Красно-белый чемпион. Том 1 (СИ) - Порошин Влад - Страница 22

* * *

В кино я и моя знакомая девушка Вера не попали. В «Спутнике» сегодня была премьера фильма «Москва слезам не верит» и очередь в кассу выстроилась на тридцать метров. И лично я смотрел на такую народную тягу к киноискусству с большим недоумением. В будущем, о котором я многое знал и помнил, очередей в кинотеатры не существовало от слова совсем. Бесконечные слезливые мелодрамы, боевики с динамичными драками, фантастика с умопомрачительной компьютерной графикой, всё это настолько расслабит и разбалует людей будущего, что удивить их будет практически невозможно. Но сейчас, в этом 1980 году, люди буквально штурмовали «Москву слезам не верят». Вот уж настоящая фантастика.

— Не очень-то и хочется идти в кино, — скривила пухлые губки Вера.

— Тогда куда? — спросил я и посмотрел на часы, которые показывали половину 9-го вечера. — Опять в ресторан?

— Почему обязательно в ресторан? Пойдём ко мне? — улыбнулась моя новая знакомая, которая пришла на свидание в коротеньком плаще и в коротенькой светлой юбочке.

«Ножки высший класс», — подумал я, как только увидел эту барышню. И в кино мне расхотелось идти ещё тогда, когда мы встретились и по-дружески чмокнули друг друга в щеки.

— Отличная идея, посидеть наедине, — обрадовался я. — Кстати, про Москву, которая не верит горьким слезам, потом будут каждый год крутить по телевизору. И она ещё успеет многим надоесть.

— Тогда тем более пошли, — Вера взялась своей изящной рукой за мою крепкую ладонь и повела куда-то в противоположную сторону от улицы Абрикосовой, где возвышалось на пригорке задние кинотеатра с большими панорамными окнами.

Мы задорно прошли по какой-то узкой дорожке и вышли на широкую проезжую улицу с высотными домами. И я решил, что это и есть конечный путь нашего маленького путешествия. Но я горько ошибся. Высотные здания мы миновали и свернули на узкую лесную тропку, где было достаточно темно. Поэтому Вера предусмотрительно зажгла небольшой фонарик. «Так короче», — сказала она. И у меня тогда мелькнула первая тревожная мысль, что меня ведут в западню. Хотя чуть позже я подумал, что это московский капитан Иванов меня заставил чувствовать, подобно волку, на которого открыли охоту. Он мне нервы попортил, век воли не видать.

— Испугался? — захихикала Вера, когда мы чуть не угодили в какую-то яму. Если бы не фонарик, то прощая мои футбольные ноги.

— Теряюсь в незнакомой местности, — чуть-чуть приврал я.

И тут тропинка вывела нас в самый обычный частный сектор, где маленькие двухэтажные домики жались друг к другу.

— Почти пришли, — сообщила мне моя странная подруга.

Далее она постучала в калитку какого-то дома. А когда на пороге показался некий пожилой мужчина в болоньевой куртке поверх белой майки алкоголички, попросила у него продать бутыль свежего домашнего вина, которую он незамедлительно вытащил из своей кладовки. Я протянул мужику три рубля, и мы двинулись дальше. Наконец спустя две минуты наше путешествие действительно подошло к концу. Вера жила в одной неприметной двухэтажной постройке.

— Проходи не стесняйся, — сказала девушка, скину в прихожей туфли-лодочки. — Это мне родители снимают. Я в Сочи учусь на администратора гостиниц.

«Ну слава Богу, а то я уж думал, что это какая-то блатхата, — мысленно пробубнил я. — И всё равно что-то меня во всём этом напрягает. Прямо дымиться в одном месте, которое у меня отвечает за предчувствие неприятностей. Кстати, вот ещё один пазл моего настоящего портрета. У меня неплохая интуиция».

— Одна снимаешь или с кем-то? — спросил я из вежливости и чтоб прощупать почву. — Одной вроде как дорого.

— С подругой, но она сейчас уехала, — весело захохотала Вера и включила пластинку группы «ABBA».

Заиграл песня «Dancing Queen» и моя странная подруга самозабвенно принялась танцевать под приятную мелодию великолепной шведской четвёрки. В танце она сняла с себя плащ и предстала передо мной в кофточке с игривыми вырезами на плечах.

— Не знаю какой из тебя получится администратор гостиницы, но танцуешь ты отменно. Прямо как танцующая королева, — сказал я и действительно немного расслабился.

