Электричка Ханкю (СИ) - Арикава Хиро - Страница 22

— Спасибо. Надеюсь, вы сейчас сядете в поезд и продолжите путь. А я отправлюсь обратно домой.

— Да. Вроде вам уже лучше. Но все равно, пожалуйста, проявляйте осторожность.

Студентка поднялась со скамейки и направилась к краю платформы.

Когда поезд подошел, Ясуэ крикнула:

— Для начала я постараюсь хоть немного дистанцироваться от этой компании!

Девушка обернулась, с улыбкой показала большой палец вверх, а затем вошла в вагон, не оглядываясь на Ясуэ, — словом, повела себя так, как и подобает случайной попутчице.

Пройдя через турникеты и шагая к платформе на другой стороне станции, Ясуэ размышляла.

Она договорится с начальством и увеличит количество рабочих часов. Правда, сперва следовало обсудить вопрос с мужем, который получает налоговый вычет на иждивенцев, но Ясуэ не сомневалась, что они придут к оптимальному решению.

В последнее время у семьи туго с финансами. Кроме того, сын скоро заканчивает школу, а значит, нужно откладывать деньги на его дальнейшее обучение. Ясуэ постепенно сократит число встреч с кичливыми модницами, и однажды они перестанут звать ее в свои расточительные гастрономические поездки, тем более дамы и сейчас воспринимают ее как никчемный балласт, так что потеря для них будет невелика.

Если она признается, что причина в деньгах, «подруги» наверняка примутся критиковать ее мужа — мол, он совершенно неспособен обеспечить ей достойную жизнь. К счастью, подобные замечания несильно заденут Ясуэ, и тем не менее ей станет гораздо легче, когда отпадет необходимость раскошеливаться на дизайнерские вещи и обеды в дорогих ресторанах, просто чтобы держаться с этими особами наравне. Семейной копилке отсутствие подобных трат пойдет только на пользу. К примеру, на сэкономленные сегодня пять тысяч они втроем сходят в любимый ресторанчик сына, расположенный недалеко от дома, и семья будет сыта и довольна.

А главное…

Ясуэ не придется больше выслушивать от незнакомых людей фразы в духе: «Ну и тетки… Полный отстой!»

Котоэн

Компания броско одетых дамочек оказалась такой шумной, что Эцуко не захотела оставаться с ними в одном вагоне и перебралась в соседний. Они тарахтели и хохотали до того громогласно, что Эцуко была не в состоянии сосредоточиться на комплекте перекидных карточек, по которым повторяла формулы для экзамена. «Не взрослые женщины, а детский сад на выезде», — подумала Эцуко с укором.

Пришла пора вступительных экзаменов, и Эцуко уже давно присмотрела колледж, куда подавать документы. Держась за поручни у двери, она перелистывала карточки и освежала в памяти материал по одному из предметов.

Следующей остановкой по маршруту был Котоэн.

Старшая школа, которую заканчивала Эцуко, располагалась как раз в Котоэне, однако на поступление в университет, находившийся неподалеку, она даже не замахивалась. Чтобы не прогадать, Эцуко выбрала частный колледж с хорошим отделением сестринского дела.

«Я мечтала поступить сюда и продолжить ездить в Котоэн, но не судьба…» — с грустью вздохнула Эцуко. На станции всегда было не протолкнуться от студентов, каждый пытался чем-то выделиться среди остальных и выглядел счастливым, хоть и замученным интенсивной учебой.

Поскольку баллы Эцуко были недостаточно высоки для того, чтобы школа выдала ей рекомендацию для поступления в высоко котирующийся университет, на профориентационной консультации ей предложили снизить планку и поискать альтернативу среди учебных заведений, проходной балл в которые она наверняка заработает. Поразмыслив, Эцуко решила получить какую-никакую профессию и отдала предпочтение сестринскому делу.

Подруги-одноклассницы тоже определились с выбором и теперь по вечерам ездили на подготовительные курсы, а днем занимались дома. Лишь по субботам во второй половине дня девушки приезжали в школу — в первую очередь ради того, чтобы обменяться новостями и поболтать обо всем на свете.

