Ведомости Бульквариуса 4 (СИ) - Михайлов Дем - Страница 47

Поздний вечер я встретил в месте для себя новом, но при этом схожим с тем, где я частенько коротал свои вечера — в книжной лавке. Все три ящера благополучно прибыли в питомник, моя выгода составила двадцать одну золотую монету, но я округлил свою выручку до двадцати, а остаток вручил молодому погонщику дабы он сумел достойно угостить отца и его коллег во дворе их семейного дома под сенью старого водорослевого дерева. Тогда же я вручил ему в подарок острый кинжал с клинком в локоть длиной — зачарован на прочность клинка и остроту лезвий, с рукоятью нарочито простенькой, обмотанной кожаной полосой, а ножны и вовсе выглядели непрезентабельно. Юнец сначала не осознал, не удержался от разочарованной гримасы, но вот его отцу хватило одного взгляда на кинжал, и он дал сыну звонкий подзатыльник, после чего коротко поклонился в знак благодарности. Да… кинжал был очень недешевый. Я купил таких два, но один мне был необходим для личных нужд. Если не поправлю чуток финансы мира реального, то скоро и картошки не на что будет купить…

Но пока что я с восторгом ходил между высоченных стеллажей из мореного дуба, где полки были тесно заставлены книгами, каждая из которых скрывала либо невероятные приключения, либо трагическую любовную историю, либо глубокую жизненную мудрость… а может все это вместе взятое… иногда я поднимал руку и бережно скользил кончиками пальцев по книжным корешкам, пытаясь прикинуть сколько же у меня лет уйдет, вздумай я прочесть каждую книгу даже на одном из многоэтажных стеллажей, где каждая полка содержит десятки вселенных…

Раньше я не понимал книжных червей и даже относился к ним с откровенным непониманием — как можно тратить даже пару часов в день на чтение, если там снаружи происходит столько всего интересного… но теперь я относился к книгам иначе — потому что начал их читать, начал осмыслять написанное в них и буквально чувствовал как книги меняют меня атом за атомом…

А происходящее в магазине доказывало, что книгами увлечен не я один. Владелец книжной лавки, очень высокий сухопарый ахилот в годах, в массивных очках с темной роговой оправой и седой аккуратной бородкой, стоящий за блестящим красной медью кассовым звонким аппаратом, едва успевал принимать деньги, а к стойке выстроилась небольшая очередь покупателей, каждый их которых держал по стопке книг. Три седовласых и почему-то слегка пыльных на вид, но очень расторопных помощника сновали по ярко освещенному просторному помещению, приходя на помощь, когда требовалось что-то пояснить или порекомендовать. Покупателей в лавке было никак не меньше двадцати и это, не считая оккупировавших детский книжный угол детишек, яростно нарушающих тишину ради обсуждения только что вышедшего подросткового детектива про мистического юного авантюриста Арти Тэнкс и Руины Черного Саргасса…

Мне никто не мешал бродить по книжной сокровищнице, а я не торопился, имея дополнительную причину находиться здесь. Мысль посетить эту часть города и выяснить, где находятся ближайшие к этой точки книжные магазины и в каком из них самый богатый выбор, пришла ко мне случайно, когда я размышлял на тему правильного подарка для начитанной дочери одного важного здешнего дельца. Он проживал в солидном районе, а благодаря умению плавать и зависать в воде, мне не составило труда осмотреть все сверху и отыскать не только большой магазин, но еще и заметить стоящее у его входа объявление, что сегодня у них завоз немало количества новинок. И вот я внутри, стараюсь никому не мешать, осматриваюсь, изучаю ассортимент, наблюдаю за остальными покупателями и прислушиваясь к их тихим разговорам.

Где-то еще минут через пятнадцать наступил глубокий вечер и всю недовольную таким поворотом событий детвору выпроводили на улицу. Детям пора ужинать. В магазине повисла благостная тишина, тихо оседали на пол частички ила, тут же поедаемые выползшими на работу морскими донными чистильщиками, каждый из которых нес на горбу маленькую сиреневую лампу. Верхний свет чуть угас и магазин стал выглядеть по настоящему волшебным местом, где роль светлячков выполняли ползающие по полу уборщики. Покупателей тоже поубавилось, равно как и книг на полках.

