Развод в 43. Не прощу и буду счастлива (СИ) - Спарк Мира - Страница 12

Двадцать пятое! Это же еще только через две недели…

— Хорошо, спасибо… Могли бы вы сообщить, если вдруг у него освободиться окошко раньше?

— Да, конечно. Записала вас Вера Александровна.

Кладу трубку и задумчиво смотрю на улицу.

Обедать мне совершенно не хочется, а вот прогуляться в перерыве можно — проветрить голову и подумать, что делать дальше.

Очередной раздрай я пережила.

Не могу сказать, что с честью, но испытание выдержала — не отступила, справилась с непонятно откуда взявшейся паникой.

И это главное.

Значит двигаемся дальше.

Отталкиваюсь от подоконника и иду на улицу.

Рациональная часть сознания подсказывает, что свет клином не сошелся на этом Эрнесте Валентиновиче, и на свете есть и другие адвокаты.

Да и вообще, можно даже порадоваться — есть время подготовиться к встрече, почитать в интернете как это делается и не выглядеть на встрече полностью деревяной.

Спускаюсь по лестнице к выходу, уже набросав примерный план: изучаю вопрос сама, параллельно смотрю других специалистов, а Эрнеста Валентиновича оставляем на двадцать пятое — как план «Б».

Убеждаю себя, что все придумала правильно, но…

Посоветоваться бы с кем.

Раньше у меня была подруга к которой я могла прийти с любой проблемой…

Но теперь… Я совершенно одна.

Толкаю дверь и выхожу на улицу.

И тут же замираю на месте — недалеко от входа меня дожидается Роза…

Глава 16

Вера

Я еще не успеваю ничего понять, как Роза несется ко мне с распростертыми объятиями.

Ее лицо выражает вселенскую скорбь, а тонкие губы просто сжаты в нитку.

Я оторопело застываю на месте, а Роза обхватывает меня, обнимает и прижимает к себе.

— Здравствуй, милая, — шепчет мне в ухо, пока я пытаюсь осознать реальность.

Наш вчерашний разговор еще не изгладился из моей памяти, а мне самой рановато впадать в деменцию.

Отстраняюсь и удивлено смотрю на бывшую лучшую подругу.

— Я приехала поддержать тебя, — начинает она торопливо. — Решила, что это лучшее из того, что я могу сделать…

Слова застревают в горле и вылетают только сухим покашливанием.

— Ну как ты? Держишься?

Заглядывает мне в глаза, а я не могу смотреть на нее в ответ.

У меня всегда был такой характер: что уж разбито — не склеишь.

Вернее, склеить-то можно, только прежнего тепла и доверия больше не будет.

Кое-как окончательно освобождаюсь от ее объятий.

— Нормально.

— Бедная, — опять тянет ко мне руку, а я скорее инстинктивно отстраняюсь. — Тебе сейчас ох как нелегко. Очень нелегко… Я понимаю.

Она говорит и говорит — поток сочувствующих слов льется на меня легко… и так же легко проносится мимо сердца, не задерживаясь…

Розу я не виню — как мать она поступает, наверное, абсолютно правильно, но…

От этого мне не сильно легче.

— Ты куда? На обед? Пойдем вместе…

Ее детская непосредственность всегда и раздражала меня, и была чем-то вроде небольшой тайной зависти — мне тоже хотелось иной раз быть обезоруживающе бестактной, как будто так и надо.

— Я не иду на обед, Роза, — останавливаю ее.

— Да? А куда? Прогуляться? Давай вместе.

— Зачем ты приехала?

Роза вздыхает.

— Понимаешь… — разводит руками. — Все что произошло у вас в Володей ударило по мне так сильно, ведь я вас искренне люблю.

— Роза, пожалуйста, к сути — я не хочу грубить, но и тратить время на разговор с ней в данный момент мне совсем не хочется.

Она чуть надувает щеки.

Решили обидеться? Ну и пусть.

— У меня был долгий разговор с Кариной…

Перед глазами тут же вспыхивает сцена из офиса Володи.

Приходится стиснуть зубы.

— О том, что произошло, почему… понимаешь?

Качаю головой:

— Нет, Роза, не понимаю. Мы с тобой дружили еще до ее рождения. Она выросла у меня на глазах, и я всегда была добра к ней.

