Электричка Ханкю (СИ) - Арикава Хиро - Страница 17

— Могу предположить, что на таком свидании ни у одного парня не было ни малейшего шанса понять, какая ты умная и славная. Наверняка ты страшно волнуешься и оттого лишнего слова из себя не выдавишь, да? — Кэйити говорил, опираясь на собственный опыт, потому что с ним на свиданиях происходило именно это. — В амурных делах мы новички, так что в этом отношении вполне подходим друг другу. Ни один не примется строить из себя эксперта, ведь мы оба будем понимать, что ступаем по неизведанной земле!

Что-то бормоча себе под нос, Михо, все еще похожая на вареного осьминога, поклонилась.

— Я с удовольствием.

— И я с удовольствием, — ответил Кэйити. Это было очень вежливое начало, хотя приведет ли знакомство к чему-то большему, ни один из них, конечно же, пока не имел представления. — Найдем уголок, где можно спокойно обменяться номерами?

— A-а, я знаю как раз то, что нам надо! — оживилась Михо. — В этом торговом центре есть фудкорт. Тетя говорила, в одной из кафешек продают вкуснейшие такояки.

В голове Кэйити мигом нарисовалась картинка: красная, как осьминог, Михо уплетает такояки — кусочки осьминога во фритюре! Не сдержавшись, он от души рассмеялся.

— А? Что не так? Я вспомнила, там еще есть кулер с водой. В общем, если народу немного, мы сможем сидеть в кафе, пока не надоест.

Такие подробности уместнее было бы услышать от домохозяйки, а не от студентки университета. В то же время из уст Михо эта информация звучала совершенно естественно.

— Кроме того, такояки — фирменное блюдо региона Кансай, и я давно хотела попробовать его здесь… но для первого свидания это, наверное, не очень романтично, да?

— Нет, все отлично. Я тоже ни разу не ел такояки с момента переезда в Кансай.

Кэйити надеялся, что это первое в его жизни свидание, на котором он будет есть жареного осьминога в компании красной, как осьминог, Михо, останется в памяти ярким воспоминанием.

Поезд отправляется из Такарадзуки, впускает и выпускает пассажиров по пути до Нисиномия-Китагути, где примет на воображаемые подмостки новую труппу.

Гудок одного поезда сообщает пассажирам, что пора спешить на перрон, звон колокольчика извещает, что другой поезд вот-вот покинет станцию, и опаздывающие запрыгивают в вагон перед самым закрытием дверей.

Электричка линии Имадзу плавно отходит от платформы. Кто знает, какие тайны хранят в своих сердцах пассажиры, держащие путь в сторону Нисиномия-Китагути? Лишь им одним и ведом ответ.

Поезд катит по строго заданному маршруту, везя в вагонах столько же историй, сколько пассажиров. Он движется по колее, которая уходит в бесконечную даль.

В обратную сторону

Нисиномия-Китагути

Линия Имадзу является пригородной, и потому вполне логично, что часы пик на ней приходятся на утро и вечер, когда люди едут на работу и учебу, а затем возвращаются домой.

Утром переполнены электрички до Нисиномия-Китагути, во второй половине дня та же картина наблюдается при движении в обратном направлении. По выходным, ближе к последнему поезду, загруженность достигает уровня утреннего часа пик в будни.

Впрочем, по субботам после окончания второй пары большой толпы обычно не было. Предвкушая спокойную поездку, Миса поднялась в вестибюль второго этажа с платформы линии Кобе и спустилась к платформе, от которой отправлялся поезд до Такарадзуки.

Поезд только подошел, вагоны были почти пустыми. В такой ситуации пассажиры вольны выбрать наиболее удобные места. Миса первой прошла во второй вагон и села в углу. Вслед за ней начали прибывать и другие пассажиры, электричка стремительно заполнялась.

Кто-то выкрикнул истошным фальцетом:

— Ито-сан, Ито-сан, сюда! Здесь есть местечко!

Голос принадлежал одной из дам, очевидно едущих целой компанией. Их было человек пять, каждая щеголяла в вычурном платье и безвкусной бижутерии, а поскольку дело происходило зимой, поверх платьев модницы накинули цветные шубы из искусственного меха. Кроме того, в руках дамы держали брендовые сумочки, о которых студентка колледжа могла лишь мечтать.

