Дочери Гнева. Пробуждение ярости (СИ) - Боярова Мелина - Страница 5

Шанс? — Невольно поежилась и потерла ноющее плечо. — У меня был шанс на нормальную жизнь в лесу, с дедом. А городище с его неприступными стенами больше походило на тюрьму.

Я кивнула воину и отвернулась, чтобы не провоцировать. К горлу вновь подкатил ком, а в глазах защипало от несправедливости. Он будто нарочно провоцировал меня, ожидал, что взорвусь или начну возмущаться. Но я не собиралась реагировать на подначки, когда этого так от меня ждут.

Чем ближе мы подходили, тем величественнее казался город. Стены из массивных камней уходили высоко в небо, сливаясь с облаками. Над городищем сиял огромный чародейский купол, переливающийся оттенками синего и фиолетового. Он мерцал и испускал мягкий свет, создавая вокруг непроницаемую границу. Глядя на это величие, невольно закрадывался страх перед неведомой мощью, и одновременно накрывало завораживающее восхищение. Человеческая жизнь в сравнении с этим колоссом казалась ничтожной песчинкой в океане.

Отряд остановился перед гигантскими воротами, окованными железом. Лютобор направился вперед и протянул чаростражу свиток с сияющей печатью. Я бы и дальше за ними наблюдала, но невольно отвлеклась на Андреаса, которого строгий чародей отвел в сторону. С того вечера, когда пыталась подслушать разговор, они почти не общались. Отношения выглядели ровными, но поникший вид Андреаса, его сломленный взгляд и тщательно подавляемая ярость были заметны издалека. Злорадства я не испытывала, убеждаясь в правоте деда, что за каждый поступок приходилось отвечать.

— Гаяна, подойди! — окликнул меня княжеский проверяющий. Я поспешила исполнить приказ, чтобы заодно подслушать разговор боярича с наставником.

Стражу на воротах Лют продемонстрировал чарокамень, засветившийся сразу, как только он поднес его ко мне. Большего подтверждения не требовалось, так что я отправилась к телеге, притормозив возле Андреаса.

— Ты опозорился на глазах проверяющего! — отчитывал парня старый воин. — Если бы ты просто потерпел неудачу, то попробовал силу в следующий раз. Но ты потерял контроль! Позволил гневу вырваться…

— Но я не…

— Молчать! — оборвал наставник. — Глава будет в ярости. Этот поход должен был принести тебе новый ранг. А вместо этого ты стал посмешищем! На кону репутация чародейского рода!

Парень глухо застонал, стиснув кулаки. Я расслышала скрип зубов и почувствовала отчаяние, исходящее от врага. Сам виноват, раз позарился на чужого гнева. Значит, не мне одной та встреча вышла боком.

— Единственный способ смыть позор — начать с самого низа, — громче продолжил наставник, будто хотел, чтобы все услышали. — Я предложу Мстиславу отправить тебя в чарошколу. Будешь учиться с отбросами из диких деревень. С ней! — кивнул в мою сторону. — Будешь делить одну ученическую скамью с теми, кого презираешь. Есть с ними за одним столом, спать на соседних кроватях. Тебя первого отправят на убой, когда наступит очередная Волна. Это унизительно для наследника рода. Но это единственный путь, который вернет тебе честь и позволит доказать, что ты чего-то стоишь.

Андреас нервно вскинул голову, его потускневшие глаза вспыхнули ярким огнем. Он побледнел, словно кровь отхлынула от лица, оставив пепельно-серую бледность. Встретившись со мной взглядом, боярич полыхнул непримиримой ненавистью, как будто я была виновата во всем. У меня перехватило дыхание, и вновь кончики пальцев на ногах занемели, предвещая проблемы. Я внезапно осознала, что у меня появился опасный и могущественный враг.

Исполинские ворота медленно распахнулись, открывая путь в новое будущее. Сквозь проем хлынул поток звуков и запахов огромного города, жизнь в котором била ключом. Высокие угловатые здания навевали воспоминания о прошлом. Донское городище напоминало земные города, отличаясь старинной архитектурой, повозками и непривычно одетыми людьми. Воздух был насыщен дымом и металлом, потом и уличной пылью, а также запахами свежей выпечки и еще чего-то неуловимого, чему я не могла подобрать определения.

