Надуй щеки! Том 9 (СИ) - Дубов Дмитрий - Страница 26

Я даже присвистнул:

— Получается, это по сути полтора месяца беспрерывной работы на поле?

— Вот именно, — кивнул агроном. — Мне нужны рабочие руки.

— Хорошо, сколько тебе надо людей?

— Исходя из моих расчётов, если вы хотите, чтобы я высадил всё за неделю, мне нужно человек тридцать. А, учитывая, что каждого ещё нужно обучить… — Сок Джи Шин замолчал и развёл руками.

— Я понял, — мне явно было о чём подумать. — Получается, ещё всем этим людям мы должны заплатить зарплату.

— Если хотите, — взял слово Ун Ён Ри, — я могу рассчитать, какой фонд нам потребуется на эту зарплату.

— Рассчитайте, будьте любезны, — попросил я. — Но учитывайте, что практически все свободные средства организации мы уже потратили на изготовление формочек и закупку семян.

— А нам ещё и забор строить, — взяла слово женщина, которую почему-то старательно игнорировал.

— Забор — это наша защита, — повторил я, понимая, что дебет с кредитом уже отчаянно не сходятся. — А вот рабочие руки — это возможность получить прибыль.

— И чем же мы пожертвуем? — бухгалтер поднял бровь.

— Ничем, — ответил я твёрдо. — Постараемся сделать и то, и другое.

И вот здесь передо мной снова встала задача: взять и найти где-то денег. И это при том, что моя задумка сейчас более-менее претворялась в жизнь.

В дополнение к этому я уже задумался о том, как начать рекламную кампанию. В принципе, ничего сложного в этом не было: я попрошу раскрасить несколько формочек, и с ними появятся та же Ким Ю Джин, Мун Хё На, Минсу и другие актёры из сериала, а также группа Пака. Можно будет поставить уточек где-нибудь на входе в школу. А дальше, когда хайп поднимется, остальные люди сами всё сделают.

Одним словом, популярность своим твореньям я обеспечу. Главное, чтобы они получились достаточно привлекательными.

Кроме текущих, но решаемых проблем с фирмой, были и другие. Мать всё-таки достала телефон министра образования, и я через своих людей передал его Джи Джисону, пусть исследует. А в следующий раз, когда я смогу вытащить его из тюрьмы на ночь, у него уже должен быть конкретный план действий.

Что ж, здесь всё тоже было плюс-минус нормально.

Единственное, что у меня не получалось за всё это последнее время, регулярно ходить в школу. Я появлялся там раз от разу и постоянно ловил на себе недовольные взгляды Шивона.

Ну ничего, ничего, думал я. По идее, я всё-таки смогу поучаствовать в олимпиаде. По крайней мере, отказываться от этой затеи я на данный момент не собирался.

Чан Ан тщательно подготовился к благотворительному вечеру, где в который раз должны были собраться представители различных компаний, занимающихся не только строительством, но и смежными сферами.

Он продумал, как будет подходить к своему коммерческому предложению, так как уже бывал на подобных мероприятиях и точно знал, что там ничего не делается напрямую. Нельзя просто подойти к главе какой-нибудь корпорации и сказать:

— Здравствуйте, уважаемый господин Ким, а не нужно ли вам случайно пятьдесят тонн листового алюминия? Между прочим, лучшего в Корее.

— Нет, конечно, так дела не делались. Но Чан надеялся на то, что, во-первых, ещё помнит, как начинать подобные разговоры. А во-вторых, небезосновательно полагал, что его кое-кто из этой строительной тусовки всё-таки помнит.

Он залез в гардероб и придирчиво осмотрел единственный тёмно-серый костюм, который целиком и полностью соответствовал этикету подобных вечеринок. Все остальные больше походили на одежду официантов или водителей-телохранителей. Лишь этот, купленный когда-то ему в подарок отцом, мог дать понять, что его обладатель имеет отношение к чеболям Кореи.

Когда он надел костюм и вышел в нём в коридор, то нос к носу встретился с Гису. Тот даже замер и оглядел Чан Ана с головы до ног.

— Я сначала тебя не признал, — проговорил он и ухмыльнулся. — Думал, к нам ещё какой-то франт заявился, хотел уже за шкирку выкинуть в окно.