Выпускной был не за горами, и подруги с грустью понимали, что вскоре эти приятные встречи останутся в прошлом. Одни уже были зачислены в желанные университеты или колледжи, другие, в том числе Эцуко, пока ждали ответа на свой запрос и надеялись, что попадут в интересующие их учебные заведения. Никто из них не отличался авантюризмом, они намеренно остановились на беспроигрышных вариантах. Кто-то назвал бы девушек малодушными и неамбициозными и в чем-то оказался бы прав. Они были не из тех, кто считает: «Буду ждать до последнего, авось удастся поступить в тот колледж» или: «Не стану спешить, потрачу следующий год на подготовку и попробую штурмовать этот университет». Ни одна из них не стремилась прыгнуть выше головы и не шла на риск, а потому сейчас девушки проводили время относительно спокойно и смаковали последние недели школьной жизни.

Эцуко — Эт-тян, как называли ее подруги, — продолжала ходить на свидания с парнем, который уже имел работу, однако до сих пор не знал, как читаются многие иероглифы.

— И что, у вас так и не было?..

При всей своей застенчивости и отсутствии опыта в делах любовных, подруги регулярно задавали Эцуко этот вопрос, на который она неизменно отвечала:

— Пока нет!

О том, что однажды это чуть не произошло, Эцуко умалчивала.

Преподаватели в основной школе и на подготовительных курсах в один голос твердили Эцуко: если она приложит побольше усилий и продержится в ударном темпе до конца марта, вероятность ее поступления в заветный университет будет весьма высокой. Оба педагога оговаривались, что ей понадобится как минимум один запасной вариант. Но слова словами, а Эцуко знала: преподаватели надеются, что, подав документы в колледж, куда поступление ей гарантировано, она продолжит готовиться как заведенная, чтобы дерзнуть и сдать экзамены в университет мечты. Ну а если она провалится, то со спокойной душой пойдет учиться туда, куда ее уже приняли.

«Настал решающий момент. От того, как ты сдашь экзамены, зависит твое будущее», — повторяли ей учителя. «Легко вам говорить, — в уме спорила с ними девушка, — платить-то не вам, а моей семье».

Чтобы воспользоваться запасным вариантом (при условии, что она сдаст экзамены в соответствующий колледж) и сохранить за Эцуко право на обучение, ее родителям придется разориться на вступительный взнос. Четырехлетняя программа могла обойтись почти в миллион иен, и если в итоге Эцуко (что маловероятно) поступит в университет мечты, эти деньги им никто не вернет.

Эцуко — старшая в семье, у нее подрастают двое младших братьев. Семья не сможет выделить такую кучу денег на вступительные экзамены Эцуко. То, что ее оценки не дотягивали до нужного уровня для поступления в престижный вуз, ложилось на домашний бюджет дополнительным бременем.

Однако учителя продолжали уговаривать ее не упускать свой шанс.

«Это нереально. Наша семья не настолько богата, чтобы испытывать судьбу подобным образом. Об обучении братьев тоже нельзя забывать, — рассуждала Эцуко. — Как же они меня достали со своими увещеваниями! Но даже если я брошу эти курсы и перейду на другие, проблема с основной школой никуда не денется».

Эцуко советовалась с родителями, изучала расписание экзаменов, составляла графики сроков перечисления вступительного взноса и по сто раз озвучивала педагогам свои приоритеты, но классный руководитель продолжал на нее давить:

— Ты только вообрази: у тебя есть шанс туда поступить! Это будет грандиозной удачей! Рискни!

«Закрой рот! — едва не шикнула на него Эцуко. — Надоел со своими „рискни“ и „грандиозная удача“. Ты ведь в курсе, что мы не богатеи, так неужели всерьез думаешь, будто поставить на карту деньги моих родителей — блестящая идея? Да, не стану спорить, мне хотелось бы быть достаточно умной, чтобы поступить в тот университет. Я с детства мечтала там учиться. Если бы я чувствовала, что объективно способна выдержать экзамены, возможно, не пожалела бы родительских накоплений, но… Но сколько бы я ни разбивалась в лепешку, готовясь к экзаменам сутки напролет, попасть туда мне не светит».