"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 (СИ) - Карелин Сергей Витальевич - Страница 50

— Я считаю, что ты поступил правильно с Михайловым и его шайкой! Но он хотел отомстить тебе, и я хотел отомстить тебе. Поэтому рассказал ему про Лакроссу. Я знаю, что вы не встречаетесь, но вся академия судачит о том, как ты динамишь её и выигрываешь свидания! Я не дурак…

— Тут я не согласен. Но продолжай.

— В общем, думаю, она тебе симпатична, но ты просто не хочешь плясать под её дудку! Поэтому я указал на неё. Сказал ему, что её похищение привлечёт твоё внимание, и можно тебя заманить в ловушку.

— Ловушку? Где?

— Я не знаю, клянусь!

— Врёшь!

Я снова тряхнул его и слегка ослабил хватку на щиколотке. Ланников скользнул вниз.

— Ладно, ладно! Я случайно подслушал. У людей Михайлова база на одном из старых военных складов за чертой города, там пустынное место, если они куда и повезли Лакроссу, то туда.

— Я правильно тебя понимаю? Ты отдал в руки преступникам одну из студенток академии с твоего же собственного потока ради того, чтобы отомстить мне?

— Ланниковы… не прощают обид… — он почти прорыдал девиз своего рода.

— Господи, какой ты дурак, — вернул этого дуралея обратно на дорогу. — Ты хоть понимаешь, что теперь будет?

— Ч-что? — всхлипнул он, садясь и обнимая колени. Теперь он выглядел жалким. Весь в пыли и соплях.

— Ты бросил тень на весь свой род. Думаешь, тебе дадут дальше учиться в академии? Вряд ли. Не знаю, как ты сообщишь своему отцу, что тебя даже из Пятигорки турнули. Ещё стал соучастником похищения оркской дочки вождя. И это непременно дойдёт да Императора или Совета, а там… Твой отец будет долго расхлёбывать последствия скудоумия собственного сына. На твоём месте я бы сам с обрыва прыгнул, так хоть честь рода, может быть, спасёшь. Но я тебе не дам этого сделать.

— П-почему? — удивился Ланников и даже перестал рыдать на мгновение.

— Дык на меня повесят! Скажут, это ты сбросил придурка с обрыва. И ладно бы. Но ведь срок дадут, как за нормального! Так что у тебя один выход, Ланников. Восстановить своё доброе имя и своей семьи. Как? Не знаю. Не моя проблема.

Я снова взял парня за шкирку и потащил обратно в альма-матер. Он безвольно мотылялся по дороге, собирая дорожную пыль и всхлипывая время от времени. Раньше надо было думать. Я сдал его первому сотруднику академии, которого увидел. Нянчить идиотов я не нанимался. У меня есть задача поважнее — спасти Лакроссу, которую похитили в конечном итоге из-за меня! И немножко из-за Ланникова. Но это уже детали.

Вернулся во двор и выпотрошил снаряжение наёмников, набрал зелий и защитных артефактов.

— Где Ланников? — спросил подошедший Сергей Михайлович.

Я махнул рукой в сторону суматохи у ворот:

— Там где-то. Повинную пишет, наверно.

Учитель сразу всё понял, кивнул и больше ничего не сказал об этом.

— Мы ещё не всех студентов проверили, возможно, они прихватили ещё кого-то.

— Вряд ли, — говорил я, потроша очередной труп на предмет чего интересненького. Нашёл какое-то жёлтое зелье, взрывное, наверно. По крайней мере, жидкость внутри опасно пузырилась. — Ланников рассказал, что они хотели шантажировать именно меня. В качестве товара на обмен выбрали Лакроссу.

— Куда они её увезли?

Я промолчал.

— Дубов, если не скажешь, я не смогу помочь. Хотя бы позвоню в полицию, чтобы они оказали поддержку в поимке похитителей.

— Не думаю, что там кому-то понадобится помощь.

Я взял два пояса с отсеками и скрепил их вместе, затем повязал вокруг талии и набил зельями и артефактами, которые ещё работали.

— Сунетесь, — взглянул на Сергея. — И попадёте под горячую руку.

Секунду он медлил, а затем кивнул.

— В академии есть лошадь, мутант в третьем поколении. Пожалуй, она выдержит тебя. На ней быстрее, чем пешком.