— Не надо меня в окно, — с чувством попросил Чан Ан. — Это единственный приличный костюм, в котором я могу появиться в светской тусовке.

Сам вечер был, как всегда, шикарен. Помещения и обстановка буквально лучились благолепием, а люди, наполнявшие залы, — благополучием. Здесь не было излишней роскоши: всё выглядело достаточно минималистично, но при этом вызывало уважение и ясно давало понять, что всё создано исключительно для высшего света. Удобство и практичность, вот был девиз зала, в котором оказался Чан Ан.

Пропуск сюда он получил благодаря партнёру своего отца, Кан Дон Су. Чан пытался пробиться иными способами, но получилось лишь так. Причём именно Дон Су сам предложил Чану этот выход. Возможно, надеясь, что парень наконец помирится со своим отцом.

Оказалось, Кан Дон Су очень сильно переживал из-за того, что Чан Ан вышел из семьи, из рода, и до сих пор надеялся на примирение и воссоединение семьи.

Чан Ан же хотел только продать свои пятьдесят тонн алюминия и получить назад свои деньги.

Он взял у проходящего с подносом официанта бокал шампанского и двинулся вглубь помещения, где тут и там стояли общающиеся группы людей. Он даже не подозревал, сколько знакомых окажется здесь, но практически из каждой кучки беседующих ему то и дело кивали и здоровались. Некоторые выказывали лёгкое недоумение по поводу его присутствия, но оно было скорее позитивным. Практически во всех взглядах он читал одобрение.

И тогда он подходил к этим группам, приветственно кланялся, представлялся тем, с кем не был знаком. И прислушивался к разговорам, которые вели эти респектабельные граждане.

Разговоры в таких группах почти всегда сводились к одному и тому же: кто какие объекты сдал, где, какие тендеры выиграл, какие инновации собирается внедрять, какие новые производства появились, и так далее, и тому подобное. Про деньги, про бизнес, про объекты.

По сути, менялись лишь названия и цифры, а общая риторика и направленность оставались неизменными. Чан Ан хорошо это знал и помнил, как раньше ему безумно хотелось зевать на подобных сборищах. Но теперь, вместо этого он навострил уши и ловил чуть ли не каждое слово.

— Ну вот, — говорил глава фирмы, занимающейся цементом, — они мне привозят песок, а я смотрю, там вместо заявленной фракции песок чуть ли не в два раза крупнее. Я ему говорю: «Да кто ж у вас такое возьмёт? Он же ничего держать не будет». Ну и так далее.

Чан Ана интересовало одно: возможно, кто-то упомянет что-то действительно важное именно для него. И периодически такое случалось.

— А я вот попробовал облицевать здание необычной плиткой, как делал до этого, а алюминиевыми листами, — поделился один из строителей бизнес-центров.

Чан Ан поймал себя на том, что чуть ли не встал в стойку, как охотничий пёс.

— И могу сказать, что это тоже неплохие вложения. Во-первых, затраты меньше, чем на плитку; во-вторых, металл этот не поддаётся коррозии, достаточно хорошо выглядит даже без покраски. Но есть свои тонкости в работе…

Чан Ан дождался, пока человек выскажет все свои соображения, затем другой директор фирмы ответил ему, после чего в разговоре повисла пауза. И тут, как будто невзначай проговорил:

— Да, алюминий нынче снова приходит в тренды. Я вот сумел закупиться ещё до подорожания. Вам, кстати, пока не нужно? А то обращайтесь.

В душе Чан поругал себя за то, что кривовато высказался. Надо было говорить ещё более завуалированно. Но, что уж поделать. В следующий раз будет мягче в высказываниях.

Человек, рассказывавший о достоинствах алюминиевой обшивки, посмотрел на Чан Ана и прищурился.

— Уважаемый господин Ан, — проговорил он негромко и как будто огляделся по сторонам, — я с большим пиететом отношусь и к вам, и к вашему отцу, но вы же должны понимать, что такие поставки тщательно оговариваются.

— О-о-о, без проблем, — Чан Ан сделал такой вид, будто не предлагал ничего конкретного, а лишь вскользь упомянул: — Я готов обсудить любые варианты, если вам это, конечно, интересно.