Бунт и Империя (СИ) - Марков-Бабкин Владимир - Страница 32

Она замолчала. Стихла гитара. Я не счёл достойным портить момент и послевкусие пустыми словами.

Каролина отставила в сторону гитару:

— Ваше Императорское Величество…

Удивлённо поднимаю брови.

— Да, Ваше Императорское Величество?

Очаровательно:

— Не пригласите ли даму на танец?

Лина щелкнула пальцами, и, словно по волшебству, откуда-то зазвучала музыка.

Я промокнул губы салфеткой, встал и подошёл к даме.

— Прошу простить мою дерзость, но будет ли мне дозволено пригласить вас на танец?

Императрица Всероссийская и прочая, прочая, прочая… достала веер (и где только взяла?) и скромно/томно проговорила:

— Один танец, сударь.

Танец был не один. И в конце Любимая прошептала горячо:

— Баня готова, мой Господин. И наша спальня тоже. Я соскучилась по тебе.

Глава 8

На дальних берегах

НОВОРОССИЯ. МАРИУПОЛЬ. 1 мая 1775 года.

Император наблюдает.

Так можно сказать, глядя на меня.

Сижу на пляже на бревне и гляжу в небеса. На Млечный Путь.

Вот кому безразлична наша суета, так это им. Звёздам. Миллиарды лет и сотни тысяч световых лет. Всё измеряется годами. Или гадами? Может и так.

Откуда бревно на пляже? Не знаю. Бог весть. Надеюсь не притащили ради меня. Хотя, какая разница.

Вообще, тут очень тяжело с деревом. Не растут тут деревья. От слова совсем.

Степь.

Холмы и травы почти по шею. Овраг даёт надежду на родник. Вот вся радость.

Насколько я помнил, первые деревья в Приазовье посадили в конце XIX века. Именно посадили. Для эстетики и для борьбы со страшными пыльными бурями, частыми в этих краях.

Нет тут деревьев. Дерево тут почти на вес золота. Дома строят из самана. Из таких больших глиняных кирпичей, состоящих из соломы и прочего навоза.

Я смотрел на звёзды.

Чёрное небо. Почти такое же чёрное, как жирный чернозём этих краёв. Прекрасные урожайные земли. Но, не зря эти места относятся к статусу «зона рискованного земледелия». Непросто тут с осадками. Непрогнозируемо. Как повезёт.

Крестьянину из средней полосы России нужно привыкать здесь вести земледелие. Хотя, повторюсь, землица тут отменная. В центральной бы России такую, мы бы и горя не знали. Но, что есть, то есть. Нужно осваивать Малороссию и Новороссию. Иначе не выдюжим намеченную программу роста населения. Нужно не просто больше продовольствия, а масштабно больше. И людей в этих краях нужно масштабно больше.

Тут почти нет крепостных. В основном вольные поселения или солдатские артели из отставников. Я даже повелел желающих отправлять в отставку после двадцати лет службы, а отличившихся и после пятнадцати. Собирали их в такие поселения. Щедро нарезали земли вокруг. Вкусные льготные кредиты от государства. Лизинг на технику и инвентарь. Форвардные контракты на поставку осенью урожая по фиксированным (довольно хорошим) ценам. Чёткий уговор, что если неурожай и прочие стихийные беды, то поставки откладываются на следующий год. Короче, режим наибольшего благоприятствования.

Осваивать надо эти края.

Казачьих станиц здесь и нет вовсе. Донские казаки по левую сторону Кальмиуса. Теоретически запорожские были по правую сторону, но их нет тут давно. Остался только пост-мост через реку. С восточной стороны так и стоит таможенный пост Войска Донского, а с западной лишь развалившиеся хибары да руины укрепления Домаха на холме. После переселения в эти края греков и армян из Крыма, после основания Мариуполя, ушли отсюда запорожцы. Бурчали, но ушли. Уверен, что затаили на Царя-батюшку, как без этого?

В любом случае их вольнице конец, и они это знают. Или чувствуют.

В небе упала звезда, прочеркнув черноту. Не успел загадать желание. А что бы я загадал? Даже не знаю. Было бы звёзд несколько и время на подумать, а так… Загадал бы, чтобы Мишка выжил в том сражении с турками. Выжил и не опозорил Имя.

