"Фантастика 2026-120". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Рымин Андрей Олегович - Страница 1567

— И мне, Галактион, и мне.

Уходил напитанный психоэмоциональной энергией больше, чем после просмотра бразильского сериала. Это же какое веселье сейчас в жизни скучного немца образовалось моими стараниями! Так подумать, я ему авансом отплатил за своё спасение. Нескучно живёт старший научный сотрудник, совсем не скучно.

Как, впрочем, и я.

Глава 3. 11-12 июля. Пятница вечер. Суббота.

Вечерняя тренировка приближалась быстро. Нашёл идеальное рабочее занятие, а главное — очень полезное. Принялся стоять над душой занятых делом людей. Начал с Лены, но та меня быстро прогнала, так как обладала ультимативным оружием — спала со мной. Другим так сильно не повезло в жизни, поэтому несколько часов я портил жизнь коллегам. После сходил поесть, потом прилёг в комнате отдыха, и вот уже и время размяться подошло.

— Ви, как там с анализом интереса к моей нескромной персоне?

Находился в процессе транспортировки бренного тела к месту, где, если не перестараться, можно отсрочить бренность в обмен на регулярные прикладывания к алтарями физической культуры и спорта. Шёл в спортзал, если не выёживаться и говорить нормально.

— Тебе приукрасить или сразу же спустить тебя с небес на землю? — ответила ассистент.

— Давай всё же придерживаться привычного хода событий…

— Ты бесподобен, Галактион! Твоим памятникам поклоняются с душевным трепетом и приносят богатые дары.

— Хм, звучит… ужасающе, как представлю, что какой-то толстый волосатый мужик старательно водит руками по глине, придавая ей мои формы.

— По гипсу, Галактион. И скорее не руками, а соответствующим инструментом.

— Это ещё больше пугает, Ви, если инструментом! Не забывай, речь ведь про волосатого мужика!

— На твоём месте порадовалась бы, что технологии преодолели рубеж палок и…

Моя помощница не посчитала необходимым договаривать.

— Ох, хорошо, подруга! Зарядила позитивом перед тренировкой! А теперь давай уже хвали меня. Или это была хвалебная часть, по твоему?

— Интерес к твоей личности связан с интересом к фемо-вирусу, что очевидно…

Ви проигнорировала мою финальную зарисовку и принялась вещать прямо поверх моей речи.

— … в научной сфере запросы идут строго к твоим исследованиям и немного к биографии, — выдержала паузу для привлечения внимания, — но даже из скудного личного повествования большинство переходит на новости, связанные с личными связями со студентками и сотрудниками исследовательского центра «Фемоген».

— Как любопытно!

— Да, после громкой истории на праздновании твоего дня рождения, часть журналистов откопали информации о браке с Леной, её изменением генома и последующим разводом. Ситуацию обрисовали интересно с двух сторон — возможной интриги с Лебедевой, интриги самой Елены, или же соответствием этих двух факторов.

После этого вышло и было удалёно видео с твоим участием и серией изменённых женщин. Видео удалили, но недавно его смогли восстановить. Дальше сумели найти сотрудника дорожной инспекции, который пытался тебя задержать в машине Ганса Штильнеца…

— О, этот, как его… Долбанутый! В смысле Долгорукий!

— Криворукий Юрий Владимирович, — поправила меня Ви.

— Да, как-то так, не важно! Выходит, что я сейчас достаточно известная личность?

— Скорее мемная. Никто напрямую не пытается следить за твоей жизнью, но на демотиваторах тебя можно встретить достаточно часто.

— Пожалуй, не хочу видеть перед тренировкой. Если Яна мне не показывала, значит мне там нечего смотреть.

— Там смешно.

— Не надо, я уже пришёл.

Действительно, уже добрался до входа в зал. Зорким взором обозрел интерьер и не нашёл искомой особы.

«Да, это я оборзел, что женщины часто раньше меня на встречи приходят. Так-то Тамаре и не положено совсем.»

