Развод. Я уеду на такси - Вишнякова Соня - Страница 9

В своей машине я вдруг почувствовала себя сильной, смелой и решительной. Представила себя воительницей на коне, которая приедет и разнесёт в щепки место, где попытался скрыться коварный предатель.

- Ты сейчас делаешь большую глупость, Валентина, - разговариваю сама с собой, с азартом глядя на поднимающиеся автоматические ворота.

Чувство ретивой лошади бьющей копытом, чтобы вот-вот сорваться с места и понестись во весь опор.

- Нет, я делаю всё правильно. Другого выхода нет, Валя, - отвечаю себе и выезжаю из гаража.

Еду по вечернему городу. Веду машину очень аккуратно.

Внутри у меня нестабильность, пучок собравшейся разразиться истерики, а снаружи спокойная и уравновешенная - соблюдаю правила дорожного движения.

Точка на планшете приближается.

Никогда бы не подумала, что смогу вот так - сесть и поехать куда-то только потому, что весь мой организм охвачен острой потребностью неприятной правды.

И вот, пожалуйста, почти в стрессовых условиях идеально веду машину в направлении, где находится сейчас мой муж.

Адрес приближается.

Дворовые проезды, фонари, окна, в которых проходит чужая жизнь. Ужины, сериалы, нагретые кровати, всё это в данную минуту проходит мимо меня. Прямо сейчас моя жизнь меняется, поворачивает в пока ещё непонятную сторону. А я очертя голову бросаюсь в эти перемены. И мне уже не страшно.

Сделала ещё один поворот и резко ударила по тормозу, вовремя рассмотрев под фонарём машину Бориса. Её трудно спутать с какой-то другой – большой, чёрный джип, и номера, которые я знаю наизусть.

Как что-то близкое, родное, твоё, постоянное, машину Бориса я могу определить даже по неясному силуэту, и тем более по знакомому блеску тщательно вымытых супер-дисков, которые Борис нахваливал - какие они дорогие и особенные.

Идеально красивый джип моего мужа, во дворе между массивом многоэтажек. Между тех самых коробок, о которых он пренебрежительно высказывается дома.

Сейчас он сам находится в такой коробке. Встречается с кем-то, ради кого встал из-за праздничного, семейного стола.

Теперь я точно знаю - мой муж где-то здесь. В этом доме.

Припарковалась чуть дальше - так, чтобы джип оставался в поле зрения, но чтобы меня не заметили.

Адреналин зашкаливает. Потребность разоблачить предателя, несмотря на тяжесть в груди и колотящееся сердце. Ещё чувствую какое-то больное удовольствие в том, что нахожусь здесь, слежу, определяю степень вины моего мужа.

Не буду устраивать сцену.

Хочу просто увидеть, убедиться, что я пока ещё не сошла с ума. Хочу ясности.

Я вышла из машины, подошла к подъезду. Каждое движение приближает не к двери, а к новой версии себя. До чего докатилась. Он меня до этого довёл. Тайно из-за кустов, высматриваю кобелину- мужа. Как же это отвратительно.

Горько усмехнулась.

Чистый подъезд, с домофоном. Новостройка. Явно недавняя. Повсюду чистота и почти стерильность. Новенькая отделка, плитка, площадка. Глупо рассматриваю.

Она живёт здесь.

Соперница.

Или нет - скорее разлучница.

А дальше-то что?

Остановилась напротив подъездной двери, смотрю на чёртов домофон, хочется нажать сразу на все клавиши. Или нет, лучше стукнуть кулаком… Но зачем? Какой в этом смысл?

Мои действия ничего не поменяют. Даже если я буду биться головой об этот домофон – это ничего нет поменяет. Уже окончательно.

Пока пребываю в странном заторможенном состоянии… услышала, из подъезда донёсся знакомый смех, безошибочно узнаваемый. Смех моего мужа. Тот самый, который дома он почти перестал себе позволять. Я уже забыла этот смех, вот он прозвучал и сразу вспомнила. Замерла.

Смех раздался снова, уже ближе. Ему вторит женский, заливистый. Стукнула дверь - на первом или на втором этаже, точно непонятно.

Я сделала несколько шагов назад, в тень кустов, дальше от подъезда.

Вовремя. В этот момент дверь распахнулась, из подъезда вышли двое.

