Черновик для Эффы (СИ) - Ильин Владимир Леонидович - Страница 33

Мельком уловил скептическую реакцию Эффы на девчонку — когда та, чуть повиснув на руке кавалера, двинулась вперед, майор Сойер подзадержалась, чтобы окинуть ее взглядом с головы до ног.

Чтобы не задерживаться, отправил ей смску со знаком вопроса. В ответ получил «потом» и легонько пожал плечами, продолжая нести всякую чушь — не в тишине же идти. Вот и рассказывал им, как удалось купить «Сатгард» из резерва, утерев нос какому-то неудачнику — директору химпредприятия с западных границ. Темно-алый «Сатгард» уже появился в поле зрения и вызывал восхищение своим видом — поэтому историю слушали с интересом.

— И сколько он стоит? — Заинтересовался Элингер.

— Никогда не интересовался, — легкомысленно пожал я плечами. — Хотите, я дам контакт управляющего? Он у меня все цифры помнит, — поделился я гордостью за выдуманного подчиненного.

— Сорок два миллиона, — произнес Хайни. — Если брать новым.

«Сорок два⁈ Не хватает».

— Мистер Хайни знает все, — с уважением чуть поклонился я.

— Ого, — прокомментировал мистер Элингер.

Эффа тоже удивилась, но сделала это бесшумно, одними губами — три бранных слова отражали высшую степень изумления.

— Ничего себе, — удивилась и Тавви.

— Я подумываю взять себе вторую, пока они не испортили модель рестайлингом. Со мной связывались из завода-изготовителя, показывали проспекты — вы знаете, совершенно не то!

— А что так? — Заинтересовалась Эффа.

— Слишком много электроники, — веско сказал я. — Богатство должно быть аналоговым. Роскошь должна ощущаться тактильно. Какая разница, как выглядит машина снаружи, если внутри все исчезает в полусферах дополненной реальности? Тавви, как вы считаете?

Я видел каталоги — правда, никто мне их не привозил, сам скачал и посмотрел.

— А? Я не разбираюсь.

Девушка все еще шла, не давая взять свою руку кавалеру — отчего тот изрядно маялся.

— Попробуйте составить впечатление, — улыбнулся я, указывая на трап гравилета.

«Сатгард» нас уже встречал — брелок управления был у мистера Хайни, но кто же это знает, кроме нас троих.

В салоне разговор продолжился — полет все равно вела автоматика, поэтому я нажал кнопку, разворачивающую передние кресла лицом к задним пассажирам.

Расположились мы обычно — я с Эффой, как владельцу полагается, впереди. Тавви, Хайни и Ноэль — именно в таком порядке — сзади. Причем, Гаус смотрелся цербером на страже невинности, не давая туристу общаться с девушкой — поэтому ему пришлось слушать меня, поддакивая и иногда касаясь материалов обивки, когда я расхваливал гравилет. Впрочем, моя речь увлекла всех, а пощупать «настоящие вставки из яхтенной доски» было интересно даже мистеру Хайни.

«Порт Корона» находился не так далеко — поэтому выдержки из каталога, которые я помнил, аккурат хватило на трехминутный перелет, и мы уже снижались над черным, как смоль, озером, на берегу которого светилось теплым желтым сиянием здание, больше подходящее какой-нибудь опере. Выполненное в виде верхней части пианино — с резко поднятой крышей-крышкой, удерживаемой тонкой колонной — здание ресторана относилось к новой школе архитектуры, плотно завязанной на использование антигравов. Воздушное, словно бы парящее — с силовыми полями на месте огромных оконных проемов — оно казалось футуристичным рисунком, а не настоящей постройкой. Но тем не менее оно было и отражало человеческий гений. Разумеется, если во всем городе пропадет электричество, тут ничего не шарахнется вниз — в таких постройках так много резерва, что беспокоиться просто незачем. Разве что долбанут электромагнитной бомбой совсем рядом — но тогда и обычная постройка сложится.

Входная же группа была классической — застекленная дверь с любезным консьержем на улице. Очереди вот только не увидел — наверное, для тех, кто «с улицы», есть отдельный вход.

— Мистер Хайни! — Обрадовался мужчина в возрасте, тут же принявшись открывать дверь. — Рады вас видеть!

