Влюбиться на скорости - Белова Дарья - Страница 4

Называю адрес ближайшего к нам продуктового магазина. От него три минуты пешком. Добегу как-нибудь, тем более солнце уже встало из-за горизонта.

— И все же я спрошу, — чуть громче, чем прежде, говорит.

Скрещиваю руки и силой заставляю себя ответить на взгляд Макса. Он часто отводит его от дороги, что не может не вызывать беспокойства, но... Пауль смотрит на меня, разговаривает и чем-то интересуется. Он выглядит обычным парнем, а не рок-звездой.

Рискну предположить, что все тянется к невинному флирту.

— Как ты оказалась на дороге в такое время, еще и в таком виде? Если что-то случилось...

Конечно случилось! Ты случился!

— Была на концерте? — спрашивает незаинтересованно, но почему-то говорить о том, что я смотрела Макса из рядов фанатов и раздирала горло в кровь, подпевая песням, кажется несколько неуместным. Интуиция шепчет, что еще и запрещено о таком упоминать. Как и просить автограф. Блин!

— Поругалась и рассталась с парнем, и он оставил меня на дороге, — вспоминаю эпизод из недавнего фильма. Из триллера, правда, и там закончилось все трагично.

— Сочувствую. Больше с ним не общайся. Это мудац... Плохой поступок.

Хихикаю, закусывая нижнюю губу. Переглядываемся.

— Чем занимаешься? — спрашивает.

— Учусь. А ты? — тайно слежу за Максом. Скорость машины невысокая, Пауль и не спешит вовсе, а меня ломает пополам. Надо бы быстрее оказаться дома, но рядом со мной, за рулем, солист группы «Silberpfeile». Просить везти меня быстрее — страшный грех.

— Я... — Макс мнется и нагло пялится на мои открытые колени. — Я пою.

— Музыкант, что ль?

Смеется. Я держусь изо всех сил. Сердце рвется и буянит. Никогда не слышала его искренний смех.

— Типа того.

— Про любовь поешь?

— В том числе.

И вновь ловим взгляды друг друга. Солнце освещает просторный салон и заодно всю мою краску на лице. Максу прекрасно это видно, в то время как я ужасно нервничаю. Он еще и старше меня на шесть лет. Целый мужик, получается.

— И как? Успешно? — облизываюсь.

Пауль смотрит на меня внимательно. Надо отметить, что парень-мужик переключился на дорогу. Мы едем по шоссе одни, но безопаснее, если водитель увлечен дорогой, а не пассажиром.

— Не жалуюсь, — улыбается хитро. — Ну и где твой магазин?

Мы пересекли черту города и свернули в центр по указателям. Макс здесь впервые по ощущениям, потому что он то и дело смотрит в навигатор и на знаки на обочинах.

Сложно скрыть разочарованный вздох. Странная сказка длиной в полчаса подходит к концу, а я не верю в ванильное продолжение всех этих романтических мелодрам. Я триллеры люблю.

С грустью осознаю: эта встреча на дороге — первая и единственная между нами: случайной незнакомкой и певцом, поющим песни про любовь.

— Остановись у торца того магазина.

Макс послушно притормаживает и поворачивается полубоком. Его темные глаза как два крупных угля.

— Вот...

Беру сумочку, ногтями беспокойно черчу полосы по бисеру.

— Спасибо, что не сбил и подбросил.

— Обращайся. Я про подбросить, — одновременно смеемся и смущаемся.

— Тогда пока? — хватаюсь за ручку его колымаги.

— Пока, Оливия.

Выхожу из машины и шепчу себе под нос молитву: не оборачивайся, не смей оборачиваться.

В голове выстраиваю невозможный диалог, где Макс спрашивает номер моего телефона и приглашает на ужин. Я быстро сообразила наряд и выбрала духи, но сон трагично заканчивается.

Зайдя в магазин, слышу, как отъезжает машина Пауля, а подойдя к широкому окну, успеваю зацепить взглядом черный багажник.

Собственно, вот и все — мой подарок на день рождения. Не автограф, не танец на сцене, а живое, настоящее общение с самим Максом Паулем.

Глава 6. Макс

Она звалась Оливией...

На последнем курсе колледжа я встречался с одной блондинкой. Мы неплохо зажигали и классно трахались.Ее звали Оливией, и у нее были самые классные губы, когда-либо делавшие мне минет.

