Призрак. Пенталогия (СИ) - Фарг Вадим - Страница 105

– Внимание?

– Подключайся к нейросети чаще. «Разговаривай» с ней. Гладь панели, чёрт возьми. Ей нужен тактильный и ментальный контакт. Иначе она сожрёт Ани.

Глава 9

Если существует во Вселенной место, куда души грешников отправляют не жариться, а храниться в глубокой заморозке до востребования, то это Фрост‑9.

Термометр на визоре шлема показывал минус сто сорок по Цельсию. При такой температуре плевок замерзает быстрее, чем вылетает изо рта, а надежда на тёплый ужин умирает мгновенно.

– Ну и запросы у нашей «девочки», – проворчал в наушнике голос Семёна Аркадьевича. – Сначала ей подавай редкие минералы, потом электричество, а теперь – Крионий‑6. Она у нас кто, крейсер или гурман в аристократическом ресторане? Может, ей ещё машинного масла с трюфелями подогреть?

– Крионий нужен для стабилизации ядра, кэп, – ответил я, переступая через ледяной торос. Ветер здесь был такой, что казалось, будто тебя лупят досками по всему телу. – Если ядро перегреется во время прыжка, мы превратимся в очень красивый, но очень мёртвый фейерверк.

– Знаю я, – вздохнул капитан. – Просто этот Крионий стоит как почка императора. И добывают его только в этом секторе, у чёрта на рогах, в компании отморозков. В прямом и переносном смысле.

Справиться с ревностью корабля у меня кое‑как получилось. Да, приходилось иногда называть её «девочкой» (что, кстати, перенял весь экипаж, включая Ани, пусть и сквозь зубы), и всё же мы снова работали, как полноценная команда. А вот с аппетитом нашей «красавицы» справиться не удалось. И теперь казалось, что мы не за Артефактами по Галактикам летаем, спасаясь от Империи, а ищем чем бы ещё таким «вкусненьким» угостить «Странницу» (наверное, так правильно?). Но плюсом было то, что все эти «вкусняшки» располагались хотя бы по пути к отмеченным точкам. Так что… мы работали и кормили корабль одновременно.

Рядом со мной, весело поскрипывая сочленениями, катился Гюнтер. Для него этот холод был курортом. Системы охлаждения робота работали на минимуме, и он был, пожалуй, единственным «существом» на этой планете, кто чувствовал себя комфортно.

– Wunderbar! – восхитился робот, сканируя окружающую белизну своим красным окуляром. – Идеальная температура для хранения шницелей! И никакой органической жизни, которая вечно ноет про обморожения. Ordnung и Stille. Порядок и тишина.

– Не каркай, Гюнтер, – я поправил ремень бластера. – Тишина здесь обманчивая.

Мы спускались в кратер «Котёл». Это было единственное место на планете, где можно было жить дольше пяти минут без тяжёлого скафандра. Геотермальные источники внизу создавали тепловой карман, поднимая температуру до «комфортных» минус сорока.

Раньше здесь, в клубах пара и серы, располагалась колония строгого режима. Только стен у этой тюрьмы не было. Зачем стены, если шаг за периметр тепловых генераторов гарантирует превращение в ледяную статую? Теперь же… в общем, бунт, что произошло несколько лет назад, провалился. Большинство заключённых превратились в ледышки или же погибли более «приятной» смертью. Колонии здесь больше не было, зато появилось полноценная шахта для добывания Криония.

Вот только всё это были враки. Ани подсказала, что на самом деле бунт состоялся успешно, и месторождение Криония захватили те самые зэки, что сидели в тюрьме. Собственно, теперь они и торговали. Удивительно, что никто их до сих пор не подмял под себя. Вряд ли у них были силы и вооружение, чтобы противостоять Империи. Вывод напрашивался сам собой – Империя держит их под крылом. Чёрный и белый рынки должны оставаться в монополии только у одного – Императора.

– Влад, датчики фиксируют движение, – предупредила Ани с орбиты. – Тепловые сигнатуры. Много. Вас встречают.

– Вижу.

Из тумана выступили фигуры.

Они напоминали снеговиков‑убийц. Толстые, многослойные шкуры местных зверей, поверх которых были нацеплены куски брони и экзоскелеты. Лиц не видно – только дыхательные маски и узкие прорези для глаз.

В центре стоял гигант.

