Помощница Его Величества (СИ) - Верескова Дарья - Страница 51

— В этом крыле есть купальные комнаты и чайные залы, девушки в основном проводят время там. И, конечно, для вас открыты многие другие помещения дворца, со всем списком можно ознакомиться у себя в комнате.

— Благодарю, лорд Крамберг, — сказала я вежливо.

— Леди Валаре… Ваша ситуация весьма редкая, но возможно, вы не задержитесь в Отборе и вскоре вновь вернётесь к прежней работе. Ваши покои личного ритуалиста Его Высочества по-прежнему принадлежат вам, однако постарайтесь не заходить туда без крайней необходимости, — всё это он произнёс невозмутимо, но перед тем, как подобрать слова, сделал короткую паузу. — Вы должны понимать, участницы Отбора многие месяцы живут в достаточно скромных условиях, и не стоит им видеть большего.

Это было очень логично. Кому нужны новые скандалы по столь нелепому поводу?

— Я поняла, лорд Крамберг. Постараюсь ограничиться крылом участниц на время моего пребывания в Отборе, — поспешила я его заверить. — Я прежде всего работница дворца и сделаю всё, чтобы Отбор прошёл как можно более гладко и оставил придворных и членов королевской семьи довольными.

Лорд Крамберг довольно блеснул глазами, но промолчал, а спустя минуту совершенно неожиданно сменил тему.

— Вы видели мисс Осс? — подчеркнуто равнодушно поинтересовался он.

— Нет, хотя слышала, что она ненадолго уехала навестить семью, — наверное, на нервах после того, как мы обнаружили её секрет и запретную связь с погибшим графом. — Она ожидается седьмого числа, перед открытием бала, чтобы поработать с новыми участницами.

— Я просто подумал, что вы могли общаться как женщины, ле… — он не договорил, а я нахмурилась.

Надо же, он почти назвал мисс Бенедикту Осс леди. Конечно, она была воспитанной и образованной, но благородного происхождения не имела, и то, что аристократ, каким являлся лорд Крамберг, отозвался о ней таким образом, удивляло.

— Мы не дружим с мисс Осс, я всегда воспринимала её как начальницу, — призналась я честно. — Общаюсь только с мисс Идой Калман, и она дружна со всеми, возможно, о наставнице по этикету лучше спросить у неё.

— Это неважно, пустяки, — он резко отмахнулся. — Всего доброго, леди Валаре. Удачи.

Удачи…

В том, что она мне пригодится, я окончательно убедилась, взглянув на лица девушек через полчаса, когда, освежившаяся, появилась в общих комнатах.

Помещение поражало воображение — просторное, залитое светом, с высоким куполообразным сводом и полированным мраморным полом. Светлые тона стен подчёркивали дорогую резную мебель и изящные драпировки, создавая атмосферу величия и утончённой роскоши.

Отсюда, сквозь витражные двойные двери, можно было выйти на широкий балкон, откуда открывался прекрасный вид на Парк Трёх Фонтанов, где когда-то проходил знатный обед с участницами и их семьями.

— Мио! — первой, кто поприветствовал меня, оказалась Аделаида.

Она подошла быстрыми, резкими шагами, и на её лице не было улыбки — скорее сквозила неловкая нервозность. Впрочем, любую встретившую меня с улыбкой я восприняла бы с подозрением.

— Привет, — я тихо улыбнулась ей, осматривая старую знакомую.

Аделаида сегодня была облачена в нарядное платье с тонкой красной вышивкой, подчёркивающей её высокую небольшую грудь. Волосы девушки были убраны в простую причёску, и я прекрасно знала причину. У Аделаиды волосы слишком тонкие, они не поддавались щипцам и смотрелись неудачно в сложных и пышных укладках.

— Я бы на твоём месте не торопилась сразу вливаться в этот… коллектив, — произнесла она шёпотом, полушутливо. — Многие из девушек тебе не рады, Мио, ты не представляешь, какие разговоры здесь шли после того, как «Соронский Вестник» объявил о новых участницах. Впрочем, меня и Барбару в них особо не включали, все знают, что мы общались в академии. Даже Селину часто исключали, хотя для многих она негласный лидер. Люди всерьёз верят, что она была самой умной среди выпускниц академии, что училась лучше тебя и даже меня. — Девушка хохотнула, но я слышала, что ей было обидно.

