Вкус счастья в итальянской деревушке - Джентиле Лоренца - Страница 5

— Ну что, ночные друзья, готовы записать свои голосовые сообщения и отправить их на наш обычный номер? Сегодняшний вопрос простой: когда был ваш последний счастливый день?

У меня перехватило дыхание. Когда был мой последний счастливый день? Я знаю. Несомненно. Я знала это всегда. Пыталась забыть, упрямо двигалась вперед, но часть меня так и осталась там.

Я где-то читала, что, когда все идет не так, надо сделать движение в противоположном направлении. А когда на тебя наваливается целая гора проблем, когда кажется, что выхода нет, — что делать, чтобы спастись? Внезапно меня осеняет. Я понимаю, что нужно сделать. Точнее, что я хочу сделать. Так-то, ночные друзья.

Спасти меня может только прыжок в неизвестность, только безумие: вернуться в прошлое — и немедленно! Не думать о последствиях и других вариантах, ничего не взвешивать. Вернуться туда, где я выросла, к людям, которые были рядом. Туда, где осталось мое счастье, мои мечты и стремления, осколки моей личности, без которых мне никогда не стать целой.

Чувствую, как внутри поднимается таинственная сила. Я исполнена решимости.

Звенит таймер духовки. Я вынимаю пиццу, оставляю ее на столе и распахиваю шкаф. Хватаю холщовую сумку, кидаю в нее две пары трусиков и лифчик. Среди черных футболок и брюк, униформы Nuvola, нахожу единственную футболку, которая у меня осталась с подростковых лет, — с портретом Мадонны и надписью: «Я — мое искусство. Я — мой шедевр». А вот и подходящая юбка, красная, свободно висящая на бедрах, длиной до щиколотки. В ванной я бросаю в сумку расческу, зубную щетку и пасту. Не закрывая сумки, возвращаюсь в гостиную и сгребаю туда карандаши, папины открытки, телефон, кошелек и ключи от машины.

Быстро осматриваюсь. Ничего важного больше в голову не приходит. Нет, мне больше ничего не нужно. Нужно спешить. Я хочу уже к утру оказаться там — на том распутье, где приняла свое первое взрослое решение и где была по-настоящему счастлива.

Я поглаживаю рудракша-малу на шее. Холщовая сумка болтается на плече. Открываю дверь.

Это побег? Да.

Импульсивное решение? Возможно.

Правильный поступок? Не знаю.

С другой стороны… когда я вообще поступала правильно?

Но мне уже лучше. Пусть немного, но легче.

Да, эта мысль приносит облегчение. Я уезжаю.

Глаза еще влажные, но что-то неуловимо изменилось, что-то зашевелилось внутри меня.

Оглядываюсь на прощание. Прощай, пицца с салями. Прощай, моя вечно пустая двухкомнатная квартира. Прощайте, ошибки, неудачи, бессонные ночи. Прощай, Nuvola. Прощайте, всё и все.

Я закрываю дверь на несколько оборотов и отправляюсь в свой последний счастливый день.

3

Взятый в лизинг белый автомобиль служит мне исключительно для коротких перемещений — от супермаркета до ресторана. И каждый раз я забываю, где его припарковала. То ли от избытка мыслей в голове, то ли потому, что улицы вокруг как под копирку: одинаковые, безликие, будто выстроенные чиновником от архитектуры. В попытке оживить эту бетонную однотипность кто-то предложил назвать улицы в честь цветов, но различимее они от этого не стали. Улица Гиацинтовая, Гвоздичная, Олеандровая, Рододендроновая…

Без справочника по ботанике не разобраться. Неудивительно, что я вечно блуждаю в поисках своей машины.

Но только не сегодня! Сегодня я вспоминаю, как в детстве выбирала цветы из больших плетеных корзин и плела из них гирлянды. Вот куда я пытаюсь вернуться! И судьба явно на моей стороне: я сразу замечаю неподалеку свою машину — белую и неприметную, будто на заводе ее забыли раскрасить.

Она могла бы быть розовой, оранжевой, или желтой, или в горошек — казалось бы, все возможно, — но она белая, и все тут. Индивидуальный дизайн стоил бы на тысячи евро дороже. Пришлось смириться.

