В его постели по контракту (СИ) - Гримвуд Алрия - Страница 13

— Элис, пожалуйста… — он выдохнул, его бедра непроизвольно двинулись навстречу.

— Пожалуйста, что?

— Пожалуйста, позволь мне кончить.

Она улыбнулась, удивительно нежной, почти ласковой улыбкой.

— Нет. Не сейчас.

И она снова начала свои мучительные ласки, снова довела его до предела и снова остановилась. Он был в ее власти полностью — связанный, возбужденный, беспомощный. И впервые это не унижало его, а… освобождало. Он мог просто чувствовать. Не контролировать. Не анализировать. Просто отдаться ощущениям.

Когда она наконец позволила ему войти в себя, это было не яростное взятие крепости, а медленное, почти благоговейное соединение. Она опустилась на него, приняв его всего, и замерла, глядя ему в глаза. В них не было борьбы. Было лишь понимание.

Он кончил, глядя в ее глаза, и его оргазм был не взрывом, а глубокой, всепоглощающей волной, которая смыла последние остатки страха и недоверия. Когда она развязала его руки, он не стал сразу обнимать ее. Он просто лежал, глядя в потолок, и чувствовал, как что-то зажатое и болезненное внутри него наконец-то расслабляется.

— Прости, — прошептал он. — Прости за все.

Она прижалась к его боку, положив голову ему на грудь.

— Я тоже прошу прощения. За то, что чуть не уничтожила нас обоих.

Они лежали в темноте, слушая, как бьются их сердца, и понимали, что их война, наконец, закончилась. Не потому, что один победил, а другой проиграл. А потому, что они оба сложили оружие.

Глава 25

Первые лучи солнца мягко золотили ее распущенные волосы, рассыпавшиеся по его груди. Он проснулся раньше и лежал не двигаясь, боясь спугнуть хрупкость момента. В утреннем свете она выглядела иначе — не грозной соперницей, а просто женщиной, чье дыхание ровно струилось по его коже.

Ее пальцы начали свое медленное путешествие по его телу, скользя вниз, к уже налитой кровью твердости. Он приоткрыл глаза, встречая ее спокойный, полный утренней неги взгляд. В нем не было привычного вызова — только теплое, ленивое желание.

— Утро, — прошептала она, ее ладонь обхватила его возбуждение, и он непроизвольно выгнулся, впиваясь пальцами в простыню.

— Утро, — согласился он хрипло, наблюдая, как ее пальцы скользят по его длине, размазывая выступившую влагу.

Она приподнялась, и ее груди коснулись его торса. Не спеша, она продолжала свои ласки, изучая реакцию его тела на каждое прикосновение. Когда ее палец провел по особенно чувствительному месту, он застонал, бедра сами пошли навстречу.

— Не торопись, — улыбнулась она, касаясь губами его ключицы. — Сегодня я хочу чувствовать все.

Ее губы опустились ниже, оставляя влажные следы на его коже. Он зажмурился, ожидая, но вместо решительного движения она лишь провела кончиком языка по напряженной коже, заставляя его содрогнуться.

— Элис... — в его голосе прозвучала мольба.

— Проси, — прошептала она, губы в сантиметре от его живота.

— Пожалуйста...

— Пожалуйста, что? — ее дыхание обжигало кожу.

— Не мучай меня.

Она наконец взяла его в рот, но с невыносимой медлительностью, опускаясь все глубже, пока он не почувствовал полное погружение. Ее руки продолжали ласкать его, и он полностью отдался ощущениям, теряя контроль с каждым движением ее языка.

Когда он достиг пика, это случилось тихо, с сдавленным стоном. Она приняла все, не отстраняясь, и только потом медленно отпустила его.

— Это было только начало, — сказала она, глаза блестели влажным блеском.

Повернувшись, она встала на колени, подставляя ему свою спину. Ее кожа в утреннем свете казалась перламутровой.

— Теперь твоя очередь, — сказала она через плечо. — Помни — не спеша.

Он встал позади нее, руки легли на ее бедра. Наклонившись, он начал целовать ее спину, ощущая под губами каждый позвонок. Его пальцы скользнули между ее ног, находя там готовую влажность.

— Лео... — прошептала она, и в ее голосе снова прозвучала та уязвимость, что сводила его с ума.