Ну что может случиться? Мы одни. Девушка хочет вина, танцевать и скорее всего самой обычной плотской любви. И я, кстати, тоже. Не хотел бы подобного рандеву, то сейчас бы лежал в номере и пялился в потолок. Или играл бы в домино, по 10 копеек за очко.

— Налей по бокалу, — попросила она, двигаясь с большой грацией.

— Предупреждаю, пить тебе придётся одной, — усмехнулся я. — У меня режим. Скоро игры пойдут через два дня на третий. И я должен быть в отменной форме.

— Дела-дела, игры-игры, — усмехнулась Вера и перестала танцевать. — Какие вы все мужчины скучные.

— Мы, мужчины — разные, — возразил я, пока моя странная подруга взяла бокал вина и медленными глотками принялась пить. — Один на диване лежит. Другой водку пьёт. Третий тянет семейную лямку, потом сбегает с дружками на рыбалку, где напивается и жалуется на безрадостную серую жизнь. А я занимаюсь тем, что мне хорошо и приятно. Но и такая работа требует определённой дисциплины.

— А со мной значит ты нарушаешь спортивны режим? — захихикал Вера и, поставив бокал на журнальный столик, впилась свои губами в мои губы.

А дальше всё завертелось стремительно, как в решающие минуты футбольного матча. Я даже не разобрал, когда с меня слетели джинсы, рубашка и даже носки. Вера тоже осталось только в костюме библейской Евы. Затем мы рухнули на кровать, к которой подошли неизвестно как. Всё остальное описывать не имеет смысла. И это всё мне очень понравилось.

Как вдруг на первом этаже в прихожей щелкнул дверной замок. Я бросил короткий взгляд на Веру, и она тут же соврала, что это, наверное, приехала подруга. «Какая подруга, родная? Когда по лестнице громыхают тяжёлые мужские шаги», — мысленно усмехнулся и быстро напялил на себя трусы и джинсы. И тут в дверь спальни вошли трое парней возрастом от 25-и до 35-и лет. Самый молодой был толстяком за 120–140 килограмм веса. Средний имел обычное, хотя и спортивное телосложение. А самого старшего выделял шрам на левой щеке и был он невысоким и широкоплечим.

— Здравствуй, Володя, — хриплым голосом прокаркал 35-летный дядя. — Я вижу ты тут с нашей девочкой поигрался. Винишко попил. Музычку послушал. Теперь надо бы расплатиться. Да выключи ты эту шарманку! — рявкнул он на толстяка и тот беспрекословно остановил проигрыватель, где всё это время пела шведская группа «ABBA».

— И сколько я должен за использование вашей девочки? — буркнул я. — Кстати, на ней не написано, что она ваша. А если вы её насильно удерживаете и заставляет заниматься проституцией, то это подсудное дело.

— Я не проститутка! — взвизгнула Вера, которая в данную минуту сидела на кровати и прикрывалась одеялом. Кстати, по лицу моей странной подруги текли слезы.

— Грамотный что ли? — криво усмехнулся мужик со шрамом.

— Пишу, читаю, считаю и умножаю в уме простые числа, — ответил я.

— Слушай ты, футболист, не ерепенься, — прошипел на меня средний бандюган.

— Замолкни, сявка, — рыкнул на него главарь. — В общем слушай сюда, футболист. Вы 1-го марта играете с воронежским «Факелом». Сделаешь так, чтобы ваша команда проиграла, то мы в расчёте.

«Как чувствовал, что это всё подстава, — прошипел я про себя. — И всё равно влез. Только, граждане бандиты, вы не на того напали. Хрен вам от бублика, а не Володю Никонова».

— Поговаривают, что в Сочи хорошая медицина, — медленно пролепетал я. — Сочи ведь у нас — всесоюзная кузница, житница и здравница. Ты, дядя, лучше обратись к медикам. Чтоб тебе голову поправили.

Мужик со шрамом покосился на толстяка. И тот громко хмыкнул, размял кулаки и попёр прямо на меня. Правда, сделав два шага в моём направлении, он получил смачный удар в область колена. У таких тупоголовых толстяков колени, наравне с головой — это слабое место. Поэтому толстяк громко заорал на русском матерном языке и повалился на пол. И при падении получил ещё один удар коленом куда-то в морду лица. Но на этом граждане бандиты не успокоились.