Игорь Акинфеев. Автобиография самого преданного футболиста в истории мирового футбола - Акинфеев Игорь - Страница 15

До 2005 года за руль тоже не садился. Несмотря на то что машина – простенький Mercedes S-класса, как и водительские права, – на тот момент у меня уже имелась, на тренировки, независимо от того, работал я в составе сборной или ЦСКА, меня возил отец. Экзамен в ГАИ я сдавал сам. Понятно, что меня узнали, но не сказал бы, что мне при этом делались какие-то поблажки. Да и сам я не видел никаких сложностей в том, чтобы выучить правила. С логикой у меня всегда было хорошо, с памятью тоже, так что даже мысли в голове не было, что я смогу на какой-то пункт не ответить.

Другой вопрос – что я понимал: если сам сяду за руль и, не дай бог, что-то случится на дороге, то как же я буду играть? Мне вообще всегда была свойственна осторожность в этом отношении, так повелось еще со школьных времен. Ту же злополучную физкультуру в школе с двойкой в четверти я пропускал не потому, что не хотел бегать или прыгать через козла. Просто старался свести к минимуму любые ситуации, где мог получить травму. И по сей день в моей голове это очень прочно сидит.

Первым моим реально крупным денежным вложением стала покупка квартиры в 2004 году. Сам я был уверен, что стану в ней жить; но, пока она строилась, я присмотрел другую – в «Поселке художников», в Соколе. На 22-м этаже нового высотного дома. Привлекало то, что эта квартира, в отличие от первой, была полностью готова, не требовала вообще никакого ремонта. Хотя одну из стен я там все-таки сломал.

Нанимать собственного футбольного агента, как это сейчас принято у большинства игроков, я никогда не считал нужным, но, если возникала необходимость с кем-то посоветоваться, такие люди в клубе всегда находились. По каким-то житейским вопросам всегда мог проконсультировать тот же Гинер. Немало жизненных советов давал Сергей Павлович Аксенов, который долгое время возглавлял медиаслужбу ЦСКА. Он постоянно меня опекал – с того самого дня, как я впервые появился в составе команды. Подсказывал, как вести себя в той или иной ситуации, учил правильно общаться с людьми. Да и в дальнейшем, когда возникали какие-то проблемы, связанные с профессиональной карьерой, я постоянно так или иначе опирался на опыт Сергея Павловича.

В том, что касалось денег, довольно быстро понял: если хорошо зарабатываешь, должен четко понимать, как этими деньгами распоряжаться. Я не умею, например, обращаться с криптовалютой и даже не пытался это освоить. Зато научился вкладывать деньги в недвижимость. Знаю множество случаев, когда футболисты теряли целые состояния из-за того, что кому-то необдуманно доверились, и сам для себя решил: если вдруг случится так, что я потеряю свои личные деньги, это будет исключительно моя вина.

Наверное, подобные принципы – это следствие все той же моей приверженности к жизненной стабильности. Для меня она гораздо важнее, чем возможность заработать какие-то быстрые миллионы, не прикладывая больших усилий. Если бы во главу угла я ставил материальный интерес, давно, наверное, мог бы найти команду, а возможно, и не одну, где платили бы больше. Я же просто люблю футбол и с годами не потерял этого кайфа.

Наверное, это можно назвать словом «хобби», когда любая игра – это прежде всего удовольствие, а потом уже все остальное. Сколько бы мне ни было отведено времени на футбольную жизнь, я буду стараться это удовольствие получать. Идти к своей мечте столько лет и забросить все, посчитав, что всего уже добился, было бы как минимум глупо.

Я всегда любил говорить: если попадаешь в «команду лейтенантов» – а ЦСКА для меня всегда будет оставаться именно такой командой, – ты становишься солдатом. Понятно, что не в прямом смысле этого слова, хотя сам я по званию младший сержант. При больших погонах футболисты были раньше. Когда я был совсем маленьким, хорошо запомнил, как игроки той эпохи приходили на игры в парадных шинелях. Это выглядело очень красиво. Сейчас футбольный клуб не имеет к армии никакого отношения. Но само название «команда лейтенантов» безумно нравится мне до сих пор.