И вот теперь я пожалела о том, что вообще выбралась сегодня из дома.

Да, я понимаю, мне это было нужно. Жизненно необходимо - перестать гадать и начать видеть, перестать предполагать и придумывать, не мучить себя тем, что, может, я накручиваю. Потому что накручивают, когда нет фактов.

А у меня факты весь вечер стучат в висках - он не доел телятину, он держит в кармане украшения - не для меня и… вот они голубки, перед глазами.

Как бы ни хотелось развернуться и уйти, уговорить себя, что я ошиблась и жить дальше - это уже невозможно.

Теперь ни с чем не спутаешь.

Вот он, мой Борис вышел из подъезда, обнимая за талию молодую, красивую женщину.

Я замерла в темноте, словно птица, прячущаяся от злого охотника. Застыла от давящего ощущения навалившейся вселенской лжи.

Забыв обо всём, знаю только одно - коварный предатель, мой собственный муж, тот самый, что час назад говорил слова вечной любви.

Он и она прошли мимо меня. Сели в его машину. Пока заводит, что-то весело говорит. Захлопнул дверь. Крутанул руль и начал сдавать назад. Джип выехал со двора.

Несколько бесконечных секунд я не могла понять, что делать.

Резко вздрогнула, приводя в действие шокированный организм. Кинулась к машине, села, завела и начала суетливо выруливать.

Не знаю, что меня несёт, но выехав со двора, и увидев мелькнувший за угол джип Бориса я поехала туда же.

Медленно следую за мужем и его любовницей.

Минут через пять они остановились у обочины, возле какого-то ресторанчика. Я остановилась чуть дальше.

Борис так увлечён своей спутницей, что даже не видит ничего по сторонам, хотя я остановила машину буквально в нескольких метрах. И моя машина довольно яркая.

Но нет – он ничего не видит.

Вышел. Открыл дверь девицы. Подал руку… чего уже давно не делает, когда мы с ним куда-то едем.

А ей - подаёт.

Они о чём-то весело переговариваются, заходят в ресторан. Их тут же встречают. Сквозь окно автомобиля вижу, что происходит внутри.

Снимают верхнюю одежду, её забирает хостес и проводит их к столику в глубине зала.

Моё дыхание давно сбилось - не от возмущения, а от внутренней, невысказанной обиды. Это какое-то издевательство, насмешка. Мой муж спокойно ведёт в ресторан другую женщину. Не скрываясь, не смущаясь, что его кто-то может заметить.

Не значит ли это, что ему уже даже безразлично, донесут до меня эту информацию или нет?

Сижу в машине, совершенно не понимая, что теперь должна сделать.

Изнутри сжирает стыд, за себя, за него.

Ехать домой, лечь в кровать и ждать, пока муж вернётся?

Или войти в ресторан и устроить скандал?

Что я должна сделать?

Я открыла дверь, вышла из машины, прошла вдоль окон ресторана, остановилась между колонами, осторожно заглянула - и увидела Бориса, обнимающего стройную брюнетку. Но… даже не это помутило мой рассудок, заставило вспыхнуть болючую ярость внутри, а то, что, на девице, на груди бежевого платья в обтяжку, поблёскивает золотая цепочка, а на ней кулон - красное рубиновое сердце.

Глава 8

Меня будто пронзила молния. Пригвоздила к месту. Перекрыла кислород.

Ну, вот и ответ, Валентина. Вот и ответ.

Хотела – получи.

Это конец. Точка.

Мой муж уже не мой. Пронзительная ясность наступила прямо сейчас. Окончательная и бесповоротная.

Они вошли в это заведение как пара - не скрываясь, не смущаясь, как люди, которые имеют на это право.

Тёплый свет, аккуратная вывеска, цветы на окнах и дверях, интимная атмосфера - всё для того, чтобы в этом месте женщинам говорили красивые слова. Я встала в тень за припаркованным джипом Бориса, заставила себя дышать ровно.

Главное не поспешить, не наделать глупостей.

В голове бьётся мысль - только не сейчас, пожалуйста, не входи, не устраивай сцену, Валентина. Не дай им сыграть на твоих эмоциях. Не дай ему унизить тебя при всех.

Войдёшь - унизишься. Опозоришься ко всему прочему.

Несколько минут я тупо рассматриваю эту счастливую парочку.