Роза открывает рот, но я жестом прошу не перебивать:

— Я относилась к ней, как к дочери, а она так поступила со мной. Разве это нормально? Разве это порядочно? Разве вообще с женатыми мужчинами… крутить — порядочно? Ты же ее не так воспитывала…

Роза бледнеет.

Мои слова достигают цели.

— Не так, Вер, не так. Но девочка запуталась… Понимаешь? Просто запуталась. Володя искал утешения… Того, что ты не могла ему дать…

Вижу, как она быстро поднимает на меня маленькие глаза-бусинки и тут же смирено опускает их вниз.

Не собираюсь больше тратить на это время — прохожу мимо Розы.

— Ее теперь будут травить, — летит мне в спину.

— Что? — бросаю через плечо.

— Она звонила мне утром. С работы. Не знаю как, — делает многозначительную паузу, — но слухи начали распространяться.

Оборачиваюсь.

— Считаешь, это моих рук дело?

Мы обмениваемся долгими взглядами, и словно спохватившись Роза качает головой.

— Нет-нет! Конечно, нет, Вер.

Но я ей не верю.

Ни единому ее слову.

— Пойми, я просто переживаю за дочь.

— Так. Понимаю. Только я тут причем? Если тебе важно узнать, то я ни с кем не обсуждала ничего. Тем более, на Володиной работе. С чего бы мне это делать?

— Она боится, что теперь ее могут уволить. Слухи, вроде бы дошли до собственников…

Пожимаю плечами — почему меня это должно беспокоить.

— Ну, — отвечаю я, — она не пропадет уж точно и в таком случае. До свидания, Роза.

Предпринимаю еще одну попытку уйти, но Роза и на этот раз меня останавливает — хватает за руку.

— Поговори, а?

— С кем?

— С собственниками — скажи, что все это слухи и полная ерунда, что…

— Ты с ума сошла, Роза?

Она бледнеет, и почти кожа на ее лице идет алыми пятнами:

— Решила отплатить таким образом, да? — выдавливает она.

— Не пори чушь, — резко осаживаю я.

Если и была надежда на какой-то другой разговор… призрачная надежда на примирение что ли, то теперь это разбивается окончательно.

— Я не собираюсь ей отплачивать. Ничем и никак — запомни это. Она для меня перестала существовать. И не донимай меня, пожалуйста, больше этим. Мне пора. Прощай.

Я ухожу, но еще долго чувствую неприятное жжение в спине — взгляд Розы.

Иду быстро — почти убегаю и думаю: как долго мне придется быть в этой грязи?

И как можно скорее все это прекратить?

Глава 17

Вера

Прогулочка выходит так себе.

После встречи с Розой не могу отделать от ощущения липкой грязи.

Стараюсь не думать о ней, о них…

Вообще выкинуть бы эти мысли из головы, но разве ж это так просто?

Быстрым шагом прогуливаюсь по небольшой аллее.

Не замечаю привычных мелочей, которые обычно радовали душу: ни игры света в поредевшей листве деревьев, ни шороха желтых листьев под ногами, ни свежего ветерка в лицо.

Все вокруг приобретает как-то неприятный маслянистый привкус.

Вместо отдыха — загружаюсь еще сильнее, и решаю пораньше вернуться с обеда.

К привычному и безотказно работающему лекарству — работе.

Стыдно признаться, но возвращаясь ко входу в наш административный корпус, я высматриваю Розу — не торчит ли она до сих пор?

Второй раз встречаться и разговаривать с ней для меня не по силам просто.

Внимательно оглядываю окрестности и только убедившись, что пусть свободен, быстрым шагом иду ко входу.

— Господи, — шепчу себе под нос, — ну и стыдоба.

Нашла кого бояться и избегать. Плевать на нее с высокой колокольни…

Я хоть и ругаю себя за слабость, но в глубине души рада, что мне не приходится проходить это испытание еще раз.

Ведь можно и сорваться. Наговорить много всего…

Погружаюсь в привычный мир цифр, отчетов и тихого шелеста пальцев по клавиатуре.

Вижу, девочки из отдела на меня странновато поглядывают. Кажется, перешептываются…

Неужели и до них докатились слухи?

Мне, вроде бы, и стыдиться нечего, но…