Если говорить о людях, без которых я вообще не представляю свой клуб, то, помимо Гинера и Газзаева, это Вячеслав Викторович Чанов.

Не смогу, наверное, передать словами, что он для меня сделал в плане вратарского искусства. Чанов – это человек, который любого вратаря до профессионала поднимет. Даже если тот вообще не умеет ловить мяч.

Знаю, он был сильно обижен, когда его убрали из основной команды ЦСКА из-за возраста. С одной стороны, он работал в клубе с вратарями и при Зико, и при Леониде Слуцком, и при Хуанде Рамосе – все они были довольны, и мне кажется, никакой проблемы, которая была бы связана с возрастом, у Чанова не могло возникнуть в принципе. Возможно, руководство команды просто решило, что на тот момент Вячеслав Викторович реально нужнее в «дубле». Потом, насколько знаю, тренеру была поставлена задача вырастить плеяду вратарей, которые будут выходить из школы ЦСКА.

Лично у меня с Чановым ни тогда, ни сейчас не было никаких разногласий и уж тем более никаких скандалов. Мог ли я как-то повлиять на то, чтобы тренера оставили на прежнем месте? Такой вопрос мне тоже задавали, но я ведь по большому счету реально оставался таким же солдатом, как и все остальные, несмотря на все свои заслуги. До сих пор убежден: если руководители клуба принимают какое-то решение, игрок не должен лезть со своим мнением, даже если у него имеется какой-то статус. Я так приучен. Самое главное – во всех жизненных ситуациях вести себя честно.

Наша совместная с Чановым Академия вратарского мастерства, которая сейчас базируется в Реутове, – это прежде всего школа для тех, кто хочет целенаправленно заниматься вратарским искусством, причем заниматься серьезно. Такая школа хороша тем, что дает футболисту возможность довольно быстро понять, стоит ли вообще выбирать для себя вратарскую профессию. Я в свое время сделал собственный выбор достаточно рано, ну так у меня и учителя были хорошие. Они вовремя объясняли не только какие-то технические вещи, но и то, что во имя результата надо работать, работать и работать.

Знаю, сейчас в России открывается очень много школ, которые работают по принципу «приходите к нам – и ваш ребенок станет как Буффон». И цена проставлена. А у тренера в резюме – вторая лига, третья лига. Понятно же, что никаким Буффоном в такой школе ребенок точно не станет.

Сама идея вратарской академии появилась у меня как раз в связи с тем, что Чанов ушел из клуба. Я был очень благодарен Вячеславу Викторовичу за все, что он для меня сделал. И понимал, что, хоть и не могу повлиять на ситуацию, не должен остаться в стороне в достаточно непростой, как мне казалось, период для тренера.

Вопрос был не только в том, чтобы обеспечить человеку, как говорится, безбедную старость, дать ему возможность зарабатывать и ни от кого не зависеть. Я видел, как сильно Чанов любит свою работу, и понимал, что он наверняка будет сильно страдать, если ее лишится.

Вот мы с ним и решились на совместный проект, причем я сразу сказал, что это будет не просто голое поле, на котором можно по старинке тренировать мальчишек, как это бывало во времена моего детства, а полноценная футбольная академия. И пообещал Вячеславу Викторовичу, что доведу проект до конца, не брошу его, что бы ни происходило в моей собственной футбольной жизни. Сам я до такой степени увлекся этой идеей, что у Чанова, как мне кажется, не было ни одного шанса отказаться.

Я сам ходил на прием к губернатору Московской области, сразу решил, что возьму на себя все, что связано со строительством. Когда все только начиналось, в академии было всего четыре тренера. По мере того как все начинало работать, к нам пришла идея построить стадион с трибунами, современное футбольное поле, гостиницу, пригласить дополнительный персонал, чтобы иметь возможность набирать в академию еще больше детей. Мы заложили в проект даже дорожки для легкой атлетики, чтобы наши подопечные имели возможность не только играть в футбол.