Ведомости Бульквариуса 4 (СИ) - Михайлов Дем - Страница 43

— Молодой человек! Все в порядке?

Очнувшись, я поспешно отдернул палец от нарисованного на пачке обжаренного кофейного зернышка и смущенно улыбнулся:

— Прошу прощения.

— Выпили что-то? — со вполне обоснованным подозрением поинтересовалась продавщица.

— Не пил ничего кроме хорошего кофе и проточной морской воды — заверил я, но судя по её взгляду лишь добавил сомнений в моей адекватности.

Поняв, что прямо сейчас моя поселковая репутация на кону, я перестал каламбурить и заговорил серьезно, одновременно принявшись делать то, что успокоит любого продавца лучше любых слов — начал тыкать пальцем в товары, прося добавить к моим покупкам:

— Еще раз извините за дурацкие шутки. Я из дома работаю, сегодня с раннего утра и до самого вечера упорно трудился, хотя, думаю, моя работа полегче вашей. Две пачки спагетти, пожалуйста. И банку томатной пасты там чуть выше. Да, которая поменьше. Сейчас вот как раз работал над кофейной темой, еще не отошел от работы, а тут добежал пока вы не закрылись и первое что увидел — эту пачку кофе. Ну и завис чуток — опять о работе задумался. Вы уж простите, если напугал. Еще бутылку растительного масла, пожалуйста.

Несмотря на свои внушительные габариты продавщица передвигалась легко, быстро подавая требуемые товары и с каждой секундой её подозрения развеивались, что было хорошо видно по лицу.

— А про морскую воду зачем сказать?

— Да вон на пачке соли увидел слово «морская» — легко вывернулся я — А соль как раз нужна. Подайте, пожалуйста. Еще пачку сахара, ну и кофе тоже возьму. И вот ту большую пачку сухого кошачьего корма.

— Пожалуйста — уже окончательно расслабившись, ответила она и даже улыбнулась — Да уж… работа она такая… вам бы гулять побольше, молодой человек.

— Стараюсь — кивнул я — Но работа во дворе спасает. Там ветки подрезать, здесь дорожки подмести, тут сорняки повыдергивать…

Этими словами я окончательно растопил сердце продавщицы и пока она считала сумму и искала пакет для покупок, на меня лились её мысли о том, что вот уж действительно есть плюсы жизни поселковой жизни в частном доме, где хочешь не хочешь, а придется раз сто за день до самой земли поклониться, чтобы что-то поднять, да сколько же раз на цыпочки встать, чтобы куда-то дотянуться… Какая-никакая — а считай физкультура. Когда я выходил из магазинчика, я уже перестал быть в ее глазах подозрительным возможным наркоманом, превратившись в нормального ботаника дистрофикуса — как по мне размен прямо неплохой. Хотя бы участковому не позвонит — не то, чтобы я боялся, мы уже знакомы, но как-то не хотелось портить спокойный летний вечер…

А окончательно растопилось сердце продавщицы после того, как она узнала, что я подкармливаю бродячих кошаков коих она именовала «дикушками». И она же с искренней тревогой сообщила, что за последние месяцы пропало уже несколько кошек из числа тех самых «дикушек», учет которым никто не ведет, но она их частенько подкармливает и хорошо знает число и повадки этих попрошаек. Недавно перестала приходить вечерами беременная кошка, хотя рожать ей еще рановато судя по виду. Может отлавливает их кто? Да нет… знали бы местные… ох беда беда…

— Беда-беда — тихо повторил я, шагая по пустой улице, где уже зажглись редкие фонари — Тут не службу отлова бояться надо, а психа с арбалетом… Кто же ты такой, мразь? Где ты живешь? Как тебя зовут?

Смешно…

Сколько вопросов, которые почти наверняка не получат ответов. Единственный вариант узнать личность живодера — это буквально поймать его на месте преступления. Хотя нет… это скорее единственный вариант его изобличить. А вот узнать кто он такой чуть легче — главное заметить арбалет. Очень сомневаюсь, что по нашему поселку прямо вот толпами бродят любители арбалетной стрельбы по тарелочкам. А так как сейчас на улице жара, люди ходят в футболках, шортах и шлепках, что серьезно осложняет жизнь этому уроду — ведь арбалет куда-то надо прятать. Либо рюкзак, либо под полу плаща, либо выходить лишь в полной ночной темноте и ходить там, где нет камер наблюдения и… резко остановившись, я глянул влево и замер, вглядываясь в длинный узкий переулок. Даже не переулок, а просто щель между заборами двух участков, превратившуюся в дорожку для срезания углов. Я всегда прохожу мимо этой щели, сам туда не заходил, не мое направление, но я помню эту кем-то насыпанную щебенку, возможно живущие рядом скинулись и засыпали вручную, чтобы грязь не месить. А еще я помнил два висящих на заборах тусклых шара света, а в светлое время суток я видел на их месте примелькавшиеся уже повсюду лампы с солнечными панелями наверху — такие, что сами зажигаются с приходом темноты и светят пока не кончится заряд в батарее.

