"Фантастика 2026-120". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Рымин Андрей Олегович - Страница 881

Ева прошла вперёд и села перед Сашей, не спросив его разрешения. Наверное, это тоже был какой-то тест.

–Дейсдарыня Райман, у нас нет назначенной на сегодня встречи.

– Конечно, нет. Иначе бы вы от неё немедленно отказались. Для мужчин характерно избегание любых психологически трудных моментов, но, увы, разговор о них необходим даже самым сильным.

Саша улыбнулся.

– Скажите, дейсдарыня Райман, а что у вас с лицензией на лечение людей? – ему понравилось, как вытянулось лицо посетительницы. – Насколько я знаю, климатическая психология довольно далека от этой области.

Несколько секунд Ева просто смотрела на него, иногда открывая рот, чтобы что-то сказать, но снова его закрывая, пока не выдала:

– Вы не понимаете! Это другое! Моё образование позволяет и такое! Я…

– Групповые тренинги по мотивации, – перебил Рогозин, – поддержке психологического здоровья коллектива и прочая деятельность, участие в которой для сотрудников может быть только добровольным.

– Вы просто боитесь, Виссарион Мирославович! Так боитесь, что передёргиваете и пытаетесь отгородиться от меня давно неактуальными правилами!

– Может, мне позвонить в комиссию по этике межпланетной психологической ассоциации?

– Я же хочу помочь! – психолог вскочила со своего места и сжала кулаки.

– Тогда вам нечего бояться, не так ли?

– А вам? Что вы скрываете? Почему так боитесь открыться?

–Дейсдарыня Райман, отправляйтесь заниматься проведением медитаций и созданием хорошего настроения к коллег, и не суйтесь ко мне с терапией, в которой не понимаете совсем ничего. И если я услышу, что вы распускаете про меня компрометирующие слухи, одной комиссией по этике вы не отделаетесь. Свободны!

Ева исчезла из кабинета мгновенно, хоть у двери на миг и застыла, окинув его взглядом, полным вселенской обиды.

Крис довольно засмеялась и через пару минут выдала ему очередной диагноз психологини в его личном деле:

«Наблюдается выраженное сопротивление эмпатическому взаимодействию, маскируемое гипертрофированной апелляцией к формальным нормам. Субъект демонстрирует поведенческий паттерн «административного нарцисса» – компенсаторное выстраивание иерархических барьеров как защиту от всего.

Ключевая дисфункция: страх терапевтического зеркала. Ригидное цепляние за статусные роли свидетельствует о латентной тревоге перед деконструкцией перфекционистской маски.

Выводы:

1. Ролевая интоксикация: играет «железного начальника» так рьяно, будто это единственный способ не расплакаться при слове «эмпатия».

2. Фетишизация документов: требует «официальных оснований» для разговора, как будто человеческие отношения – это таможенный контроль».

Немного посмеявшись, Саша в отличном настроении отправился в столовую, где ничтоже сумняшеся подсел к Демиду Григорьевичу Булавину и спросил, чем одна служба безопасности отличается от другой и как дела у Иннокентия Геннадича.

Когда же Рогозин вернулся, то застал под дверью своего кабинета странного робота – тощего как жердь, с длинными руками, которые сейчас уныло повисли вдоль тела. Такого только в ужастиках показывать. По крайней мере в детстве Саши что-то такое снимали.

Искин явно начала обмениваться с ним данными ещё издали, потому что когда Рогозин подошёл к необычному посетителю, она заявила.

Крис: Саша! Этот мужлан меня домогается! Я не такая!

***

В отдел клиентской техподдержки я вплыла, как дама в кринолине. Это был огромный опенспейс, гораздо больше, чем у Мишуры. Большую часть зала занимали шестигранные соты, внутри которых сидели по одному сотрудники, а вдоль окон стояли аквариумы-переговорные. С этой стороны здания не было лоджий, и вообще во всём опенспейсе я не увидела ни одного укромного уголка, где спрятаться, а потому застыла посреди полированного до блеска пола, не зная, куда себя деть.

Какой-то сотрудник, шедший из угла с автоматами, при виде меня споткнулся и расплескал кофе на зеркальный пол.

– Это что? – спросил он громко, так что несколько ближайших голов повернулись на звук и тоже уставились на меня.

