Царская ложь. Итоги расследования - Агаджанян Эмиль Гургенович - Страница 29

Доктор П.И. Уткин.

Пом. Нач. Воен. Контр. Кирста

С подлинным верно:

Судебный Следователь

по особо важным делам Н. Соколов»[108].

Отправившись на место, описываемое доктором Уткиным помещение ЧК, следователь имел возможность убедиться в правдивости слов неожиданного ценного свидетеля.

«Копия

ПРОТОКОЛ ОСМОТРА.

1919 года, февраля 11 Дня Помощник начальника военного контроля Кирста, на основании 258 ст. уст. угол. суд. при нижеподписавшихся понятых, произвел осмотр комнаты и кушетки, где была заключена Великая Княжна Анастасия Николаевна, и по осмотру оказалось: комната круглая, обита обоями, цвета бордо — выцветшие, имеет три двери, одни из них стеклянные, выходящие в сад-двор, принадлежащий этому же дому, т. е. дому Крестьянского Поземельного Банка в г. Перми по Обвинской улице. В комнате два окна, выходящие на Обвинскую улицу и во двор, на полу небольшой квадратный кусок линолеума. Против окна, выходящего на Обвинскую улицу у стены стоит кушетка, оббитая темно-коричневыми обоями с цветами, обивка старая, концы ее, спускающиеся к земле, вырезаны. Длиной она около 3-х аршин шириной 1 аршин с вершками, в головной и боковой части кушетки спинка, первая высокая, вторая небольшая. Следов кровяных или каких либо надписей не видно. В момент осмотра комнаты была обставлена: письменным столом, несколькими мягкими креслами и небольшой этажеркой. Комната в диаметре 6–7 аршин, следов выстрелов ни на стенах, ни на полу не заметно. Комната светлая, высокая, расположена во 2-м этаже, на обоях следы крови у головной части кушетки.

Пом. Нач. Воен. Контр. Кирста '

Понятые 1/ подпись неразборчива

2/В. Белов/или «Белев», нрзб./

С подлинным верно:

Судебный Следователь

по особо важным делам Н. Соколов»[109].

Затем доктор Уткин по просьбе следователя сумел принести выписанные им сохранившиеся в аптеке рецепты. Таким образом, слова врача нашли документальное подтверждение.

«Копия

Протокол

1919 года Февраля 11 дня Помощник Начальника Военного Контроля Штаба Нго Средне-Сибирского Корпуса Надворный Советник КИРСТА производил допрос доктора Павла Ивановича УТКИНА, жительствующего в городе Перми угол Покровской и Осинской в доме 25/71 по делу Императорской фамилии, в качестве свидетеля, который показал: по просьбе Вашей я добыл 2 рецепта из аптеки Губернского Земства, которые мною были написаны для больной в Чрезвычайке, назвавшейся дочерью ГОСУДАРЯ «Анастасией». Рецепты эти были написаны на бланках врача В.П. Иванова, данные мне в Чрезвычайке членом таковой «Шленов» /нрзб/, надпись которого имеется на обороте рецепта.

Врач П. Уткин.

Пом. Нач. Воен. Контр. Кирста»[110].

«Копия.

Справка:

— На листах дела 23 — 24 сего тома находились два рецепта; они выделены из сего дознания и описаны, каъ /так!/ вещественные доказательства, в протоколе 8 октября 1919 года (л. д. 21 — 22 том 7-й).

Судебный Следователь Н. Соколов

С подлинным верно.

Судебный Следователь

по особо важным делам Н. Соколов»[111].

Таким образом факт пребывания Анастасии Николаевны в помещении Пермского ЧК можно было считать доказанным. Оставалось понять, как она туда попала, происхождение ее травмы и выяснить местонахождение бывшей императрицы и ее остальных дочерей.

Вскоре нашелся и первый свидетель, видевший момент, когда великую княжну доставили в Чрезвычайку:

«Копия

Протокол.

1919 года Февраля 18 дня, Помощник Начальника Военного Контроля Штаба Нго Средне-Сибирского Корпуса надворный советник Кирста производил допрос:

рядовой Енисейского полка Аркадий Яковлев НЕУТРОЕВ /sicl/, жительствующий в госпитале в здании Винного Склада по делу Императорской фамилии, в качестве свидетеля, который показал:

Я служил в красной армии добровольцем в караульном батальоне в г. Перми и помню, что осенью прошлого года, кажется, в сентябре был в карауле у губернской тюрьмы.