Внутри меня встречает привычный синтетический аромат. Тут всегда так пахнет, будто где-то в салоне спрятан ароматизатор «Елочка».

Я открываю окна и впускаю живительный воздух.

Стоя на светофоре, я вполне могу сойти за девушку, которая едет домой с позднего ужина или на вечеринку. Конечно, на моих скулах ни следа блесток или хайлайтера, светлая коса растрепана, и одета я в простую черную футболку с логотипом Nuvola на груди. Но кому придет в голову, что всего несколько минут назад я заперла дверь на два замка и сбежала по лестнице с одной полупустой сумкой в качестве багажа — навстречу десятичасовой дороге? Если бы кто-то спросил, пришлось бы признаться: «Я в бегах».

Стартую с места и включаю радио. Ночные друзья, я вас слышу. Мне важно чувствовать вашу близость. Спасибо за истории, которыми вы делились со мной все эти годы. Без вас я бы сейчас не сидела за рулем. И уж точно не решилась бы на это безумие. Я бы отправила вам голосовое и спросила, что вы об этом думаете, но мне не хочется сбавлять скорость. Лучше расскажу вам позже, как все прошло. Обязательно расскажу. Обещаю.

На приборной панели вибрирует телефон — это новый отзыв.

Я останавливаюсь. Пальцы сами тянутся проверить: три звезды. Заголовок: «Эй! Есть кто?» Текст: «Неплохо, но концепция заведения мне непонятна. И в зале я был один».

Вообще-то там была еще и я. Мы даже могли бы поболтать — если бы я только оторвалась от ноутбука. С каким удовольствием я бы так и написала! Но, как всегда, сдерживаюсь и копирую шаблон: «Спасибо, что нашли время оставить отзыв о нашем заведении. Мы стараемся, и ваше мнение для нас важно. Надеемся увидеть вас снова в ближайшее время».

Я на кольцевой. Начинаю чувствовать расстояние: я уже на несколько километров оторвалась от своей обычной жизни. Чтобы не растерять остатки мужества, фокусирую внимание на фарах обгоняющих машин. Стараюсь убедить себя, что поступила правильно: оставила позади ошибки и неудачи, бросилась в омут неизвестности, чтоб следовать своей судьбе и отбросить все лишнее.

Неожиданно загорелся индикатор запаса топлива. Как говорит гомеопат, лучше опираться на конкретные факты. Нужно заправиться.

При виде заправки я вдруг понимаю: впереди ночь за рулем, а с собой лишь старые воспоминания и совсем ничего, чтобы подкрепиться. В машине у меня только россыпь чеков на коврике для ног, солнцезащитные очки без дужки, мятый пакет от чипсов и бутылка, скорее всего пустая.

Я заправляю машину, наполняю бутылку водой из раковины в туалете и задерживаюсь у полок магазина. Цельнозерновые таралли[9] без пальмового масла? Совсем скоро я буду есть их прямо из печи… Хлебцы с розмарином? Они стоят как золотые… Старые добрые Ringo[10]? Упаковка мятая, не внушает доверия… Не говоря уже о сэндвичах на прилавке — они напоминают о вечерних перекусах с Гвидо и скрипучих рольставнях. Я покупаю термос и заказываю три кофе лунго.

— Не слишком полезно для здоровья, но я тоже так делаю — иначе ночную смену не выдержать, — говорит бариста, заметив, как я наливаю кофе в термос. — Хочешь, подолью кипятка?

Ее неожиданная любезность немного успокаивает меня.

— Спасибо, — я стараюсь, чтобы она поняла: это не автоматическая вежливость.

— Съешь еще что-нибудь сладкое, иначе гастрит обеспечен.

— Меня сразу клонит в сон, как поем.

Опустим финансовую сторону вопроса.

— Куда направляешься?

— Да так, в Апулию, — говорю я нарочито беззаботно.

Она качает головой, улыбается — и высыпает на прилавок горсть миндальных печений в индивидуальных упаковках.

— Вот, дарю. Представим, что я твоя тетя.

— Вы определенно добрее моей тети. Спасибо.

Я не стала объяснять, что у меня нет и никогда не было тети. И что я почти потерялась среди всех этих стеллажей, неоновых лампочек и немногочисленных сонных посетителей, а она помогла мне почувствовать себя чуть лучше.