Вот я вроде никогда не была интровертом, но с этими приключениями чувствую в себе всё больше потребности оборудовать подземный бункер и провести там всю оставшуюся жизнь…

– Робот Ася по поручению отдела внутренней техподдержки для предоставления временных услуг прибыл, – дребезжаще сообщила я, сузив нарисованные глаза так, чтобы у людей не возникло желания меня потрогать. Скрепыш ещё что-то с моим голосом сделал, и звучал он теперь, как обычно озвучивают каких-нибудь тварей Преисподней в кино.

В повисшей тишине раздался тоненький дрожащий женский голос:

– Они звезданулись, что ли?..

Парень, проливший кофе, потёр свободной рукой лицо так усердно, что аж рот себе открыл.

– Мля, мы же хотели его клиенту послать, – простонал он. – А этот дроздец не то что клиенту, зав отделом-то не покажешь… Что это на тебе вообще надето?

Нет уж, мне хватило одного эпизода публичного раздевания! Только попробуй подойди!!!

– Робот Ася поставляется в комплектации, установленной отделом-владельцем, – процедила я голосом медиума, в которого вселилось древнее божество. – Комплектацию робота менять запрещено. В случае нарушения робот будет отозван.

Девушка с тонким голоском вылезла из своей соты и подошла поближе, прячась за спиной парня. Кстати, откуда тут парень, если это "цветочный дом"?

– Лёш, а может, ну его? – тихо спросила она, и я тут же выставила ей мысленные десять баллов. – Для наших задач точно не подходит, а больше вроде и незачем…

– Ну уж нет, – фыркнул Лёша и отхлебнул наконец из своего стаканчика. – Если можно у этих сволочей забрать производственные мощности, значит, надо забрать. И пока они мне нормальную базу договоров не поставят, не отдам!

– А если им без этой жути дышится легче?.. – предположила девица, и я отняла свои десять баллов обратно.

– Да ладно, они там сами все такие же стрёмные, небось, эту стремоту от соседа по столу не отличат. Эй, жутик, ты что умеешь вообще?

Я зыркнула на него и сделала шаг вперёд, отчего парень попятился.

– Робот Ася, – подчеркнула я, как следует ко мне обращаться, – оснащён всем необходимым ПО для предоставления технической поддержки.

Тем временем вокруг нас собрался целый цветник из девушек, которые шептались, охали и ахали, рассматривая меня.

– А вам в юридическом техподдержка не нужна? – с мольбой спросила тонкоголосая у Лёши.

– Ну уж нет, – фыркнул тот. – Мы их вообще на порог не пускаем с тех пор, как базу поменяли. Бойкот!

– Мил, ну пускай его, – сказала высокая крепкая девица с низким голосом, эдакая женщина с веслом. – у нас заявок в ТэПэ овердофига, пускай выполняет, раз прислали. Засунем его вон в переговорку, стекло затемним, и всего делов.

– Точно, отличная идея, – обрадовалась Мила. – Тогда, Герочка, я тебя поставлю руководителем… этого?

– Да пожалста, – отмахнулась Герочка.

Мила тут же развернула экран вижулика, что-то там потыкала, и у меня перед глазами появилось сообщение:

Ответственный сотрудник: Гертруда Олеговна Ризенфус

Новое задание: зайти в переговорную 5

Я сдержала недостойную поспешность на пути в спасительный аквариум. Это же почти лоджия! Сейчас я там спрячусь, а сотрудники, глядишь, обо мне забудут…

Стоило мне зайти в кабинку, как стекло между мной и опенспейсом потемнело до обсидиановой черноты, а окно на улицу слегка затемнилось, чтобы солнце не било в глаза. Мне-то что, но, наверное, под прямыми лучами можно и перегреться. Я же не ощущала температуры, только по датчикам могла посмотреть.

Я чуть не покачнулась от облегчения, когда осталась одна в своей норке, и тут же попыталась сесть на откидное кресло, но хрен там плавал: кольца, вставленные в юбку, встопорщились, а вся конструкция чуть не порвалась. Не то чтобы я ею дорожила, но у Лёли могли возникнуть вопросы, а мне оно не надо. Ладно, постою, не развалюсь.