Селина могла утверждать что угодно. Академия редко раскрывала результаты посторонним, они отсылались только по особым случаям, а также работодателям и родным, хотя конечно, те, кто учились вместе знали оценки друг друга.

— Спасибо, — горячо поблагодарила я её за предупреждение. — Я не буду прятаться, я этого и ожидала. Я даже могу всех вас понять.

В глазах Аделаиды читалось «ну как хочешь», а я, вновь улыбнувшись ей, направилась по широкой короткой галерее к чайной комнате. Здесь, в коридоре, на одной из стен висел список девушек, расположенных в порядке их нынешнего «рейтинга». Первой, как и ожидалось, шла Барбара, сразу за ней — Ариса и Аделаида.

Рейтинг всё ещё отражал результаты третьего испытания, и даже на мой взгляд было крайне несправедливо, что он не учитывал четвёртое. Что уж говорить о тех, кто сумел с ним справиться. К тому же ходили слухи, что на балу этот рейтинг сыграет какую-то роль, но какую именно — нам не объяснили.

В чайной комнате группа девушек сидела за самым крупным столом в центре. В центре красовались изящные тарелки с торталетками из хрупкого песочного теста, фаршированными муссом из дичи и нежным кремом из трюфелей. Рядом подавали миндальные печенья, застывшие в янтарной глазури, и тончайшие пирожные со сложными узорами и начинками.

Служанка, прислуживавшая за столом, бросила на меня полный любопытства взгляд, а затем поставила порцию маленьких угощений около свободного места. Другой слуга, крутившийся неподалёку, отодвинул стул.

— Благодарю, — произнесла я, присаживаясь на самый краешек и пробуя угощение. — Очень вкусно.

Все взгляды в комнате были устремлены на меня, первую из новых участниц Отбора, и ту, чьё включение казалось остальным, вероятно, самым несправедливым. Причин для этого было множество. Одна заключалась в том, что я помогала устраивать испытания для этих девушек, а другая — в том, сколько времени я провела рядом с кронпринцем.

— Как это ощущается? Быть среди нас после всего, что с вами произошло? — самой смелой оказалась Кора Монтрас, чья матушка была близкой подругой Гелены де Рокфельт.

Не сомневаюсь, что у девушки уже было сложено определённое мнение обо мне, хотя мы с ней никогда не общались.

— Хорошо? — привычной вежливой улыбкой ответила я, осматривая девушек за столом.

Здесь, помимо тигрицы леди Монтрас, сидели леди Мукс, леди Исольда Ферран, Тамилла, Селина и леди Эсмаэль Друа. Барбары не было видно, возможно, она находилась на свидании с кронпринцем. Зато юная Ариса Лаэрт тихо наблюдала за всем с широкой террасы, не присоединяясь к трапезе.

Леди Вал-Миррос тоже отсутствовала, и именно с ней мне следовало быть особенно осторожной. Не хотелось пугать девушку, влюбленность в которую держала моего брата в ежовых рукавицах, но и позволять, чтобы она увлеклась столь ненадёжным человеком, я не могла. В его нынешнем состоянии я не верила, что Имир будет хорошим супругом для кого бы то ни было.

— Я желаю каждой из вас удачи, — я подняла тонкую фарфоровую чашечку и отпила горячего чая.

— Потому что знаете, какие будут следующие испытания? — сразу продолжила Кора. Я промолчала, применив тактику, которой научил меня ищейка.

Иногда молчание становится самым сильным оружием. Оно заставляет других нервничать и говорить больше, стараясь настоять на своём, и тогда в пылу эмоций люди сами не замечают, как выдают слишком многое.

— Знаете ли вы, как тяжело нам дались все эти испытания? А вы добавлены тогда, когда две трети девушек уже исключены. Представляете, как им обидно?

По сути, обиды Коры были вполне разумными. Я уже хотела согласиться с её словами, но в разговор неожиданно вмешалась Селина.

— Ну что ты, Кора, это всё пустяки. Уверена, дворец сумеет организовать следующие испытания так, чтобы добиться справедливости, — она ослепительно и хитро улыбнулась, напоминая кошку даже в человеческом облике.

Я знала Селину. Она всегда начинала мягко, поэтому, приподняв брови, я выразительно ждала, когда она продолжит.