Теневая революция (ЛП) - Гриффит Клей - Страница 57

В другом конце комнаты раздался вой. Шарлотта корчилась в агонии от мучительной трансформации. Юная оборотень трясла своей мохнатой головой и рычала.

Гретта удивилась.

— Шарлотта. Вот ты где. О твоем наказании мы поговорим позже, а пока помоги мне прикончить этих мерзавцев.

Шарлотта зарычала и прыгнула на спину Гретты, вцепившись зубами в ее жилистую шею. Юная оборотень казалась карлицей по сравнению с Греттой, рост которой достигал почти трех метров. С яростным рычанием Гретта развернулась, схватила Шарлотту за шиворот и оторвала от пола, разорвав при этом и шерсть, и плоть. Она гневно встряхнула юную оборотень.

— Что с тобой не так, Шарлотта?

Когти юной оборотень впились в предплечья Гретты, оставив глубокие борозды.

Гретта прищурилась, ее губы скривились в устрашающем оскале.

— Надо было прикончить тебя, когда ты предстала передо мной в лачуге Сэмюэля.

Гретта издала рычание, которое переросло в ужасающий вой ярости, сотрясший комнату. Одной рукой она подняла Шарлотту над головой и швырнула ее на пол. Оборудование в комнате загрохотало. Массивная оборотень подняла ногу и опустила ее на Шарлотту. Раздался хруст, и девушка издала приглушенный крик. Гретта всем своим весом навалилась на Шарлотту, постанывая от усилий, чтобы лишить предательницу жизни.

Кто-то схватил Гретту за массивную волосатую руку и развернул ее. На нее уставился разъяренный Саймон. Он ударил ее кулаком в морду. Она пошатнулась. Он ударил ее еще раз, и она отлетела на несколько шагов. Гретта вытерла рукой текущую из носа кровь. Она по-прежнему сжимала в руке топор и смотрела на Саймона со странной смесью ярости и непривычного замешательства.

Сражаясь с оборотнем, Саймон крикнул остальным властным и полным силы голосом:

— Когда я говорю "бегите", я не имею в виду, что вы должны бежать ко мне. А теперь убирайтесь отсюда все!

Он услышал, как кто-то убегает. Боль от последних ударов отдавалась в его окровавленных руках, но бурлящая энергия эфира все еще придавала ему сил. Однако конечности начало неметь. Времени оставалось мало.

— Если ты готова сдаться, — выдохнул Саймон, обращаясь к Гретте, — я подумаю об этом.

Оборотень зарычала и метнула топор. Лезвие просвистело мимо пригнувшейся головы Саймона и глубоко вонзилось в каменный пол позади него. Саймон бросился вперед, ударил ее еще раз и отшвырнул в сторону. Она вцепилась когтями в кирпичную стену, чтобы удержаться на ногах, но Саймон обхватил ее за пояс и поднял в воздух. Его колени подогнулись, но он не упал. Гретта вырывалась с такой силой, что Саймон должен был бы переломать себе все кости, но он держал ее, кряхтя от напряжения каждый раз, когда она дергала плечами или пинала его своими массивными ногами. Это было все равно что пытаться удержать разъяренного тигра, медленно отступая к руне, которую он начертил своей кровью на полу.

Должно быть, Гретта заметила слабое свечение руны у себя за спиной. Она злобно зарычала и с новой силой рванулась из его рук, царапая Саймона. К счастью, она едва доставала до него, так что лишь коснулась его кончиками острых пальцев. Она взревела и схватила его руки, которыми он прижимал ее к себе. Она рвала его плоть, пытаясь оторвать его руки от себя. Саймон стиснул зубы и закричал сквозь стиснутые зубы, продолжая шаг за шагом подтягивать бьющееся в конвульсиях чудовище к кругу.

Они миновали топор, воткнутый в каменный пол. Оборотень схватился за длинную рукоятку, и Саймон резко остановился. Он почувствовал, как сила рунического круга нарастает у него за спиной, но Гретта все еще была за его пределами. Она использовала рукоятку неподвижного топора как рычаг, и нога Саймона поскользнулась, когда она подтянулась еще на несколько дюймов. Саймон напрягся, откинулся назад и закричал от боли в мышцах, которые вот-вот должны были разорваться. Но огромный зверь по-прежнему не поддавался. Его эфир иссякал, а вместе с ним и силы. Если бы он сейчас отпустил Гретту, она разорвала бы его на куски.

