Летний снег (СИ) - "DtPrince" - Страница 83

Ворвавшись в её покои, запыхавшийся Сандаю встретился с Коюки лицом к лицу. Девушка смерила его скептическим взглядом, сложив руки на груди.

Оглядев его внешний вид, она устало выдохнула. Всё-таки её парень оказался прав. Она до последнего не хотела в это верить, но… Увы. Как оказалось, ностальгия и правда застилала ей глаза.

Мужчина был одет в потрёпанного вида самурайские доспехи, видавшие лучшие времена. На его поясе висел меч её отца, который, как она достоверно знала, ещё пару дней назад хранился в специальной комнате, где по просьбе принцессы собрали трофеи Дото, которые имели эмоциональную ценность для неё. За его спиной стояла небольшая толпа людей в похожего качества доспехах и с угрюмо-возвышенным выражением на лицах. Самый молодой из них на вид был старше неё раза в два.

— Принцесса! Вы в порядке! Быстрее, нам нужно бежать, пока ваши надзиратели не вернулись! — воскликнул Сандаю, взяв её за запястье, и силой потянув за собой. Коюки не сопротивлялась, последовав за мужчиной.

— Что ты планируешь, Сандаю? — спросила она у опасливо оглядывающегося по сторонам мужчины.

— Скажите, Коюки-сама, кулон, подаренный вам вашим отцом ещё при вас? — торжественно мрачно ответил вопросом на вопрос самурай. Увидев её усталый кивок, он облегчённо выдохнул. — Слава всем духам! Тогда у нас всё ещё остался шанс вернуть всё, как было. Послушайте, этот кулон — ключ-активатор сокровища, разрабатывавшегося вашим отцом! Секретное оружие семьи Казехана! Мы должны воспользоваться моментом и добраться до него первыми! Тогда мы сможем свергнуть гнусных узурпаторов, укравших нашу страну!

Пламенную речь мужчины поддержали дружные возгласы его товарищей, заставив Коюки нахмуриться. Не могли же эти люди быть настолько… Такими?

— Мой отец был пацифистом, Сандаю. С чего ты решил, что он разрабатывал оружие? — спросила она после неловкой паузы.

— Вы были слишком малы, чтобы посвящать вас в такие секреты, Коюки-сама, — покачал головой самурай. — Прошу, нам нужно спешить. У нас осталось немного времени.

А теперь он нагло врёт. Даже до встречи с Хаку такая неуклюжая ложь не смогла бы одурачить её, а теперь, после всех его уроков, и подавно. Неужели её бывший «менеджер» не мог этого понять? Похоже, что все эти годы… Он следовал лишь образу принцессы у себя в голове.

— И кто будет контролировать это оружие?

— Мы используем его для вашей защиты, и чтобы вернуть вам трон, принцесса, будьте уверены! — патетично заявил самурай.

То есть, он хочет прибрать его себе к рукам. Интересно, он действительно не понимает, как выглядит со стороны? Или ему просто всё равно?

— Трон и так мой, Сандаю, — напомнила ему девушка, заставив мужчину поморщиться.

— Лишь на словах, принцесса! Выскажи вы что-то, что не понравится этим мерзким предателям и лицедеям, и они тут же опустятся до угроз, а может, даже, и насилия! Вы никогда не сможете чувствовать себя в безопасности!

Коюки сдалась. Слишком безнадёжный случай. Подумать только, какая наглость, говорить ей в лицо, что она может или не может чувствовать.

Когда мужчина повёл её прочь, она послушно последовала за ним.

Примерно через час после сумбурного побега, они наконец добрались до озера, окружённого ледяными монолитами и с небольшим заснеженным островком посередине, на котором находилась небольшая постройка. По словам Фубуки, именно здесь Хаку сразился с Дото и обезглавил его. Следы боя всё ещё оставались, и лёд озера, вместо ровной глади, пестрил глубокими выбоинами и острыми осколками, а слой снега, покрывавший всё вокруг, был достаточно толстым, чтобы проваливаться по пояс, что сильно осложняло их путь.

Как только Коюки подошла к замаскированной технике и сняла кулон, Сандаю чуть ли не выхватил его у из рук девушки, торопливо вставив в специальную выемку.

Она ведь хотела сделать это вместе с Хаку… Пустая трата возможности сблизиться с ним посильнее.

