эмоций, — не мое. Но оба посмотрели на меня с ужасом. Мел схватила меня за руку.

— Я просто хотел убедиться, что ты успокоилась, — сказал Тони. — Я понимаю: тебе тяжело видеть, что у меня жизнь продолжается, что я снова счастлив… — начал он.

— Ради всего святого, Тони, не воображай, что это дурацкий любовный треугольник с тобой в центре! — огрызнулась она.

Он сначала обиделся, потом разозлился:

— А, так ты явилась, чтобы просто испоганить мне свадьбу — чисто посмеяться, да?

Мел резко поднялась, и ситуация опять грозила выйти из-под контроля. Я подскочила и встала между ними.

— Тони, спасибо, что заглянул, — у нас все хорошо. Мел сейчас поедет домой, а ты иди обратно к гостям, я скоро к вам присоединюсь, тоже сделаю глоточек.

После всех переживаний мне и правда хотелось выпить. А я-то боялась, что мне тут будет скучно. Я легонько подтолкнула его в сторону гостиницы и взяла Мел под руку.

Мы ушли, а он остался стоять разинув рот, того и гляди муха влетит.

— Так что ты хотела сказать? — спросила я Мел, когда мы отошли подальше. Но она покачала головой:

— Нет. Ну его… Хочет жениться — пусть женится.

Мы дошли почти до самой парковки. Она аккуратно высвободила руку и остановилась.

— Спасибо, что не дала мне выставить себя окончательной дурой, — сказала она. — Я это очень ценю, правда-правда. — Она посмотрела на старенький, слегка пошарпанный «Воксхолл» по ту сторону усыпанной гравием дорожки. В окне торчала, поводя носом, крошечная, пушистая, бесспорно очаровательная мордашка. — Я оставила собаку в машине. Ей, наверное, жарко. — Мел, должно быть, заметила мое неодобрение: окно было приоткрыто буквально на миллиметр, а день выдался знойный. — Я не могу опустить его ниже, она тогда вылезет, — фыркнула она. — Такая умная у меня собака: наваливается всем весом на край стекла, спускает его и пролезает. Надо было назвать ее Гудини. Я сейчас выпущу ее пописать и уеду.

Она собралась уходить, но я удержала ее за руку.

— Если вдруг захочешь поговорить… — сказала я. — Я бы дала тебе визитку, но сумка осталась в баре.

Она мягко улыбнулась:

— Спасибо. Если ты снова поселилась в Пенстоуне, мы точно еще пересечемся.

Я смотрела, как она открыла дверь автомобиля и ласково заговорила с Жермен, потенциальной беглянкой и своей верной спутницей.

А потом я пошла обратно в бар.

Я решила, что ради приличия стоит остаться там хоть ненадолго, выпить бокал вина, а потом вежливо попрощаться и уйти. Вечеринка была совершенно не в моем вкусе. Но в баре не хватало еще кое-кого: Шерил.