Сейчас лампы не горели.

Я для чего-то глянул в почти черное небо, где уже показались первые звезды, различимые здесь куда лучше, чем в городе с его вечным световым загрязнением. Да… уже темно. Но лампы не загорелись.

Странно… что-то сломалось в обеих сразу? Возможно… возможно…

Скользнув взглядом по табличке на заборе, я машинально отметил и запомнил название улицы: Черемуховая. Да и пошел себе дальше, заодно отметив в голове и точку на территории хорошо знакомого мне поселка. Что-то внутри подталкивало развернуться, дойти до той узкой щели и пройтись по ней до самого конца. Ну пройдусь… и что я там увижу? Да я и так знаю, что я там увижу — еще одну улицу. То что погасли обе лампы сразу еще ни о чем не говорит — могли и мальчишки нахулиганить. Даже скорей всего так оно и есть. А может идущий мимо пьяный оторвал их в порыве внезапного раздражения — а чего они в глаза светят и не дают спокойно отлить на чужой забор?

Я мог уже раз пять пройти мимо ворот негодяя, но никогда об этом не узнаю. И к тому же никто не говорил, что он местный. Может он в городе живет, а сюда приезжает на свою мерзкую изуверскую охоту…

Соседи встречали меня у ворот. Ну не меня лично, конечно, не настолько я важная или просто ненавистная персона. Соседи с пыхтением разгружали содержимое запаркованного у их ворот автомобильного прицепа, заваленного большими мешками. И снова не совсем так я выразился. Разгружал сосед, а его достопочтенная супруга контролировала процесс вытаскивания мешков, перемещения их в тачку, вкатывания их во двор и так далее.

Что-то во мне ворохнулось радостным детским порывом спросить не нужна ли помощь, но ничего такого я предлагать не стал, просто громко и уверенно поздоровавшись:

— Вечера доброго и продуктивного, соседи.

Мне кивнули, дважды щелкнул замок моей калитки, впуская меня во двор, что-то там за забором едва слышно пробормотала супруга и уже куда громче потребовала от мужа двигаться быстрее.

Прикормленные мной кошаки мирно отдыхали у кустов в шаге от ведущей к дому дорожки. Вежливо поздоровавшись с гордыми обитателями помоек, уничтожителями крыс и блох, покорителями самых высоких заборов, я осторожно прошел мимо, дабы не потревожить чуткий отдых героев.

Разложив покупки, проверил финансы и понял, что в реальном мире я банкрот. Ну понятно, что один звонок сестренке и я поправлю свои дела, вот только я лучше сдохну, чем еще раз попрошу у нее хотя бы рубль. Завтра добуду денег — честным торговым делом в мире Вальдире.

А вот позвонить сестренке надо…

Это я и сделал, не откладывая в долгий ящик. Прижал телефон плечом к уху, дождался родного голоса, спросил есть ли у неё время на непутевого брата, после чего мы проболтали больше часа. Она тоже занималась готовкой ужина, попутно рассказывая о событиях последних дней. Через час к ней припрутся две подруги, решили устроить вечер с мартини, ночевать тоже останутся у неё, нет, Полины не будет.

— Я не спрашивал — улыбнулся я в трубку — И вообще последнее время ей не пишу.

— А почему?

— Она занята Вальдирой и делами реала — ответил я.

— Знаешь, вот кстати да — она прямо в Вальдире! Я ведь ее звала. Сначала долго пыталась дозвониться и списаться, наконец выловила ее, потребовала явиться, но она заявила, что у нее намечена встреча с друзьями там в Вальдире. Я ей — а я тебе кто? А она поржала и говорит — ничего поделать не могу, клятва была дана, должна явиться и сражаться, авантюристы словами не разбрасываются. Представляешь?