Могущество на краю империи (СИ) - Бадевский Ян - Страница 50

Мусаев перезарядил «вереск».

Серия почти бесшумных хлопков.

Думаю, диверсант хотел с гарантией накрыть Умана, и его можно понять — операция затянулась. Генерал среагировал молниеносно, выставив перед собой кинетический барьер. Давление схлынуло, и я восстановил материальность.

А потом спрыгнул вниз.

Не знаю, что подумали Игорь с Байтом, это выглядело как образцовое безумие. За пределами платформы я вновь становился уязвимым. Впрочем, для моих целей не требовалось много ки.

Искусственная гравитация замедлила моё падение.

В правой руке из цилиндров сформировалось копьё.

Когда мои ботинки коснулись незримой упругой поверхности, я перехватил древко поудобнее и побежал вперёд, наращивая темп.

Врубил проницаемость.

Уман, естественно, попытался смять меня своим Даром. Когда же понял, что происходит, перебросил энергию на кинетический щит. И это весьма неплохая идея. Вот только и копьё у меня бесплотное.

Стрельба прекратилась.

Мощно оттолкнувшись от незримого поля, я взвился в воздух и, подобно античному герою, ударил копьём сверху вниз. Уман даже не думал уклоняться. Он искренне верил, что кинетика непробиваема.

Вот только я продолжал держать бесплотность.

Наконечник, словно безобидный фантом, вошёл в тело генерала над ключицей.

Я тут же вернул оружию плотность, а сам проскочил сквозь генерала, приземлился и тоже стал материальным. У меня перехватило дыхание, перед глазами начало темнеть. Я потратил все свои запасы на эту пробежку, ведь сфера продолжала выкачивать всё, что у меня есть.

За моей спиной хрипел, держась за древко, генерал.

Копьё прошило его насквозь.

Кромсатель, будучи отрезанным от своего хозяина, несколько секунд ещё держал заданную форму, а потом свернулся в цилиндр. Но этих секунд хватило для того, чтобы создать смертельную рану.

А потом из ниоткуда появился Байт Мусаев.

И вогнал свой нож Уману в висок.

Это последнее, что я увидел, прежде чем меня окутало тьмой.

Эйфория.

По другому и не скажешь.

Вначале я ощутил живительные волны, переливающиеся по всему телу, а уж затем нахлынули другие ощущения. Спина упиралась в твёрдую металлическую поверхность. Затылок — тоже.

Несколько минут я лежал, наслаждаясь невесомостью, насыщением узлов и каналов, волнами ки, прокатывающимися от макушки до пят. Мне было хорошо. Даже глаза открывать не хотелось…

А потом меня начали трясти за плечо.

— Сергей!

Голос Игоря Гриднева.

Я нехотя открыл глаза. Прищурился от света, который показался слишком ярким. Перевернулся набок и увидел ноги присевшего рядом товарища.

— Живой, — послышалось из-за спины. — Слава Древним!

Это Байт Мусаев.

Опёршись на локоть, я сел.

Скрестил ноги по-турецки.

Игорь сдвинулся влево, чтобы не заслонять обзор. Я быстро оценил ситуацию. Освещение было прежним, но я понятия не имею, сколько пролежал в отключке. Наша троица устроилась на той самой платформе, которая аккумулировала ки, выкачивая её из окружающего пространства.

— Долго я… отсутствовал?

— Часа три, — ответил Мусаев. И, сверившись с наручным хронометром, добавил: — Три с половиной.

Платформа всё ещё была в пятнах крови, только они подсохли и сделались коричневыми. Нижняя поверхность сферы была усеяна трупами. Я распознал среди покойников Умана. А ещё в нескольких метрах от нас, на неподвижном серебристом овале, расположилась Хорвен.

Я поймал мысленный запрос от гончей.

И, улыбнувшись, сказал:

— Со мной всё хорошо, детка.

Помолчал, обшаривая взглядом пространство внизу.

— Всё здесь, — Игорь указал куда-то вправо.

Поворачиваю голову.

На расстоянии вытянутой руки — «глок» и кромсатель.

— Как вы меня вытащили?

— Игорь сумел добраться до платформы, — ответил Мусаев. — Подпитался здесь, хитрая жопа. А потом вытянул вас, шеф. Просто поднял наверх и уложил рядом с собой. Потом и меня приволок. Я тоже вырубился. Ну, почти.