Не стал убиваться по этому поводу. Даже обдумывал такой жизненно важный момент — стоит ли вообще убиваться над чем-то. Проблема показалась мне столь комплексной, что принялся разделять её по временным рамках на ближнюю и дальнюю перспективу. А потом понял, что надо было на работе такой хернёй маяться, как определение методов исследования для идиотских мыслей. В институте я их хотя бы могу обозвать гипотезами.

Благо, что успел переодеться и начать разминку к моменту озарения. Тамара к этому важному этапу не успела, потому не смогла оценить просветлённости моего лица. Зато мой хитрый прищур оценила.

— Это за стеклом я имел возможность наблюдать профессора Либермана?

— Не знаю, имел ли ты подобную возможность, но всё может быть.

Остренькое у нас приветствие вышло, порадовавшее обоих.

— Как прошла твоя командировка?

— Весело! Конкурсы были интересные, разве что песен поорать наших не дали.

Гуревич смотрела на меня со скепсисом, свойственным людям старше. Не очень подобное сочеталось с чёрной юбочкой в складочки чуть выше колена, белым топиком и двумя хвостами, свисающими по краям головы.

— Не морщи лобик, деточка, из образа выбиваешься, — подшутил над девушкой.

— Пойду переоденусь в строгого тренера, будешь меня ещё просить вернуться к такой девочке-припевочке.

С ответом не нашёлся, Тома направилась в раздевалку. А после она устроила мне интенсивную подготовку к предстоящему бою. Но пощады я не просил, желая быть в лучшей форме в предстоящем бою.

В конце тренировки мы неожиданно разговорились о планах Виктории Павловны превратить предстоящее мероприятие в информационное шоу.

— С чем, интересно, связана такая активность Лебедевой? — спросила Тамара.

— Ты же помнишь, что нашими отношениями заинтересовались?

— Да, то видео.

— Это были представители церкви. А есть ещё разведка. Думаю, интересантов может быть ещё больше, только мы про них пока не знаем. Вот и пожелала наша Владычица Морская стать величиной более значимой, и в целом усилить узнаваемость персон, связанных с Фемогеном.

— И куда же без твоего обаяния, Галактион?

— Всё ты понимаешь!

Я принялся широко улыбаться, а девушка даже засмеялась.

На том наше занятие подошло к концу. Предложил Тамару проводить, но получил вежливый ожидаемый отказ.

«И ладно, не очень то и хотелось побесить старого иудея.»

Со спокойной совестью отправился домой. Вечер окончился разговорами на разные темы за ужином с семьёй. Вот так неожиданно ко мне вернулось позабытое ощущение домашнего уюта. Приятно, глупо отрицать, но как же всё наложилось одно на другое.

Ночь прошла тихо, как и вечер. Просто лёг и уснул под требованиями уставшего после интенсивных нагрузок организма, чтобы проснуться на мягкой подушке, наполненной запахом близкой женщины. Самой обладательницы приятного аромата не было, а местонахождение её выдавал шум с кухни.

Через полчаса я выбрался на очередной приятный носу магнит, теперь уже связанный с едой. Вместе со мной появилась и наша крошечка, сверкая глазками в предвкушении вкусной трапезы.

— Блинчики! — обрадовано заявила она, — ммм, с сыром.

— О, с рыбкой! — я приметил свои любимые.

— И с творогом для желающих, — добавила супруга, намекая на себя.

— Хороший завтрак, — довольно проговорила Яна, — смотри, пап, привыкнешь!

— Да… А потом вы снова переедете, и буду я есть быстро завариваемую овсянку.

— Врёшь, родитель! Ты овсянку всегда только для варки берёшь!

— Потому что вкуснее!

— Вот-вот…

Шутливая перепалка вышла короткой.

— Касательно переезда ситуация, кстати, выходит интересная, — отметила тему Лена.

— Я вас не гоню, — вставил сразу замечание, — женщин буду принимать в прихожей.

— Каких женщин? — с едва различимой угрозой поинтересовалась супруга.

— Любых, — отрезал я, — дальше прихожей — ни ногой. Дальше будешь стоять ты и грозно сообщать им, что они не пройдут!

— Очень странное предложение…

Смотрела на меня госпожа Воронцова непонимающим взглядом.

— Это не предложение, а данность. Так что там с твоей квартирой?