Друг моего детства (СИ) - Пелевина Катерина - Страница 2

О, чуть не забыла. Папа купил мне машину… Очень дорогую красивую машину, одну из тех, о которых мы с Сережей мечтали, когда были детьми… Блин, ну вот, опять… В жопу его. Не буду больше никогда вспоминать!

Суть в другом… Я могу сама ездить на пары… У меня уже есть водительские права. Мама специально позаботилась об этом, и папа чуть ли не с самого детства учил меня ездить и объяснял правила… Теперь я так счастлива, что самостоятельна…

— Тук-тук… Софа… Ты как? — заходит мама в комнату, пока я крашу ногти бесцветным лаком. Я уже говорила, какая она у меня? Безумно красивая… Модная, спортивная, классная. Моя мама лучше всех. И характер у неё огненный. Она волевая, рассудительная, честная, открытая… Она лучше всех, кого я знаю из женщин. Нет, тётя Женя тоже прекрасная, но… Мама есть мама. Она мой пример. И в ней столько энергии, что я порой удивляюсь, что она моя мама, а не старшая сестра, к примеру… Потому что она не выглядит на свои тридцать семь, ну, никак вообще. Они с папой рано меня сделали. Им было всего по девятнадцать-двадцать лет, когда я появилась. Папа, разумеется, был самым видным парнем в универе, мама и того лучше… В общем, они идеальные. Всё, как в сказке. Лично для меня так.

— Нормально. Смотри…

— Красиво очень… Я поговорить хотела…

— М… О чём? Если о первом дне, то я уже готова… Я решила идти в том красивом белом платье… И надену ремень… Тот который такой со стразами… Из кожи… Помнишь, мы с тобой покупали…

— Соф… — перебивает она мой настрой.

— Что такое…

Замечаю мамин взгляд и тут же хмурюсь, потому что она редко когда бывает без настроения. А тут прям не взгляд, а полномасштабная катастрофа… У меня аж желудок стянуло в узел.

— Я хотела тебя предупредить… Чтобы это не стало для тебя болезненной неожиданностью…

Мамочки… Мне так страшно, что я сейчас отключусь прямо здесь.

— Что такое… Господи, мама, говори! Что-то с папой?!

— Нет, блин, Софа! Конечно, нет… Ну вот что ты напугала меня теперь! Теперь звонить ему буду… Красильниковы… Вы меня в могилу сведете! — ворчит она, и я не выдерживаю.

— Говори, мама!

И словно гром среди ясного неба звучит приговор:

— Серёжа тоже поступил в твой универ…

На секунду мне кажется, что послышалось. В последнее время я часто вспоминаю его имя и может… Это вселенная надо мной потешается. Что? Она и вправду это сказала?

— А? — переспрашиваю, как дурочка.

— Хорольский… Ну, ты поняла…

У меня мгновенно в голове происходит взрыв. Что за фигня такая?! Из всех универов он типа такой умный?! Типа вот решил мне жизнь испортить, козлина такой… Мало ему было тогда четыре года назад! Ещё и сейчас!

— Откуда ты узнала…?

— Ну… Тётя Женя сказала…

— Он же уезжал, мама… Он же хотел куда-то там… — с тревогой выдавливаю, а у самой сердце мечется в истерике.

— Хотел, не срослось… И вот Ник договорился…

У меня раздуваются ноздри. Я так на него злюсь, что слов не нахожу… Я не смогу находиться с ним в одном здании, блин… Я его точно убью.

— Всё в порядке, малышка моя? М? Печенька папина… — ласково касается моих волос мама. Она со мной всегда нежная… И между нами много тактильного. Я это люблю. Мне оно необходимо, как воздух. Но сейчас я такая наэлектризованная, что дёргаюсь от её касаний.

— Да, всё в порядке, — по-деловому задираю нос и продолжаю красить ногти уже с надменной мордой. — Мне пофиг на него. Пусть где хочет там и учится!

— Ну… Я так и поняла, да, — смеётся мама, а я тут же зыркаю на неё стальным взглядом.

— Ты в чём-то меня подозреваешь?

— Что ты… Как можно…

— Ну и всё тогда… — слышу звук захлопнувшейся в прихожей двери и сразу же радостно взвизгиваю. — Ура! Папа вернулся! — как маленький ребёнок бегу его встречать… Словно мне снова пять… И я так делаю всегда…

Потому что обожаю своего отца… А он обожает меня.

И ни один Серёжа Хорольский не испортит мне этого прекрасного настроения!