Внезапно в дверях появилась Кейт и ворвалась в комнату, ее волосы развевались. Она замахнулась, приближаясь к бьющемуся в конвульсиях оборотню. Гретта продолжала подтягиваться на топоре, не обращая внимания на Кейт. Зверь согнулся в поясе, сопротивляясь Саймону, лицо которого покраснело от напряжения. Кейт вытащила пробку из маленького пузырька и выплеснула его содержимое в лицо оборотню.

Гретта закричала от боли, и Саймон почувствовал, как существо дернулось и выпустило топор из рук. Он прижал ее к себе изо всех оставшихся сил. Они упали на пол, и Саймон оказался придавлен к камню огромным весом оборотня. Он едва не потерял сознание, но почувствовал, как его окутывает сила рунического круга.

— Саймон! — голос Кейт донесся до него издалека. Он замер, не решаясь высвободить силу, пока она рядом, но у него не хватало сил, чтобы попросить ее уйти.

Затем он услышал голос Малкольма:

— Я держу Кейт. Делай, что должен.

— Нет! — отчаянные протесты Кейт становились все тише по мере того, как охотник, верный своему слову, уводил ее прочь.

Саймон с облегчением вздохнул и отдался во власть эфира. Сила, собиравшаяся в воздухе вокруг круга, вырвалась из того странного потустороннего мира, в котором она обитала, и прожгла в нем дыру. Мрачная энергия хлынула через его тело и обрушилась на Гретту. Волны магии сотрясали гигантское существо, словно оно было пустым местом, сжигая волосы и разрывая мышцы. Саймон почувствовал, как тело в его руках стало уменьшаться, когда эфир высасывал из него силы. Оборотень закричала, превращаясь из зверя в женщину. А потом из женщины она превратилась в дряхлую старуху, которая скулила от страха, потому что никогда еще не была такой слабой и беспомощной. Саймон почти нежно обнял дрожащее, похожее на скелет существо.

Поток эфира иссяк. В человеке не осталось ничего, что могло бы его направить. Он превратился в пустую оболочку. Его сердце с трудом билось в груди, отчаянно пытаясь сохранить ритм. Саймон жалел, что у него не было возможности попрощаться.

С Ником.

Но больше всего с Кейт.

Они почувствовали невероятный прилив необузданной силы эфира, когда сидели в катакомбах. Малкольм выругался на гэльском, и на его лице отразилось изумление. Кейт ощутила, как их накрыла огромная волна силы. Пенни пригнулась, зажав уши руками. Хогарт прижал Имоджен к груди, но она все равно тянулась к нему своей нечеловеческой рукой, словно собирала с воздуха бабочек, словно могла видеть силу, которую остальные только ощущали. Кейт крепко прижала другую руку Имоджен к своему лицу и шептала успокаивающие слова, которых сама не чувствовала. Такой силы Кейт и все они никогда раньше не испытывали. Она знала, что Саймон — писец, но никогда не думала, что он способен на такое.

Когда натиск немного ослаб, Кейт оглядела всех. Ее голова резко дернулась в сторону.

— Где Шарлотта?

Все огляделись, но девочки нигде не было. Никто не видел, как она ушла. Кейт печально покачала головой и хотела уйти, но Малкольм остановил ее.

— Подожди. Подожди, пока мы не убедимся, что все закончилось. — Его голос звучал уверенно, хотя было видно, что он волнуется не меньше остальных.

Так они простояли несколько мучительных минут, прислушиваясь к приближающимся шагам Саймона и молясь, чтобы он пришел за ними, но ничего не происходило. Наконец Кейт не выдержала. Она бросилась в подвал Бедлама, подбежала к двери операционной и увидела на полу тело Саймона. Она закричала и бросилась к нему.

— Саймон! Саймон! — она пыталась поднять его на руки. Его голова запрокинулась, разорванные конечности безвольно лежали на полу. Она положила руку на его холодную, восковую щеку. — О боже, нет. Саймон! Ты меня слышишь? Открой глаза. Пожалуйста. Открой глаза.

Дрожащими, непослушными пальцами она нащупала пульс на его шее. Пульса не было.

Саймон Арчер был мертв.

Кейт склонилась над ним, понимая, что защищать его уже слишком поздно.

— Зачем ты это сделал? Должен был быть другой выход.