Это был Морж. Местный пахан, король свалки и единственный поставщик Криония в секторе. Он оправдывал своё прозвище. Огромный, жирный (или это была термоизоляция?), с кибернетическими клыками, торчащими из верхней челюсти. Клыки парили, выполняя роль теплообменников.

– Гости! – проревел он. Голос был усилен динамиком. – Редко к нам заглядывают добровольно. Обычно сюда падают или ссылают.

– Мы по делу, Морж, – я остановился в десяти метрах от него. Гюнтер замер справа, тихо гудя сервоприводами.

– Все по делу, – хмыкнул гигант, выпуская струю пара из ноздрей. – Никто не прилетает на Фрост‑9 за загаром. Что надо?

– Крионий‑6. Один контейнер.

Толпа за его спиной зашевелилась. Крионий здесь был валютой, жизнью и властью.

– Дорогой товар, – Морж почесал подбородок металлической рукой‑манипулятором. – Что дашь взамен? Энергоячейки? Оружие? Или, может, оставишь нам своего хромированного друга? Нам как раз не хватает тостера.

Гюнтер возмущённо лязгнул.

– Я не тостер, мешок с жиром! Я – кулинарный виртуоз и машина аннигиляции! Я могу приготовить из тебя отбивную раньше, чем ты скажешь «ой»!

– Тихо, Гюнтер, – я поднял руку. – У нас есть очищенный уран. И медикаменты. Антибиотики, стимуляторы регенерации. На этой помойке они стоят дороже золота.

Глаза Моржа за стёклами маски хищно блеснули.

– Медикаменты… Это хорошо. Покажи.

Я достал из подсумка контейнер‑пробник и кинул ему.

Морж поймал его на лету, открыл, понюхал (хотя через фильтры это было бесполезно) и проверил сканером.

– Качественная дрянь, – кивнул он. – Имперская маркировка.

И тут атмосфера изменилась. Морж медленно поднял взгляд на меня.

– Имперская… – повторил он, словно пробуя слово на вкус. – Знаешь, бродяга, мне тут недавно пришла рассылка по закрытому каналу. Личная просьба от генерала Валериус.

Моё сердце пропустило удар. Вазар внутри мгновенно напрягся, посылая в кровь коктейль боевых гормонов.

«Засада. Уровень угрозы: критический. Рекомендую превентивный удар»,  – холодно констатировал голос в голове.

– И что там пишут? – спросил я, незаметно смещая вес на левую ногу, готовясь к рывку.

– Пишут, что ищут одного парня. Дерзкого, с кораблём‑призраком. И награда за его голову такая, что я смогу купить себе личную планету с пляжем и мулатками, – Морж усмехнулся, и его клыки выпустили облачко пара. – Ты ведь Влад Волков, да?

– Ошибка, – я покачал головой. – Я просто курьер.

– Не ври мне, – рыкнул Морж. – Взять их! Товар забрать, робота на запчасти, а парня – в морозилку, пока имперцы не прилетят!

Бандиты вскинули оружие.

– Гюнтер, – тихо сказал я. – План «Б».

– Jawohl! – радостно отозвался робот.

– Огонь! – заорал Морж.

Они нажали на спусковые крючки.

Раздалось несколько жалких пшиков и один слабый хлопок.

Мороз Фроста‑9 сыграл с ними злую шутку. Обычные плазменные винтовки, если их не прогревать постоянно, на таком холоде теряют ёмкость аккумуляторов за считанные минуты. Смазка в затворах густеет.

Только у пары бандитов оружие сработало, но выстрелы прошли мимо – мы уже двигались.

– Чёрт! – выругался Морж, пытаясь передёрнуть затвор своей огромной пушки, который намертво примёрз. – Бейте их ломами!

М‑да уж…

В какой‑то момент мне их даже жалко стало. Это ж надо было быть настолько тупорылым, чтобы вот так облажаться!

Толпа «снеговиков» с рёвом бросилась на нас, доставая ледорубы, цепи и виброножи.

– Ну, идите сюда, отморозки, – прошептал я.

Моя левая рука вспыхнула. Чёрный био‑полимер трансформировался, выпуская длинное, гудящее лезвие. Энергия Вазара нагрела клинок докрасна. Вокруг него зашипел пар.

Первый бандит, подбежавший ко мне с топором, даже не понял, что произошло. Я ушёл под замах, и мой клинок рассёк его дубинку вместе с рукоятью. Он поскользнулся и полетел в сугроб.