Завтра мой первый день в университете. И я буду сиять, словно звезда на небе!

А он будет смотреть на меня и путаться под ногами, вымаливая прощения!

Глава 2

София Красильникова

Утро начинается с бессонной мучительной ночи… Господи…

Как же можно было вот так перед первым днём?! Всё этот треклятый Серёжа! Будь он не ладен!

— Тук-тук…

— Заходи, маааам, — жалобно скулю, когда дверь приоткрывается. Мне кажется, она всё чувствует. Прямо через стены ловила мои лучи отчаяния, вот и пришла на зов, как обычно…

— Что случилось?

— Мне плохо спалось…

Она вздыхает и проходит внутрь, усаживаясь на край кровати.

— Софа… Там тебя папа ждёт… Переживает…

— А почему?

— Ну, первый день… Для нас всех очень важно, как ты там себя почувствуешь, ты ведь знаешь…

У меня самые лучшие родители на свете. Самые любимые…

— Да, знаю… Всё будет классно, мам, — приподнимаюсь, чтобы она не переживала. Не хочу, чтобы они ещё и из-за этого момента парились. И так предостаточно таких в жизни девочки… Я тоже не подарок, так что…

— Дай обниму тебя, дорогая моя, — тянется ко мне и прижимает к себе. — Так вкусно пахнешь…

— Печеньками?

— Ага… Давай, вставай…

— Сейчас, мам… Умоюсь и приду, хорошо?

— Договорились…

Мама оставляет меня, а я бы с удовольствием взяла их с собой… Прямо на учёбу.

Мама рассказывала, что в её первый день в университете у неё порвалась юбка, и все на линейке увидели её полуголую задницу… Надеюсь, я так не отличусь…

Хотя я тоже порой умею выделиться, к сожалению.

Просто как представлю, что увижу его… Мне дурно становится. Четыре года я представляла, как он выглядит сейчас… Нет, лгать не буду… Отрывки в соц. сетях мелькали… Где-то его профиль у друзей или моменты, как он ныряет в воду с высоты… И я знаю, что он вырос. Изменился… Но не представляю, каково это… Видеть его таким в жизни и знать…

Раньше мы делились всем. То есть, вообще всем… От снов до страхов… Переживаний. Что тревожило и волновало. Что не нравилось… Я могла вообще всё ему рассказать. И как ругалась с подружками, и как злилась на родителей… И он всегда слушал, понимал… А я всегда понимала его.

Господи, как же много воды утекло…

Умываюсь, крашусь, смотрю в зеркало на свою фигуру. Я красивая, я знаю это. У меня огромные папины голубые глаза. Хотя мама всё время говорит, что это её глаза, но мне кажется, ближе папины по форме… Длинные пушистые ресницы. Губы и овал лица точно мамины… Фигура… Здесь повезло тоже. Всё, где надо выросло, а где не надо держится строго на месте. Как я всегда и хотела.

— Доброе утро, папуля, — спускаюсь вниз и обнимаю его первым делом.

— Доброе, малышка… А чего вид такой?

— Да ничего, — как бука отвечаю, и он тут же хмурится.

— А кто обидел? Покажи мне его и…

— Серёжа ваш дурацкий, — выпаливаю, а они смотрят на меня оба с круглыми глазами и удивленными лицами. Ой, можно подумать не ожидали, ага. Уверена дело в том, что они удивлены, что я призналась в этом. — Что? В смысле… Я не могла уснуть вчера, как узнала. Вот, пожалуйста… Результат! Выгляжу, как зомби…

Отец вдруг выдыхает и посмеивается.

— Ты прекрасно выглядишь… А Серёга, ну… Хорольские оповестили нас сразу, как только узнали, что он точно идёт… У него же… Семь пятниц на неделе сейчас… Может, он вообще передумал… Взрывной ещё хуже Ника стал…

— Что может быть хуже? — спрашивает мама и смеётся.

— Ха-ха! А вот мне совсем не смешно… Вдруг он вообще меня не помнит…

— Ага, не помнит он, — недовольно бурчит отец, а мама тут же обнимает меня.

— Красавица моя… Тебе не стоит волноваться. Думай о себе, сто раз тебе говорила…

— Я и так о себе думаю… — плюхаюсь рядом с папой и пытаюсь есть, но даже кусок в горло не лезет. Какая-то пустота внутри… Особенно после этой дурацкой ночи…

— Печенька, ну, улыбнись, — просит меня папа, и я показываю зубы.