"Фантастика 2026-111". Компиляция. Книги 1-38 (СИ) - Карелин Сергей Витальевич - Страница 216

Не успел закрыть дверь, как за мной выскочил волчонок. Ростом он уже был мне по колено, на руке не помещался и подавно. Я пожал плечами. Почему бы не взять его с собой? Будет вместо охотничьей собаки.

Снаружи меня уже ждал слуга, который проводил к конюшням, где вовсю шла подготовка. Седлали коней и загружали их в фургоны, снаряжали ружья, луки со стрелами и арбалеты. Куча народу суетилась вокруг.

Волчонок всё это время принюхивался, будто учуял странный запах. Лично я чуял только конский навоз, но вонь Альфача не останавливала. Он подбегал к людям, которые шарахались от волка, обнюхивал их и бежал дальше. Проверил конюшни, лошадей, мешки с кормом, а затем вернулся ко мне и стал вынюхивать что-то около моих ног. Забрался по штанине вверх, зарычал и залаял, скаля зубы.

— Да ты с ума, что ли, сошёл? — удивился я.

А волк не унимался: лаял, рычал и царапал штанину, будто бы пытаясь добраться до моего горла. Я попытался успокоить его, погладить, но он чуть меня за руку не цапнул.

— Господин, вам помочь? — подошёл смуглый и покрытый щетиной темноволосый мужчина.

— А ты ещё кто такой? — буркнул я, отбиваясь от волчонка.

— Императорский псарь, — сказал он, глядя на Альфача. — Ухаживаю за гончими и в волках тоже кое-что смыслю. Ваш не атакует вас.

— А чего он тогда хочет?

Волчонок царапал когтями штанину.

— То, что у вас в кармане. Поверьте, на воспитании собак я собаку съел, — засмеялся он.

Странно, в кармане у меня не было никакой еды — я рассчитывал накормить волка на охоте. Но внял совету псаря и сунул руку внутрь, выгреб несколько бумажных ассигнаций и мелочь, а волчонок подпрыгнул, хватанул зубами золотой рубль и бросился прочь.

— Эй! — заорал я вслед, но Альфач уже исчез внутри конюшен.

Через полминуты вернулся, радостно свесив язык из пасти. Я взглянул на человека, а тот лишь пожал плечами и покачал головой. Тоже, видимо, не понял, чего волк прикопался к монетке.

Вскоре появились царевичи, все четверо, затем Император и несколько слуг, которые поедут с нами. Лошади уже были осёдланы и загнаны в фургоны, так что мы быстро погрузились в машины и поехали.

Не заезжая в город отправились куда-то на северо-запад. Дороги оказались пустыми, так что ехали быстро. На востоке занималась заря, а через приоткрытое стекло в салон залетал прохладный воздух, который пах лесом. Я вдруг понял, что соскучился по вылазкам на природу, и улыбнулся. Удочку на всякий случай тоже прихватил, вдруг удастся порыбачить.

Через час въехали на асфальтированную площадку, выгрузились сами и выпустили лошадей.

— Ну, сейчас пойдёт потеха, — довольно улыбался Император.

Белый мундир он сменил на одежды защитного, тёмного цвета. За плечом висело ружьё, на поясе — меч, а грудь пересекала лента с красными патронами.

— Уж надеюсь, — произнёс Владислав, — не зря же я отменил спа на сегодня.

— Куда мы едем? — спросил я, садясь на лошадь.

— В императорские угодья, — отвечал слуга, который проверял мою подпругу. — Это заповедные места, больше никто не имеет права охотиться здесь.

— И что за дичь водится в этих местах?

Тот пожал плечами и снова наклонился:

— Обычно кабаны, глухари, реже медведи. Но эти места граничат с дикими лесами, так что может забрести и кто-нибудь покрупнее и опаснее. Но Император запретил нам прочёсывать лес перед охотой.

Когда все приготовления были закончены, мы пустили лошадей вскачь. Сперва наш путь пролегал по полям и небольшим рощицам, но вскоре мы углубились в лес и скорость упала. Не спеша шли по густой чаще около часа.

Лес был настолько древним, что высокие деревья полностью закрывали небо над нашими головами. Только изредка проскакивали в вышине кусочки неба. Было холодно, изо рта шёл пар. Я бы даже сказал — слишком холодно.