И в этот момент через порог ступила она — девушка в изящном белом платье. Хва-Бэнти, дочь уважаемого Тур-Урэла.

Чистой воды везение!

Я находился в дальней части зала и тут же сделал еще один шаг назад, утонув в сумраке книжного тупика. Надо собраться с мыслями и понаблюдать. Мне в плечо уперся корешок солиднейшего тома о новейшей истории Южного Побережья, а в висок углом ткнулась книга о кровавой истории пиратского разбоя как на, так и под водой, охватывающая последние три столетия. Вытащив с полки первую попавшуюся книгу, я открыл на случайной странице и замер, пытаясь услышать хоть что-то.

Мои предположения оправдались — начитанная и собирающая личную библиотеку девушка не могла не посещать книжные магазины. Раз она решила собрать внушительное книжное собрание — очень сомневаюсь, что речь лишь о паре скромных полок — и ей нужны не абы какие книги, то ей придется и общаться с владельцами книжных, что-то заказывать, узнавать, просить достать и так далее. А табличка у входа, заявляющая о новых поступлениях… для читающего человека это как медовая ловушка. Устоять невозможно. Хотя мне повезло, что она зашла именно сейчас… ну как повезло… толку то? Стою в углу, гляжу издалека, но ничего не слышу. Улыбнувшись владельцу — а тот расплылся в улыбке столь широкой и радостной, какой одаривают далеко не каждого покупателя — она что-то сказала, он ответил, ненадолго исчез за полированной дубовой стойкой, а когда выпрямился, в его руках была солидная стопка книг.

Проклятье… отсюда я не вижу ровным счетом ничего полезного.

Выхватив с полки еще пару книг, я сунул их подмышку и с раскрытым томом в руках двинулся к стойке, избегая смотреть на разговаривающих и скользя взглядам по шкафам. Но приближался я неуклонно, торопясь успеть до того, как перебираемые сейчас Хва-Бэнти книги исчезнут в уже подготовленной хозяином матерчатой сумке. К моему удивлению в своем фальшивом изучении полок я на самом деле наткнулся на пару любопытных экземпляров и добавил их к остальным, в результате финишировав у стойки с солидным грузом. От Хва-Бэнти меня отделяло еще два покупателя, но я шагнул чуть в сторону и сумел не только увидеть покупки девушки, но и сделать скриншот — вот она польза от бытия игроком. Сумел я и уловить краем уха их приглушенный разговор, поняв, что Хва-Бэнти ждет еще не меньше тридцати заказанных книг, из которых владельцу лавки удалось обнаружить пока лишь половину, но он не теряет надежды отыскать и остальные. Тогда же девушка передала ему сложенный вдвое лист водорослевой бумаге — и я мгновенно опознал в ней один из высококачественных и достаточно дорогих сортов писчей бумаги, что-то около серебряной монеты за пять листов. Та, которой я пользовался я сам, практичная, толстая, шероховатая, порой с мелкими щепками, вмятыми в лист, обходилась мне в серебряную монету за стопку в сто штук. Зато я мог исписывать до пятнадцати таких листов в день и не переживать при этом о их стоимости.

Нужную мне информацию я получил — жаль не могу заглянуть в тот сложенный лист бумаги, убранный хозяином в тут же закрытую на замочек солидную кожаную папку. Звонко щелкнув эти самым замочком, владелец заверил покупательницу что отправит запросы по своим источникам, а уже прибывшее отправит сейчас же самым надежным курьером по известному ему адресу. Хва-Бэнти отошла, я сделал шаг вперед, задумчиво глядя лишь перед собой. Та, что стояла передо мной, оплатила книгу и ушла, я водрузил книги на стойку и замер, услышав сбоку чарующий и чуть хрипловатый голос:

— Доброго вечера, господин Бульквариус.

Повернувшись, я коротко поклонился как оказалось не ушедшей далеко девушке:

— И вам доброго вечера, уважаемая госпожа Хва-Бэнти. Как здоровье вашего достопочтимого отца господина Тур-Урэла? Надеюсь все в полном порядке?

— Милостью светлых богов это так — ответила она и опустила взгляд больших глаз на выбранные мной книги — Хм…