"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 (СИ) - Карелин Сергей Витальевич - Страница 47

— Нет, я никого не шантажирую! И даже не думал это делать. Просто я… Предупреждаю. Да, ты можешь утопить меня в озере, для такого силача это не проблема, но подумай, Дубов. Лакросса видела меня здесь, и она не будет молчать, когда моё тело найдут. Начнут искать и рано или поздно выйдут на тебя. Ты шёл сюда через лес, следы после такого гиганта наверняка ещё остались. Да и клочок меха с жилетки мог зацепиться за какую-нибудь ветку…

Зараза, а ведь он прав! Я оглянулся через плечо — невооруженным глазом видно просеку, которую я протоптал.

— Что-то ты много знаешь о следах, Северов.

— Я… много детективов читал.

— Ага, — я сложил руки на груди.

Что-то Павел начинал меня бесить.

— Моя репутация и так подмочена… — продолжал Павел, зябко обняв себя за плечи, будто делал то, чего ему очень не хотелось. — Мне терять особо нечего. Я подглядывал за эльфийской герцогиней, кузиной Альдерона. А теперь уже, наверно, половина женской общаги знает, что я подглядывал за Лакроссой. Но если узнают о тебе… Вся академия судачит, как ты продинамил оркскую королеву красоты. А если выяснится, что это всё обман, и на самом деле ты за ней подглядывал… Выходит, что Лакросса победила изначально.

— Всё-таки ты меня шантажируешь…

— Нет! Это не шантаж! Что я, какой-то скользкий дворцовый интриган? Просто, Дубов, мне очень нужны тренировки с кем-то сильным.

— Не важно, как ты это называешь… — прорычал я.

Неужели паршивец смог меня в угол загнать? Нет уж. Я ему такую тренировку устрою, что о второй он даже думать забудет…

— Ладно, Северов, — улыбнулся я максимально по-доброму. Хотя, судя по испуганному взгляду Павла, не очень. — Будет тебе тренировка.

— С-с-с-с, — начал заикаться он. — С-с-с чего начнём?

Боится, но не отступает. Интересно!

— С разминки. Бегаем вокруг пруда.

Первый круг Павел Северов пробежал с энтузиазмом, радостно высунув язык. На втором круге язык болтался уже менее весело, а на третьем и вовсе печально.

— В здоровом теле — здоровый дух! — подбадривал я его.

Затем мы отжимались. Я отжался сто пятьдесят раз, он — пятнадцать. Тогда я заставил его отжаться ещё пятнадцать раз, после чего его руки отказали.

— Ещё три круга вокруг пруда.

— Я… больше не могу… — простонал Павел.

— Надо, Паша, надо.

Я поднял его за шкирку, поставил и заставил пробежать, пройти и проползти ещё три круга. Потом снова сто пятьдесят отжиманий. Сделал я. А Павел — семь.

— Ладно, — остановил я его. Паша привалился к дереву, хрипло дыша. — Теперь Инсект. Покажи мне его.

Парень мотнул головой, светлые волосы хлестанули по щекам.

— А ты — свой?

Я пожал плечами. Применю, если будет опасно. Делов-то. Паша восстановил дыхание, выставил руки перед собой и направил их на меня. Я пошире расставил ноги, готовый в любой момент применить свой Инсект и встретить удар. Между его ладоней появилось жёлтое сияние, слабое, оно слегка мерцало и мигало.

Вдруг в воздухе в паре метров над прудом и сбоку от меня начал формироваться камень. Из воздуха появлялись кусочки материи и с треском врезались друг в друга, объединяясь. Кусок скалы ярко вспыхнул и загорелся, как факел, задрожал и завибрировал, словно сдерживал в себе огромную энергию. Он трещал, и в воду с шипением падали искры. Спустя миг, огненный шар сорвался с места и полетел в мою сторону.

Чпоньк!

Маленький камушек врезался мне в грудь и упал в траву, слегка дымясь. Я даже Инсект не применил. Булыжник изначально был маленький, просто появился очень эффектно.

— Это всё, что я могу, — развёл руками Павел.

Мда, многообещающе. Ну, если директор прав, если подкачать Павла, то его дар станет сильнее, так что ещё не всё потеряно.

Я заставил пробежать его ещё два круга вокруг пруда и отжаться ещё пять раз. На этом Павел закончился, и нужно было нести нового. Но нового нет, поэтому я отправил парня досыпать и восстанавливать силы. Павел пополз в общагу, потому что встать сил у него не было. Ничего, оклемается по дороге.