Слуги спустили собак, а я поймал на себе взгляд волчонка. Кивнул ему, и он тоже бросился на поиски дичи. Императорская семья уже вовсю предвкушала азарт охоты. Кроме Павла — он старательно бледнел и трясся. Видимо, впервые на охоте.

Вдруг издалека донёсся лай собак, которые гнали кого-то на нас. А затем я услышал, как с оглушительным треском ломаются не то что сучья, а целые деревья.

— Похоже, кто-то крупный попался, — довольно кивал государь. Он кинул поводья на луку седла и выхватил ружьё, целясь в лес в сторону звуков.

Остальные тоже приготовились стрелять, ожидая, когда добыча выйдет на них. Я же их оптимизма не разделял. Что за зверь может крушить деревья? Впереди в чаще уже стало заметно движение. Я прикрыл веки и попытался увидеть мир глазами волка. Он был неподалёку, держался поодаль от гончих, которые гнали животное. Я видел пятна их мана-ауры.

Странно. Сперва я подумал, что вижу их на фоне ауры леса, но затем быстро понял, что лес не должен двигаться вместе с ними с такой скоростью!

— Похоже, медведь, отец! — радовался царевич Ярослав, перекрикивая грохот.

Я же уже отчётливо видел, как к нам двигается вал падающих деревьев. Постепенно на лицах императорской семьи появилась тревога. Да и на моём, наверно, тоже.

Из леса на нас мчался белый медведь. Огромный, три метра в холке, и чертовски злой!

Глава 23

Спальня цесаревича

Вчера

Алексей ворвался в собственную спальню, громко хлопнув дверью. Его буквально разрывало от злости.

Так унизить его перед родными братьями! А чёртов Ярослав только потакал проклятому Дубову. А Павел? Маменькин сынок, который недостоин даже произносить фамилию Годуновых! Императрица всю жизнь носилась с ним как с писаной торбой, в то время как его старшие братья будто перестали существовать. Нет, он обязательно разберётся и с Павлом, и с его защитничком Дубовым! А затем вернётся в Китежград и продолжит плести заговор.

Только Дубов силён. Очень силён. Куда сильнее Павла, если уж на то пошло. Судя по фамилии, обладает дубовым Инсектом, вот только он и без него могуч, словно богатырь древности. А если ещё и даром своим овладел в полной мере, всеми его ветвями? Нет, это невозможно — он слишком молод для этого. Но что, если Алексей ошибается? Ошибка здесь будет губительна для его планов.

Царевич грузно сел в кресло, отчего оно проехало по полу несколько сантиметров и расхохотался. В его голове только что созрел прекрасный план. Одним выстрелом он убьёт двух зайцев: устроит покушение на брата и узнает силу Дубова, вынудит его использовать Инсект. Если всё пройдёт удачно, то и барон, и царевич погибнут. Отец как раз пригласил их на охоту завтра. Хоть какая-то польза от поездки сюда…

Алексей взял в руки стакан, стоявший на столике рядом, и плеснул в него грушевой водки. Фруктовый аромат ударил в ноздри. Он представил, как сжимает горло этого выскочки, и от вдруг возникшего жара водка испарилась, а стакан начал капать на пол расплавленным стеклом.

— Осторожнее, цесаревич, так и весь дворец спалить недолго. Раньше времени… — произнёс елейный голос.

— Тарантиус, — тут же узнал его Алексей. — Что тебе нужно?

— Что нужно вам?

— Ты знаешь что, — огрызнулся цесаревич, — то же, что и всегда. Мощь, способная сокрушить моего отца.

— Действительно? — Фигура в тёмном балахоне вошла в поле зрения Алексея и села в кресло напротив. На улице ярко светило солнце, но в комнате резко потемнело. — А мне показалось, что вы отказались от своих планов и вас обуяла жалость к младшему брату. Неужели вы стали таким слабым?

— Заткнись, Тарантиус! — вспылил цесаревич, чем лишь вызвал хриплый смех собеседника. — Завтра, — успокоился он. — Завтра отцу приспичило устроить охоту, собрать нас всех впервые за чёрт его знает сколько лет. Решил поиграть в семью… И я поиграю в неё, будь уверен, Тарантиус. А теперь убирайся! Мне нужно сделать все приготовления.

— Как прикажете, Ваше Высочество… — тихо смеясь, встал собеседник.

Он, словно плывя по воздуху, вышел из поля зрения Алексея, затем раздался шорох ткани, и в комнату снова хлынул свет.