— А Хорвен?

— Поначалу отключилась, — сказал Гриднев. — Она не могла больше летать. И вообще функционировать. Поэтому мы с Байтом отсюда перебрались на соседние островки. Я вытянул её, дал набрать силу. А затем перескочил обратно и восстановился. Ну, и оружие твоё нашёл.

Я задумался на добрую минуту.

И задал откровенно идиотский вопрос:

— Слушай, Игорь, а если бы ты свалился? Ни разу не видел левитирующего кинетика. Вы можете сами себя поднимать?

Гриднев хмыкнул:

— Если бы у бабушки были яйца, то она бы стала дедушкой.

— Я серьёзно.

— Сергей, нет. Я летаю примерно как топор. Ключевая особенность любого кинетика — мы способны применять Дар к любым объектам, кроме себя. Это какое-то подсознательное ограничение. Никто пока не сумел обойти это правило.

— Ну, я так и думал.

Чтобы собраться с мыслями, я взял «глок», выщелкнул магазин, проверил заряд. Вставил магазин обратно, пистолет убрал в кобуру. Из кромсателя сделал нож, убедился в работоспособности. Спрятал оружие в чехол.

— А что с гильзами делать? — поинтересовался практичный Мусаев. — Собираем?

— Пофиг, — отмахнулся я. — Инквизиторы знают, что у нас есть огнестрел.

Так, похоже мы ликвидировали Умана и толпу его прихвостней. Сильных одарённых. Не удивлюсь, если они ещё и значимые посты в каких-нибудь силовых структурах занимали. А ещё обнулили производство ледяных големов. При этом схватка была непростой, и мой Род явно заслуживает чего-то большего.

— Игорь, хочешь поработать лифтом? — с усмешкой произнёс я, глядя на боевого товарища.

— Это как? — не понял гвардеец.

— Спусти меня вниз. А Байт пусть прогуляется по платформам. Надо собрать трофеи, если они есть.

Откровенно говоря, я рассчитывал найти ещё и технологию создания големов. Как сказал бы один известный персонаж, очень полезные в бою ребята. Но не представлял, где и что надо искать. А если не представляешь — рецепт один. Спроси у знатока.

— Зачем спускать? — раздался голос Мусаева. — Тут же сила тяжести с причудами.

Я кивнул:

— Ты прав. Игорь, тогда поднимешь меня обратно по сигналу.

Справиться с этой задачей могла и Хорвен.

Но подпитывающемуся от платформы кинетику я доверял больше.

Мародёрство заняло у меня около двадцати минут. У спутников генерала ничего интересного не обнаружилось, а вот умановский браслетик я прихватил. Забавная вещица. Разберусь на досуге. Или передам Михалычу, пусть тестирует.

Байт сверху крикнул, что у него по нулям.

Жадные люди в Наска!

К слову, при себе у мертвецов не было ни жетонов, ни паспортов. Вообще ничего для идентификации личности. Махнув на это рукой, я решил попозже скинуть слепки мастеру Багусу, пусть наведёт справки. Опять же, если возникнет необходимость.

А пока…

— Вира! — скомандовал я.

— Чего? — не понял Игорь.

— Вытаскивай меня, уважаемый лифтёр.

Незримая сила подхватила меня и утянула вверх. Игорь работал аккуратно. Переместил мою тушку к главной платформе, зафиксировал в нескольких сантиметрах над ней и лишь затем отпустил.

Утвердившись на ногах, я активировал коммуникатор.

Через несколько минут продуктивного общения с Администратором картина прояснилась. Я влез в очень странное место, название которого не имело аналогов в нашей речи. Ближайшее по смыслу — лаборатория-полигон. Тут можно было испытывать разные устройства, перебрасывать созданные Знаками вещи и делать то, что и в голове не укладывалось. Но самое интересное — я мог вызвать из памяти сферы комбинацию Знаков, использованную каббалистом. Не просто вызвать, а материализовать в табличку на плашке из неубиваемого металла. Всё это будет сотворено прямо из воздуха, перестановкой атомов и молекул.

Следующая хорошая новость заключалась в том, что Администратор определил мою геолокацию, послал запрос и сумел дистанционно установить контроль над сферой. И прямо сейчас он вводил команды, с помощью которых я смогу заполучить… рецепт создания ледяных големов!