— Завтра в то же время, — крикнул я ему вслед.

Павел ничего не ответил. Вряд ли он придёт снова.

Я решил закончить свою тренировку и пробежал ещё несколько кругов вокруг пруда, отжался четыре подхода по сто пятьдесят раз и решил призвать Инсект. А потом ещё раз, и ещё. Со вчерашнего дня это стало даваться легче. По ощущениям напоминало мышцу, которую то напрягаешь, то расслабляешь. Пока она была очень слабой, и по телу каждый раз пробегала дрожь от усилия. Мышцу нужно качать, и рано или поздно откроется новый уровень, я даже могу не заметить, как у меня начнёт получаться что-то новое.

Ещё с полчаса я призывал и отзывал Инсект, пытался двигаться, находясь в нём, но пока безуспешно. В конце концов израсходовал все запасы маны, запыхался и устал. То, что надо с утра. Теперь небольшая пробежечка обратно и в душ. Я побежал, чувствуя, как ноет каждая мышца в теле, похоже, тренировка Инсекта напрягла и их. Ещё бы — туда-сюда состояние менять. Вскоре стало трудно дышать, и я остановился, оперевшись о шершавое дерево. Совсем, что ли, форму растерял?

Вдруг почувствовал странное тепло, которое шло от дерева в руку. Приятное. А само дерево стало будто мягким и нежным, как попка девушки. Ощутил, как внутри растения течёт энергия от корней к листьям, податливая, как патока, и затекает ко мне в руку. Я что, управлять ею могу?

Тем временем рука изменилась и срослась с деревом, превращаясь, как при Инсекте.

— Чё за?

Она не отрывалась! Я сделал мысленное усилие, чтобы отвергнуть дерево, и только тогда смог вернуть руку назад. Листья недовольно зашелестели.

Это ещё что? Одна из ветвей развития? Причём в буквальном смысле. Павел что-то там говорил про стены деревьев. Я попробовал прикоснуться к другому дереву, кажись, это была осина. Снова ощутил тепло и нежную мягкость, а рука начала срастаться с деревом.

Провернул то же самое ещё с несколькими. По ощущениям нечто новое, будто прикасаюсь не просто к дереву, а к чему-то большому и неизведанному. Странное чувство. Я поднял голову вверх, к небу, где мигали звёзды. Деревья зашелестели кронами. Я медленно пошёл мимо них. Одними пальцами касался шершавой коры, чувствовал каждое дерево живым И, к моему немалому удивлению, одно из деревьев не дало никакой реакции.

Пригляделся — может, оно высохло. Да вроде нет, нормальное дерево — невысокая такая берёзка. Уродливое только какое-то, с короткими и кривыми ветвями. Тогда почему ничего не чувствую? Надо ещё раз попробовать. Приложил ладонь и нажал — дерево даже качнулось, но всё ещё глухо. Схватился обеими руками и сжал шершавый ствол. Опять ничего! Может, сжать надо посильнее? Что я и сделал.

А потом… дерево открыло глаза и заорало от боли.

Три часа ночи.

Резиденция Светлейшего князя.

Князь сидел в кресле и нервно поглаживал бороду. Он не сводил глаз с чёрного телефона в ожидании одного очень важного звонка. За окном бродили тучи, и весь день капли дождя барабанили по стеклу. Тишина с каждой минутой становилась всё более плотной и тяжёлой.

Трель звонка вдребезги разбила безмолвие. На языке князя появился неприятный привкус. Звонил не телефон, а дверной звонок — небольшой колокольчик, который висел над дверью. С той стороны слуга дёргал его, прежде чем войти. Снова прозвенел звонок, но никто не входил. Воротник белоснежной блузки вдруг стал давить на горло князя. Он взялся пальцем за ткань и оттянул его.

— Войдите, — сказал он.

Дверной звонок снова дёрнули с той стороны. Князь поднялся и подошёл к двери, открыл её и пропустил внутрь невысокую фигуру в капюшоне, склонившись в почтительном поклоне. Ему показалось, что вместе с человеком в комнату щупальцами просачивается тьма.

— Прошу, присаживайтесь, господин Тарантиус, — князь подвинул кресло для гостя, но тот остался стоять.

— Я хочу знать, как продвигаются наши дела.

— Всё идёт, как мы задумывали. Скоро…