Ночью, думаю было тогда часов 11, к тюрьме подъехала черная карета, слышно было, что в ней стонала какая то женщина. Когда ее унесли, я спросил стоявших ближе к карете, кто это, и получил ответ, что женщина привезенная в карете Великая Княжна, называли и имя, но я точно не помню, кажется, Ольга, но не уверяю — могу ошибиться. Советую допросить бывшего со мной в карауле Маледина Ивана из Новой Деревне, собственный дом, Александра Старкова — на Слудке по Торговой улице — дом не знаю.

Та карета, что привезла Великую Княжну, к тюрьме была из чрезвычайки. Пермской. Великая Княжна, как тогда говорили, в караульном помещении, была сильно избита. Карета тогда стояла у тюрьмы не более 20 минут. Конвой кареты был, кажется, из 6 человек. Больше о Великой Княжне ничего не знаю. В красной казарме есть теперь пленные из моего 1 взвода 4 роты Нго караульного батальона, их можно найти еще в артиллерийском складе за красными казармами.

Аркадий Неустроев.

Пом. Нач. Воен. Контр. Кирста».

Далее А.Ф. Кирста перешел к проверке связей выявленных свидетелей и допросу новых. Картина происшедшего продолжала вырисовываться все более отчетливо:

«25 февраля Унтер-офицер Караульной команды 3 роты 1 взвода Козьма Егорович РУДОМЕТОВ из крестьян Оханского уезда Пермской губернии, Повильской волости, объяснил: Я был при красных в 4-й роте 1-го взвода караульного батальона и помню, что как то осенью караульные моего взвода, вернувшись с поста в губернской тюрьме говорили, что ночью в тюрьму привезли в карете какую то женщину, слышен был из кареты стон и та женщина называлась Романовой, это мне говорил Федор фамилии его не знаю, забыл, он из Вятской губернии, ныне он санитаром в каком то лазарете в Перми. Рудометов.

Пом. Нач. Воен. Контр. Кирста

7 марта Телеграфист станции Пермь I-я гражданин Троицкой волости села Старая Елань, Владимир Андреевич ЕРМОЛАЕВ, жительствующий по Малой Кунгурской улице, дом № 52, объяснил:

Моя сослуживица по телеграфу Баранова, ныне Шилова, Клавдия говорила в сентябре прошлого года, что за Камой была поймана молодая женщина, которую избил крестьянин и сдал в милицию Закамского поселка, эту женщину из милиции забрала Пермская чрезвычайка, узнав в ней одну из бежавших Великих Княжен, причем тем же именем и назвалась та задержанная молодая женщина, когда ее избивали в Закамской милиции.

Об этом я ничего не говорил никому, кроме Аркадия Неустроева. Та же Баранова-Шилова говорила мне, что после увоза женщины, назвавшейся Великой Княжной, в Закамской милиции оставалось ее пальто, простого деревенского покроя.

Владимир Ермолаев

Пом. Нач. Воен. Контр. /sic!/ Кирста

7 марта Телеграфистка станции Пермь I-я гражданка Клавдия Ивановна ШИЛОВА, жительствующая по Обвинской улице, дом № 22, объяснила:

Моя знакомая, служившая за Камой в адресном столе в поселке против станции Пермь I-я Ираида Степановна Юрганова, но может называться и Лунеговой, говорила, что за Камой поймали дочь б. ГОСУДАРЯ, которая там скрывалась, называясь сестрой милосердия, — поймали Великую Княжну, имени точно сейчас не помню, не то Татьяну, не то Анастасию, при следующих обстоятельствах: Великая Княжна зашла в дом крестьянина, где были у него двое детей и попросила поставить самовар, вскоре дети ушли из дому, когда же дети вернулись из огорода, то в избе не нашли Великой Княжны и обвинив ее в краже денег, задержали ее, спрятавшуюся от преследования в канаву. Юрганова говорила, что задержанную Великую Княжну забрала к себе Чрезвычайка, одета была Великая Княжна в худую простую одежду, которую сняли с Великой Княжны и она висела в Закамской милиции. Юрганова — блондинка — выше среднего роста, средней полноты, вид сыщицы, разговор отрывистый, повелительный, жила она в Перми с ювелиром Жоржом на Торговой улице, ныне она уехала с большевиками с каким то ихним командиром, служившим в Кунгуре. Квартира Юргановой по Екатерининской улице против толчка осталась за ней. В Перми у нее родственников нет, но в Чердыни, где она училась в гимназии, жила у матери-рабочей. У Юргановой была за Камой знакомая по имени Клаша, она замужняя — блондинка тоже, выше среднего роста, с ней Юрганова служила в Перми, Клаша /Клавдия/ныне живет где то за Камой, где есть у нее мать. Клавдия Ивановна Шилова