— Вот, уважаемого мистера Хайни даже тут знают. — Весело прокомментировал я, пропуская девушек вперед. — Привет, Хатин, — считал я имя с бейджика и прошел мимо недоуменного консьержа.

Там нас подхватил распорядитель зала, указав столик в углу с видом на озеро — тот был огорожен золочеными столбиками и алой лентой с табличкой «Зарезервировано владельцем».

«Подвязки, конечно», — невольно пронеслась мысль.

Впрочем, изображать друга владельца точно не надо — вдруг он где-то здесь.

На подходящего официанта зато смотрел с энтузиазмом — компанию утренним сосискам в тесте и дневному перекусу в столовой должна была составить высокая кухня дорогого ресторана. В меню оказалось так много неизвестных слов, а к вечеру — кроме аппетита — проснулось любопытство.

— Разрешите, я закажу? — Уважительно обратился ко мне Хайни, и я невольно приуныл.

— Да, разумеется. — Великодушно кивнул я.

— Нашему новому знакомому некоторые блюда могут показаться излишне необычными, — поспешил тот объясниться.

«Жлоб».

— О, мне очень нравятся ваши национальные блюда! — Возразил Ноэль.

— Здесь таких нет, — срезал его старик.

Мы с мужиком переглянулись даже с некоторым пониманием, а я легонько пожал плечами — мол, чудит старик.

Официант замер с почтением, глядя на Гауса.

— Нам фирменного супа от шеф-повара. И жаркое на второе.

— Напитки, господа? — Сделал тот заметку в небольшом перекидном блокнотике.

— Чай. — Закрыл Гаус меню.

— У вас есть что-нибудь с виноградников в Шали? — Придержал я официанта.

— Разумеется. Красное «Бархат Шали», десятилетнее и пятнадцатилетнее.

— Несите немедля, по две бутылки каждой, — игнорировал я тяжелый взгляд мистера Хайни.

Странный человек — ему надо, чтобы я увел Тавви, или нет? Если да, то надо как-то расслабить тихую до невозможности девчонку. Та уже начала на меня поглядывать — особенно после столика из «особого резерва». Но в разговор не вступала, взглядом пытаясь найти кавалера. Только я заслонял — сели вокруг стола мы снова не самым комфортным для нее образом: я рядом с Ноэлем, слева от меня Тавви, потом Эффа и Гаус замыкал круг. То есть, парочка вновь оказалась разделена.

Зато мне будет удобно подпаивать ее тихонько, пытаясь нащупать ту самую любовь к богатой жизни, которая у иных посильнее любви обычной. А не получится — так хорошего вина попью.

…и да, наверняка можно было бы взять что-то дешевле — но его я и сам могу купить.

— А вы чем занимаетесь, мистер Элингер? — Поинтересовалась Эффа.

— Старший химик-технолог в «Бадазаж Групп». Это в Фойн-Сулуне, на западном побережье.

— О, вы рабочий, — отметил я.

— Руководитель отдела. — Поправил он.

— Честно говоря, всегда гордился теми, кто может вставать в семь утра каждый день. — Уважительно покачал я головой. — Я на такой подвиг решительно не способен.

— Дело привычки.

— О, разумеется. А как проводите свободное время?

— Спортзал, теннис, — чуть скованно отозвался он.

— О, большой теннис! — Деланно обрадовался я. — Обожаю. Вам определенно понравится в столице, тут можно нанять чемпионов прошлого гран-при. Я брал часовые уроки, — изобразил я движение рукой, подсмотренное в телевизоре. — Мне говорят, что я весьма неплох!

— Малый теннис, — поправился Ноэль.

— А, тоже спорт. — Был я благодушен. — Но мы с Эффой больше по гонкам. Представляете, утром расхлестались на «Пламенеющей» в квалификации!

— Надеюсь, все в порядке? — Забеспокоился тот.

— Разумеется! Гравилет в дребезги, а мы в капсулах скучаем-ждем команду спасателей. Если бы не это пари, разумеется, я не стал бы гнать так быстро. Эффа до сих пор дуется.

— Уйду я от тебя, придурок. — Мрачно прокомментировала та.

— А что за пари? — Подала голосок Тавви.

— А вот… — С гордостью взял я телефон, чтобы открыть экран банковского приложения.

Ловко сместил лист движений по счету, убрав строчку списания за билет в метро и продемонстрировал красивые зачисления, которые так и были подписаны — «Пари».