Через четверть часа я нёсся по дороге на лошади. Ветер бил в лицо, глаза слезились. Навстречу из города потянулась вереница машин с мигалками. Сине-красная гусеница растянулась на несколько сотен метров и подсвечивала облаком поднятой пыли. Небо на востоке посветлело. Дорога разветвлялась, след шин грузовика был отчётливо виден в пыли. Я свернул до того, как меня увидели полицейские машины, и их сирены пронеслись мимо. Пускай пока разбираются с произошедшим в академии и не мешают мне.

Гнал лошадь, пока она не захрипела, а с губ не полетели хлопья пены. Соскочил с неё и дальше бросился бегом так резво, как неделю назад бежал за поездом. Только в этот раз я был ещё быстрее, потому что меня подгоняла жгучая ярость.

Хотите добраться до Дубова? Я сам до вас доберусь!

Показался деревянный забор, старый и покосившийся, а за ним тёмные громады складов и амбаров. Высокие, метров под семь. Я подобрался к главным воротам и сквозь щель увидел грузовик, на котором увезли Лакроссу. Уже пустой, но над капотом слегка дрожал воздух, значит, приехали недавно и вряд ли ждут, что я так скоро заявлюсь.

Если Ланников не соврал, а люди, висящие над пропастью, обычно не врут, то Лакросса нужна им живой, чтобы заманить меня в ловушку. Если это всё придумал княжич Михайлов, то наверняка Аслан — исполнитель. Хороши они, конечно — напасть на академию в родном городе. Совсем страх потеряли. Ничего, сейчас я приду и верну его им. А если повезёт, то и самому княжичу, хотя этот утырок, скорее всего, сидит в своей резиденции и ждёт мою голову на блюде. Только ещё не знает, что получит кое-что другое, куда менее приятное.

Что ж, бедняги старались, планировали операцию, тщательно готовили ловушку… Значит за воротами меня ждут проблемы. И как я могу не придти? Ведь они же ждут!

Пнул старые ворота, и нога пробила ржавое железо. Присел и заглянул в неё. С той стороны стояли двое в овечьих жилетках. Ну, точно люди Михайлова! Они замерли в шоке, молча смотря на меня. А я улыбнулся самой плотоядной… то есть обаятельной улыбкой и представился, растягивая гласные, чтобы звучать, как маньяк:

— Это Дубов!

Руками расширил дыру и вошёл на территорию складов. А старые ворота не выдержали такого надругательства и с грохотом рухнули. Упали бы на меня, не стой я ровно там, где проделал брешь. Зато придавили тех двоих. Ну, надо быть порасторопнее!

На вышках зажглись прожекторы и осветили меня. Завыла сирена, и по мне тут же открыли огонь. Я использовал Инсект, чтобы сделать торс и правую руку деревянными. Ноги, шею, голову и левую руку превращать не стал, чтобы осталась возможность двигаться.

Пули впивались в крепкое дерево и оставались там, не причиняя вреда. Я побежал вперёд, на ходу бросив две склянки в вышки. Одну окутал туман; из него раздался дикий крик, который быстро смолк. Вторую вышку охватил яркий огонь. Оба прожектора погасли, сирена захлебнулась, и теперь пожар осветил бревенчатые дороги между зданиями. По ним бежали люди в жилетках из овечьей шерсти.

По мне стреляли из автоматов и ружей, пули и дробинки застревали в дереве. Некоторые ранили незащищенные участки на руках и ногах, но я не чувствовал боли. Не до неё было. Швырнул ещё одну склянку, голубую, под ноги бегущим. Она громко хлопнула, вырвался густой туман, и повеяло смертельным холодом. Когда он рассеялся, на месте людей осталась кучка ледяных статуй.

Я сильно топнул по земле, и они рассыпались на замороженные куски плоти. Следом за ними бежали ещё. Бросился им навстречу, одному сразу размозжил лицо деревянным кулаком. Второй попытался отрубить мне руку, но его меч застрял в дереве. Я вытащил оружие и воткнул врагу в глотку сверху вниз. Глотатель шпаг из него получился одноразовый.

Под ноги мне бросили склянку, и раздался взрыв. Вокруг засиял защитный барьер, и меня просто слегка тряхнуло. Так вот как работают артефакты! А я всё гадал, чего они не спасают от пуль!

— У него защита, — прокричал кто-то. — Нужно подкрепление!

Как это он догадался?

Я вышел из дыма и сломал ему шею. Из-за поворота выбежали копейщики — человек десять. Пока они не окружили меня, бросился на них первым. Прыгнул, и к моей груди устремились их копья. Хе-хе, на это я и рассчитывал. Наконечники орудий впились в дубовую плоть и застряли, древки сломались. Бойцы остались беззащитными передо мной, и я с удовольствием переломал кости тем, кто не успел убежать.