Нет пока известий оттуда.

Светотелеграф на море действует только в пределах видимости. Это нужно иметь целую цепочку кораблей связи через всё водное пространство. А как тут обеспечить? Эскадры движутся. Маневрируют.

Даже корабли между Таганрогом и Мариуполем не всегда обеспечивают надёжную связь, что уж говорить об открытом море.

Так что остается лишь молиться и ждать известий.

Черноморскому флоту России скоро год. Вырос из двух флотилий — Азовской и Днепровской. Передовые базы — Балаклава, да Каффа, точнее уже Феодосия. В прошлом году их лихо у турок отбили. Вычистили весь юг Крыма и заперли у турок в Босфоре. Они конечно пытались… Но как их кораблям пройти, если там, сменяя друг друга, дежурят эскадры, возглавляемые броненосцами? Главные базы же пока у нас те же. Мариуполь вот тоже база флота. Не Таганрог, конечно, но важный город и порт. И нет у него печати заштатной обречённости. Вот этого вот: «Мог бы быть если бы не…» Таганрог — быстро растущий город-крепость-порт-верфь. Но, как только Россия окончательно выкинет турок из Крыма, как только образуется нормальный Черноморский флот, то как военный объект Таганрог потеряет всякое стратегическое значение. Насколько я помню, Екатерина Вторая, после завоевания Крыма, повелела исключить Таганрог из списка крепостей, а гарнизон перебросить в другие места ближе к границе. У меня тут будет то же самое.

Поэтому всё бурное строительство там лишь временное. Лет на десять. Потом придётся разбирать. Таганрог — просто порт на границе Дона и моря. Хороший, важный порт, но, не военный. Не больший чем Мариуполь.

Бывал я сегодня в здешнем порту. Точнее, их два. Один рыболовецкий, достаточно серьезный и основательный, а второй — нечто эдакое.

Рыболовецкий — да. Тут не поспорить. Найти водоём, более богатый рыбой, нужно умудриться. Кажется, что вставь в воду палку и она тут же обрастёт рыбой. Неслучайно тут целый порт, местные варианты рыболовецких сейнеров, и, даже, рыбоконсервный завод. Нет, тут не делают консервы в классическом для моего будущего времени жестяном понимании. Бочки в основном.

Если кому-то кажется, что бочки — это ха-ха, то тот сильно ошибается. Здесь нет дерева. И бочки производить не из чего. Откуда тогда бочки? А вот тут их и собирают. В разобранном виде они приходят по Дону из мест, где дерево есть.

Тут целая индустрия. И в Таганроге есть рыбоконсервный завод. И в Бердянске. И в Олешье. И в Мариуполе.

Трудно тут с сельским хозяйством пока. А без рыбы так просто прячься. Витамины всякие и прочее. Без азовской рыбы плохо в этих краях. Речная рыба не заменит морскую. Они разные просто. Сколько было в истории голодов всяких, почти никто в Приазовье не умер. Нужно было лишь дойти до побережья.

Куда уходят бочки с солёной рыбой? Вверх по Дону, Кальмиусу, Берде, Днепру. Новые поселения охотно покупают бочковую солёную рыбу.

Откуда соль? Откуда-откуда. Из Бахмута вестимо. Копи давали немало соли, которую везли мешками, бочками и прочими подводами к Кальмиусу, а оттуда по всему нашему миру. В этой реальности малороссийские чумаки вовсе не единственный источник соли. И Крым не единственный. Вообще, здешний Донбасс во многом более развитый или развивающийся регион Новороссии, чем было в моей реальности. Соль. Уголь. Руда. Заводы и фабрики. Нет никаких крепостных. Почти. Конечно, в прочей Новороссии и Малороссии, куда перебираются польстившись на очень льготные условия помещики со своими мужиками, там крепь никто не отменял. Я ж не могу просто забрать живое двуногое говорящее имущество. Я и не забирал никого, ни у кого и никогда. А если помещик проигрался в карты, заложил имущество и крепостных в банке, а потом не вернул кредит, то не я же в этом виноват? Казна выкупала у банка залоговых мужиков и отправляла сюда. Или на Урал. Или за Урал. Далеко за Урал. Аж до океана. И за океан.