Он продолжал ласкать ее, находя те ритмы, что заставляли ее терять голову. Когда ее тело затряслось в оргазме, он не останавливался, продлевая ее наслаждение.

Только тогда он вошел в нее, делая это медленно, как она просила. Каждое движение было осознанным, наполненным новым смыслом. Его руки лежали на ее талии, пальцы ощущали биение ее пульса.

Он наклонился вперед, прижимаясь грудью к ее спине, и шептал что-то на ухо — не похабности, а слова, которые заставляли ее сердце сжиматься.

— Ты вся моя, — говорил он, движения оставались плавными. — И я твой. Без империй. Без игр. Только это.

Она что-то отвечала, но слова тонули в общем дыхании. Ее рука лежала на его, их пальцы переплелись.

Когда она закричала во второй раз, это был чистый звук наслаждения. Он почувствовал, как ее внутренности сжались вокруг него, и позволил себе потерять контроль, заполняя ее теплом.

После они лежали, прижавшись друг к другу, слушая, как просыпается мир за окном.

— Знаешь, — сказала она, проводя пальцами по его груди, — я, кажется, начинаю понимать эту новую игру.

— Какая она? — спросил он, целуя ее волосы.

— Без правил. Без победителей. — Она повернулась к нему. — Просто мы.

Он улыбнулся, и в его улыбке не было привычной напряженности.

— Мне нравятся эти правила.

Солнце поднималось выше, заливая комнату золотым светом. Впервые за долгое время будущее не пугало своей неопределенностью. Оно обещало новые утра, новые открытия и эту странную, хрупкую, но такую прочную связь, которая оказалась сильнее всех их битв.

Исцеление — процесс нелинейный. Были дни, когда старые демоны просыпались. Лео мог впасть в мрачное молчание, вспоминая о крахе своей империи. Элис могла замерзнуть, увидев в его взгляде тень былой оценки.

— Мне сегодня приснилось, что ты снова составляешь на меня досье, — сказала она как-то утром за завтраком.

Он положил ложку, его лицо стало серьезным.

— Я уничтожил все эти файлы. Даже резервные копии.

— Я знаю. Но мой мозг… он все еще ведет свои записи.

— И мой тоже, — он взял ее руку. — Он все еще ищет слабые места. Но я не позволю ему использовать их против тебя. Я использую их, чтобы понять тебя. Чтобы помочь.

Однажды днем они поехали за город, в дом, который он когда-то купил как инвестицию и забыл о нем. Он стоял на отшибе, у леса, старый, нуждающийся в ремонте, но с камином и огромными окнами.

Глава 26

Прошло шесть месяцев. Шесть месяцев странного затишья, напоминавшего одновременно и реабилитацию, и затишье перед бурей. Лео больше не был тем сломленным человеком, сидевшим в полуразрушенном кабинете. В его глазах снова горел огонь, но теперь это был не огонь безрассудной жажды власти, а холодное, сфокусированное пламя.

Они сидели в просторной гостиной своего нового дома — не уютного убежища, а стратегического командного пункта. На столе лежали чертежи, финансовые отчеты, психологические портреты бывших партнеров, составленные Элис. Она наблюдала за ним, видя, как в нем просыпается хищник. Но на этот раз она была не добычей и не укротительницей. Она была партнером. Союзником.

— «Вертекс» слаб, — сказал Лео, тыкая пальцем в отчет. Его голос снова обрел ту стальную уверенность, что когда-то заставляла трепетать советы директоров. — Их новый директор — марионетка. Боится собственной тени. А их главный технологический актив... — он посмотрел на Элис, и в его взгляде вспыхнула искра, — уязвим. Ты была права.

Она кивнула, подходя к нему. Ее пальцы легли на его напряженные плечи.

— Я всегда права. Но сейчас тебе нужен не профайлер. Тебе нужно снять напряжение.

Ее руки скользнули под его рубашку, ладони прижались к горячей коже. Он закрыл глаза, вдыхая ее запах — смесь дорогих духов и чего-то неуловимо опасного.

— У меня есть идея получше, — прошептал он, разворачиваясь и прижимая ее к столу. Бумаги зашуршали под ее спиной. — Новая империя. На этот раз — наша. И построим мы ее не на страхе, а на знании. На том, в чем мы сильны.