Он принадлежал работе. Пока не взял её (СИ) - Букина Мила - Страница 25

«Делайте как необходимо, я не против».

Анастасии было явно трудно говорить и фиксироваться на происходящем вокруг. Она уже из последних сил боролась с сонливостью.

Кардиомонитор издал характерный сигнал – пульс Андрея участился. Врач и Анастасия автоматически бросили оценивающие взоры на Андрея.

____________

От автора. Я очень рада, что вы читаете эту историю и следите за героями. Если она вам откликается – подписка на автора и добавление книги в вашу библиотеку помогут стать книге популярной.

*Токсины в контексте алкогольной интоксикации - это продукты метаболизма этанола, которые вызывают отравление организма

37[кадр].️ Я всегда буду благодарен тебе

В это же мгновение Андрей открыл глаза и растерянно начал осматривать всё вокруг, не понимая, где он и что произошло.

Анастасия непроизвольно вздрогнула и сразу же затаила дыхание – будто боясь, что её сморил сон и ей это снится. Даже Пётр Сергеевич не сразу среагировал и молча наблюдал за разворачивающейся картиной.

Андрей поднял голову и тут же резко сморщился от сильной головной боли. Такого похмелья в своей жизни он еще не испытывал.

«Лежите, лежите, Андрей Семёнович, вам сейчас нельзя вставать. Вы находитесь в реанимации и пережили алкогольную кому. А ваша жена проявила отвагу, верно и вовремя среагировала, благодаря ей вы сейчас здесь с нами», - дозированно выдал нужную информацию Пётр Сергеевич.

Слова «пережили алкогольную кому» вывели Анастасию из ступора.

Она не находила себе места от счастья – сердце бешено забилось и весь сон как рукой сняло, вся тревога улетучилась и сменилась одной мыслью: «Он здесь, он со мной. Он очнулся». Слёзы опять побежали по щекам, но в этот раз это были слёзы радости.

Она подлетела к самой кровати – почти не чувствуя пола под ногами, потом замедлилась, боясь причинить ему боль своей резкостью, и всё же осторожно поцеловала его в губы.

Он обнял её, насколько позволяли провода, и нежно ответил на поцелуй. Его губы были сухими и шероховатыми, но какая разница, если они целовали её. Потом она просто смотрела на него любящими глазами, из них всё ещё капали слёзы. Он смахнул их.

Пётр Сергеевич даже не смутился - он был очень рад, что испытание ожиданием закончилось. На его лице расплывалась добрая улыбка от увиденной идиллии.

«Я позже тогда зайду. Анастасия, не забудьте про вопрос о родственниках», - и он сразу же ушёл.

Только оставшись с Андреем наедине, Анастасия вдруг ясно поняла, что демонстрирует сейчас свои истинные чувства. В моменты горя она не задумывалась, что будет делать с этими чувствами дальше – ей было не до того.

А сейчас мысли резко собрались воедино и стремительно понеслись:

«Я ни за что не признаюсь ему. Нет, нет ни за что на свете. Кто я такая, чтобы любить такого, как он. Я не имела права влюбляться в этого мужчину, между нами бездонная пропасть: антилопы не любят львов, а львы не любят антилоп.

Он никогда не полюбит такую простую девушку, как я, такими только пользуются – что он и делает. Он меня просто купил, а я, идиотка, влюбилась. Я себя погубила собственными руками. Зачем я только согласилась на всё это, Господи. Но я не могла не согласиться и оставить Веру без помощи.

Я ему нравлюсь, он меня хочет, я неоднократно это видела и чувствовала, но он меня не любит! И я не покажу ему своих слабостей, не позволю больше меня использовать. Как только всё это закончится, я уеду отсюда. Навсегда уеду!»

Андрей нащупал кнопку на панели кровати, пальцы еще не слушались, не с первого раза он нажал её и поднял изголовье повыше. Заметив, в каком состоянии находится Настя, он сказал:

«А я думал, это я тут умирающий. Ты выглядишь не очень».

Анастасия, разрываясь изнутри, пытаясь скрыть свои мысли, сделала отстранённое лицо и сказала:

«Просто мне с тобой – не просто».