Сразу после ворот мы разделились. Отряд воинов вместе с Андреасом и его наставником направились в одну сторону, а Лютобор, я и Ждан — в другую. Меня вновь посадили на круп лошади позади княжеского проверяющего. Хорошо, хоть на этот раз он двигался неспешно, продираясь через толпы прохожих.

Я вертела головой, рассматривая здания, витрины торговых лавок и лица горожан. Казалось, они жили в другом мире и не подозревали, что за высокими стенами бродят опасные гневы, способные проникнуть в душу и захватить тебя целиком. Но такое случалось, только когда надвигалась Волна, несущая с собой бестелесных тварей. В лесах же чаще встречались гневы, которые успели захватить животные формы и измениться, питаясь мясом и свежей кровью.

Городище поразило меня своими размерами. Оно и снаружи выглядело внушительно, а внутри оказалось настоящим каменным муравейником. Четыре стороны света и центральную часть венчали гигантские башни, принадлежащие боярским родам и княжеской семье. Между ними располагались строения поменьше, но не менее пафосные и монструозные. Простые люди селились на окраинах или же на границах дворянских владений.

— Чем богаче клан, тем больше земель ему принадлежит и тем выше вздымаются здания, — скупо ответил Ждан, почему районы городища так отличались друг от друга. — Даже не мечтай войти в боярский род. Это привилегия сильнейших чародеев, а не лесной погани, вроде тебя.

Новых вопросов я не задавала, с мрачным предчувствием глядя на богатые усадьбы с красными крышами и лепниной, роскошные подъездные дорожки, ведущие от кованых ворот к домам, невероятной красоты клумбы и фонтаны. Однако остановились мы перед низким зданием из серого камня, обнесенного высоким забором. От этого места веяло холодом и древней силой.

«Добро пожаловать в чарошколу!» — гласила издалека заметная надпись на здании.

Ворота бесшумно распахнулись перед нами, впуская внутрь. Пустынный холл учебного заведения напоминал склеп своими темными стенами и унылой атмосферой. Проверяющий уверенно чеканил шаг, глухо бухая металлическими набойками сапог по каменному полу. Мы поднялись по лестнице, выходящей в коридор со множеством дверей. За одной из них, третьей слева, находилась приемная комиссия, состоящая из двух мужчин с безразличными взглядами и равнодушными лицами, одетых в казенные серые кафтаны одинакового строгого кроя.

— Доброго дня, господа. Будислав, принимай пополнение, — с порога поздоровался княжеский проверяющий, обращаясь к старшему.

На приветствие оба незнакомца синхронно кивнули, забрали бумаги, которые передал мой сопровождающий, и только потом обратили внимание на меня.

— Одаренная, значит, — сиплым голосом произнес Будислав. — Еще одна безграмотная деревенщина. Посмотрим, насколько тебя хватит.

Мда, радушием тут и не пахло. Поведение чужаков раздражало, но не настолько, чтобы возмущаться. Отчего-то это казалось бесполезным, поэтому я молчала, впитывая информацию и отслеживая эмоциональные реакции. Их отсутствие больше говорило о выгорании и внутренних проблемах, чем о профессионализме и способности держать контроль. Тот же Лют, умеющий обуздывать гневные порывы, выглядел более живым на их фоне. Я очень надеялась, что мою судьбу будут решать более адекватные люди, а не эти бездушные машины.

Расслышав в коридоре легкие торопливые шаги, немного приободрилась, надеясь, что это пришли за мной. И не ошиблась. Спустя мгновение в кабинет вошла высокая худощавая женщина в темном форменном одеянии. Длинная юбка в пол, приталенный жакет, наглухо застегнутый под самое горло, белый воротничок рубашки. Русые волосы заплетены в косу и сложены улиткой на затылке. Лицо с острыми чертами и выразительными глазами, тонкие губы изогнуты в ломаную линию.

— Это и есть дикая? — произнесла неприятным резким голосом, окидывая меня пренебрежительным взглядом. — Выглядит слабой и неотесанной. Придется с ней поработать. Отправьте на проверку. И тех троих, что прибыли сегодня, тоже, — властно распорядилась незнакомка. — Сиди здесь и жди, когда за тобой придут, — указала мне на деревянную скамью у входа. — Где твои вещи?