Эта Оливия совсем не такая. Не то чтобы я не хотел бы попробовать ее губы, но, опасаюсь, если я только снова подумаю об этом, меня загребут в тюрягу. На вид девчонке едва исполнилось восемнадцать. Это в лучшем случае.

Поэтому я оставил ее у магазина и вдавил педаль газа, удаляясь от нее к чертовой матери.

Ее глаза мерещатся мне за каждым поворотом. Серые у зрачка и карие по краям. Я успел разглядеть их цвет, когда мы были в машине.

Что-то в этом есть. Но это точно ненормально.

— Мам? Я дома! — хлопаю дверью родительского дома и скидываю спортивную сумку на пол.

Три часа в дороге дают о себе знать. Моя спина трещит по швам.

Пахнет вкусным пирогом с ягодами. Мамин фирменный. Я вдруг вспоминаю, что от той девчонки пахло чем-то похожим: ягодами и ванильной выпечкой.

Стряхиваю навязчивые воспоминания. Это всего лишь какая-то Оливия, которую я подбросил до ближайшего городка. Малолетка.

— Макс, дорогой! Ты как раз успел к обеду, — мама целует меня в обе щеки. Я дарю ей благодарную улыбку.

Я голоден, как волк.

Принимаю душ, переодеваюсь, быстро пробегаюсь по сообщениям и успеваю поговорить с менеджером. Мы подали заявку на рок-фестиваль. До Рождества всего три месяца, и я жду ответа от организаторов того самого крупного мероприятия. Выступить там было бы охрененно.

Но ответа нет. Гробовое молчание, что не может не нервировать.

— Какие планы на неделю? — интересуется за обедом.

Смотрю на пустующее место отца. Он редко заезжает домой на обед. Поэтому я предпочитаю есть в это время, а ужинать в другое, когда папа любит проводить вечера дома. Маме, понятное дело, это не нравится.

— Отдыхать. Готовиться к концерту. Планировать альбом, — отвечаю кратко.

— У папы намечаются перемены в работе, — начинает издалека. Мои слова остаются без комментариев. Привык. — Ему светит повышение. Очень важный шаг в его карьере.

— Как только пересечемся, обязательно поздравлю, — хочу закрыть эту тему.

Однажды родители сказали, что сильно пожалели, отдав меня учиться игре на гитаре. Для меня же это был самый счастливый день.

— Будь так любезен. И было бы здорово, если ты поступишь по-мужски и покажешь себя хорошим сыном, помогая отцу в его новой должности.

Стоящий передо мной любимый пирог не вызывает того аппетита, лишь отвращение и тошноту.

— Спасибо, мам. Все было вкусно. Мне пора.

— А как же пирог? — еще и возмущается.

Устало улыбаюсь.

— Наелся. Пирог в следующий раз.

Со скрипом отодвигаю стул и поднимаюсь к себе, чтобы собрать кое-какие вещи и поехать в студию. Мы там репетируем, общаемся, а иногда кто-то из ребят живет. Сегодня моя очередь. Находиться дома невыносимо.

Завожу свой «Форд» и, нарушив пару правил, паркуюсь у небольшого здания в не самом лучшем районе. Я могу снять квартиру намного лучше. Да даже целый гараж! Но пользоваться деньгами семьи и слушать шквал претензий и тонну нравоучений не буду. Лучше пропахшая мужским потом квартирка, чем строгий, требовательный взгляд отца и ворчания ночи напролет.

— О, какие люди! — Боб едва открыл глаза. Значит, сегодня студию мы делим с ним вдвоем.

Здороваюсь, как век не виделись.

Каждая мышца расслабляется. Там, где воняет, не убрано, тесно и на затертом покрывале видны следы пролитого вина, я чувствую себя лучше, чем дома.

— Как добрался? Ты же последним уезжал с концерта? — спрашивает Боб, наливая в стакан воды и залпом выпивая.

— Да норм. Девку одну чуть не сбил, — достаю из холодильника такую же бутылку воды, но ледяную.

— Что за девка?

Оливия. Красивая. Высокая. С голыми ногами и скверным характером. Обо всем молчу.

— Да так. Ничего особенного.

Снимаю блокировку с телефона и захожу в личный профиль в соцсети. В поиске вбиваю одно ее имя, и... Мне выпадает тысячи «Оливий».

Девчонка еще называла свою фамилию, но я ее не помню.

— Фанатка, наверное? — не унимается Боб.