Знакомый гул запустившегося механизма раздался в округе. Монолиты загорелись радужным цветом. Из многочисленных мест с шипением начал бить пар. Стало ощутимо теплеть. Её уши уловили журчание ручейков талой воды, с каждым новым моментом звучащее громче и громче.

— Вот, значит, что ты придумал… Мощный генератор? — прошептала девушка, со скепсисом оглядывающая быстро меняющиеся окрестности. — Что в нём такого особенного, что съело десятилетия бюджета?..

— Оружие, оружие… Где же оно… — в панике бормотал Сандаю, пытавшийся осознать ситуацию, в которой оказался. — Вы! Ищите! Оно должно быть спрятано где-то здесь! — прикрикнул он на подчинённых с лёгким оттенком безумия в глазах.

— Хватит, — сказала, как отрезала Коюки тоном голоса, не терпящим возражений. Люди, окружавшие её, застыли на месте, недоумённо повернувшись в её сторону.

Спина девушки выровнялась, её лицо приняло величавое выражение. Она смерила всех вокруг морозящим взглядом.

— Сандаю. Мы приказываем тебе и твоим людям сложить оружие и предстать перед нашим судом. Склони свою голову перед нашей волей и мы не станем наказывать тебя по всей строгости, — произнесла Коюки, смотря на мужчину сверху вниз, пользуясь тем, что заранее выбрала место повыше.

Среди людей вокруг начали раздаваться недоумённые и возмущённые возгласы, но девушка игнорировала их, не обрывая зрительный контакт.

— …Принцесса, сожалею, но я не могу этого сделать, — медленно ответил самурай. — Я обязан памяти вашего дражайшего отца, и предприму всё, чтобы вернуть величие Страны Снега назад.

— И наше мнение ты, значит, не учитываешь? — уточнила Коюки. От неё не укрылся тот факт, что мужчина вот уже какое-то время перешёл с «Коюки-сама» на обобщённое «принцесса».

— Вы скомпрометированы, принцесса, — покачал головой нахмурившийся самурай. — Вас одурманил этот самовлюблённый мальчишка. Вы позабыли свой долг, манеры и приличие, традиции и здравый смысл… Если я ничего не предприму, семья Казехана никогда не сможет восстановиться.

— Но ты-то, конечно, знаешь, что надо делать? Не так ли? — слова Коюки были пропитаны сарказмом.

— Это долг мужчины наставить женщину, если та сбилась с праведного пути, — заявил самурай, и его взгляд…

Нет, это оказалось выше её сил. Пора заканчивать этот фарс.

— Асама Сандаю. За попытку переворота мы приговариваем тебя к смертной казни. Приговор надлежит исполнить немедленно, — произнесла она холодно.

Мужчина успел лишь нахмурить брови, прежде чем провалиться в снег и землю по шею. В следующую секунду его голова, отделённая от тела резким взмахом танто, оказалась в лапе Усагодина, удерживавшего ту за волосы.

Зрелище было варварским, кровавым, непривычным для кого-то вроде неё, но Коюки отказывалась отворачиваться от последствий своего же приказа. К её удивлению, она смогла удержать лицо без особых трудностей. Да, она ощущала шок и отвращение, но в то же время и мрачное удовлетворение.

Интересно. Возможно, она была холодней, чем думала сама.

Самураи, только начавшие осознавать резко менявшуюся ситуацию, в которой оказались, только начинали доставать мечи, когда рядом с Коюки в снежном вихре на колено опустились Рога с Фубуки.

— Ваши приказы, даймё? — спросил учтиво шиноби, склонив голову. Девушка рядом по-заговорщицки подмигнула ей.

— Есть ли у них какая-либо информация, полезная нам? — спросила Коюки.

— Нет. У нас есть все их контакты и связи. Их судьба в ваших руках, — ответил Рога спокойно, внешне не реагируя на приближавшихся людей с оголёнными катанами.

— Хмм. Кажется, это ты сообщил Хаку, что они больше всего желали славной смерти? Поймайте их живьём и бросьте мариноваться в темницу. Мы решим, что с ними делать потом.

Лучшим выходом будет распространить слухи об их злодеяниях, после чего отправить на виселицу. Коюки не собиралась позволять им свободно распространять вирус идиотизма среди своего народа.

…Она бы предпочла никогда не отдавать подобные приказы, но не могла оставлять в живых активных предателей, пытающихся силой принуждать её к чему-либо.