Андрей улыбнулся, вспомнив их неловкость при столкновении на лестнице, и продолжил:

«Мне не просто, тебе не просто. Однако ты была права. Мы действительно идеальная пара – Харуто тебе поверит. Ты даже в такой драматичной ситуации умеешь прекрасно продолжать вести игру и даже пустить слезу. Я действительно зря сомневался – ты великолепная актриса. Ты способна покорить любого мужчину, если захочешь. Заметь, как на нас смотрел Пётр Сергеевич, с радостью и сопереживанием – люди верят, что мы любим друг друга».

Анастасия вспыхнула – раздражение накрыло мгновенно. Снова погрузившись в свои мысли:

«Каков эгоист, ну просто циник, посмотрите на него. Только вылез из комы – и его расчётливая маска вылезла вместе с ним. Сразу же думает о контракте. Он не спросил ни о маме, ни о папе, ни о том, что мне пришлось пережить. Ему ни до кого нет дела. Он любит только себя и свою работу! За что я полюбила этого монстра? Эту машину по производству неприятностей?»

С раздражением, в котором читалась боль, она сказала ему:

«Ты даже не поблагодарил меня за то, что я не растерялась, не паниковала, взяла свою волю в кулак и везла твоё обмякшее тело сюда. Я очень испугалась, я не знала, как себя вести и что говорить. От меня требовали доверенное лицо… Ты и этим не поинтересовался, даже не спросил, где твои родители, тут ли они, знают ли они».

Андрей слушал её, и его лицо постепенно смягчалось – с закрытого и сдержанного на мягкое и любящее. Анастасия резко встала и направилась к выходу, не в силах тут больше оставаться.

Андрей позвал её тихо, его голос был похож на тот самый шёпот, которым он звал её, будучи в коме:

«Настя, не уходи, пожалуйста».

Но она продолжила идти к двери. Потом вспомнила, как всего несколько минут назад мечтала, была готова отдать что угодно за возможность ответить ему на этот зов. Она развернулась, подошла к нему из последних своих сил, и спросила:

«Что ещё ты от меня хочешь?»

Он взял её за руку очень осторожно, пробежал взглядом по её лицу, задержавшись на её губах, потом посмотрел ей в глаза, и слова полились из него потоком – он долго их носил в себе:

«Анастасия, если б ты только знала, как я счастлив, что встретил тебя тогда в парке. Столько всего произошло с тех пор, и что бы ни случилось дальше, я всегда тебе буду очень благодарен.

Благодарен за многое – за то, что ты вселяла в меня уверенность, спасала меня, учила доброте и самопожертвованию. Ты словно вода из чистого колодца, глоток морского воздуха, войдя в мою жизнь, состоящую из бесконечной внутренней и внешней борьбы, груды ответственности.

Ты показала, как можно радоваться простым вещам, радоваться тому, что просто настал новый день, что на столе стоят блинчики с кофе.

38[кадр]. Алла уезжает

После последнего ужина с Андреем, позора в газетах и категоричного увольнения Алла находилась в крайне подавленном состоянии.

Ей хотелось провалиться сквозь землю. Казалось, что она – просто шестерёнка, выброшенная из огромного, беспощано вращающегося механизма жизни. Она нарушила требование отца, и ей рано или поздно придётся всё ему рассказать, вызвав его гнев и разочарование. Мнение отца было для нее решающим. Он оставался её безусловным авторитетом, и она болезненно дорожила этим.

Заполучить Андрея ей так и не удалось. Её сердце и разум искренне не понимали, почему он от неё отказывается. Назойливые, колкие мысли не давали ей ни минуту покоя:

«Что ему действительно мешает заметить меня? Не может же он на самом деле влюбиться в эту деревенщину. Отец прав, там какая-то тайна, это вовсе не любовь. Не может быть ничего общего у таких двух разных людей».

Её спальня выглядела разгромленной, после вспышки ярости. Кругом валялись вещи, какие-то флаконы, украшения. Со злости она разнесла всё ещё в тот вечер «свидания» с Андреем и никого не хотела впускать в свою комнату, даже горничную.

Все радости жизни для неё потускнели и словно утратили вкус – он не замечал её, отказал во внимании, остался бессердечен к её признанию. Ей никогда ещё никто не отказывал.