Похоже, Ито-сан все еще брела по первому вагону. Та, которая позвала ее, уселась напротив Мисы, остальные примостились там же.

«Эх, рано я радовалась. Будут трещать всю дорогу как ненормальные…» — с досадой подумала Миса. Тут к ней направилась молодая женщина — чрезвычайно привлекательная, элегантная и, судя по выражению лица, успешная в карьере.

Не успела она подойти к месту рядом с Мисой, приключилось нечто невероятное.

— Оп-па!

Дама, окликнувшая Ито-сан, швырнула свою брендовую сумочку на сиденье, и молодой женщине пришлось отступить. Переглянувшись с Мисой, она оторопело уставилась на сумку.

«Это еще что за новости?» — поразилась Миса.

— Ну, дорогая, вы как всегда! В своем репертуаре! Ха-ха, меткость — ваше второе имя! — наперебой затараторили попутчицы нахальной особы.

По их тону было понятно: дамы не считают, что их приятельница совершила нечто неподобающее. Напротив, ее поступок явно заслужил их одобрение.

— Ито-сан, да идите же скорее! Вон туда садитесь, видите мою сумку?

Миса обернулась и увидела в дверях вагона еще одну даму средних лет, тоже в претенциозном платье и с брендовой сумочкой. Правда, в отличие от остальных, поверх платья Ито-сан надела скромное бежевое шерстяное пальто.

«Неслыханно!» — Возмущенная Миса уже хотела сказать вслух что-нибудь грубое, но молодая женщина помотала головой и с аристократической улыбкой прошептала:

— Такая дорогая сумка — и такое недостойное применение. Фу-у…

Не в силах подобрать столь же остроумный ответ, Миса закивала, а женщина развернулась и зашагала в следующий вагон.

Ито-сан, которая казалась менее экзальтированной особой, нежели другие дамы из этой компании, подняла сумку с сиденья, вежливо вернула ее хозяйке и села возле Мисы, пробормотав:

— Извините.

«Нет. Извиняться тебе следует перед той, которая только что ушла», — мысленно ответила Миса. С помрачневшим лицом она достала из сумки учебник и открыла его, пытаясь отвлечься.

— Спасибо, — с поклоном произнесла Ито-сан.

— Всегда пожалуйста! — беспечно отозвалась ловкачка.

«Тьфу, кикиморы», — ругнулась про себя Миса и, не в силах сдержаться, выпалила:

— Ну и тетки… Полный отстой!

До дамочек, устроившихся напротив, звук не долетел, а вот Ито-сан наверняка расслышала каждое слово. Миса была готова вступить в перебранку, но соседка лишь покосилась на нее и ничего не сказала.

Горластые подруги, похоже, обсуждали ресторан, в котором забронировали столик. Заведение явно было не из дешевых, и раз они могут себе позволить смотаться туда на субботний обед, значит, с финансами у них все хорошо.

«Эх, тетеньки, отчитал бы вас кто-нибудь, да некому, — вздохнула Миса. — Впрочем, держу пари, такой взбучки, как та, которую закатил мне однажды в электричке незнакомый старикан, ни одна из вас в жизни не получала».

Миса ездила на электричке, еще когда училась в средней школе.

По утрам поезда были набиты битком, так что приходилось ехать стоя, но на обратном пути, если позволял график дежурства по классу, им со шкальной подругой Маюми удавалось сесть рядом.

Делать уборку в классе девочкам выпадало в разные дни, и потому та, чей черед был задержаться, не успевала на ближайшую по времени после окончания уроков электричку (она, как назло, всегда ходила полупустой) и прибегала к самому отправлению второго по счету поезда, в который на предыдущей станции уже втиснулись сотни старшеклассников, а потому на сидячее место трудно было рассчитывать.

Маюми и Миса не помнили, кому из них пришла идея, что можно поступать так: та, которая сегодня не дежурит, идет на станцию и занимает в поезде сразу два места, пока вторая со всех ног несется из школы. Так они смогут добираться до дома с комфортом. Блестящую идею начали претворять в жизнь незамедлительно, и вскоре девочки уже разыгрывали целую мизансцену. Та, что прибегала первой, укладывала сумку второй на свободное место рядышком с собой и, сидя с очень ровной спиной, выразительно поглядывала на турникеты, чтобы все вокруг понимали: она кого-то ждет и этот кто-то сейчас явится.