"Фантастика 2026-120". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Рымин Андрей Олегович - Страница 128

Оставшиеся же бобы послужат резервом. В пути пополнять их запасы чревато потерей времени. Охотой займёмся, когда доберёмся до цели. Один день на закупки и сборы — и можно выдвигаться. Кроме мести у носителя не осталось на острове незаконченных дел. Хотя, и здесь, если хорошенько подумать, можно себя успокоить. Яков потерял брата, Хван сына, оклеветавший Айка Лодмур ответит перед законом, едва ли отделавшись штрафом.

Так что и тут все концы подбиты. Можно двигаться дальше. За пределами Муна Зимородовым нас уже не достать. То же самое касается и врага, что пугает меня, куда больше купцов. Очень жаль, что мальчишка, как, впрочем, и я, не имеет возможности выяснить, каким даром наделила нас Бездна. Будь там что-то серьёзное, я, возможно бы, и рискнул попытаться убить гахара. Элемент внезапности — сильный козырь. Но на нет и суда нет. Сбежать — тоже выход.

И мы убежим. Да помогут нам звёзды!

Глава третья — Переиграть беса

На следующий день, дабы не возникло лишних вопросов, Халаш, Вея и остальные отправились на работу. Лину я на всякий случай оставил дома с малыми. Те, хоть и успокоились после вчерашнего, но пусть лучше при них побудет взрослый, умеющий в том числе очень даже неплохо, что и Айк подтвердил, обращаться с самострелом, которых у Лины две штуки, и оба заряжены. Мало ли — вдруг от Зимородовых, кто-то снова придёт посреди бела дня. Этим наглости хватит. Но бес успокоил, что вряд ли.

Мы же с Айком сначала отправились за повозкой. Боялся, что присмотренная ранее Линой, или уже продана, или не подойдёт нам, но та превзошла все мои ожидания. Высокая, на огромных, обитых железом колёсах. Доски толстые — той же стрелой не пробьёшь. Длины все четыре сажени, ширина — полторы. Внутри разбита перегородкой на две неравные части. В одной пустой пол, в другой, большей, по краям идут длинные лавки. Тут едут люди, там груз. Четыре узких окошка-бойницы. Высокие козлы, где трое усядутся запросто. Новьё. Буду первым хозяином. Не удивительно, что стоит так дорого. Целый дом на колёсах.

Мастер, что её делал, сказал, что четвёрка коней тут бы лучше, но и пара потянет. Тут выбора не было. Мы с бесом вчера обсудили все траты. Взять лишний золотой на пару даже самых простых рабочих лошадок мне негде. И так всего семь монет с хвостиком серебра остаётся в запасе. Но тут Айк решил меня удивить и вытащил из кармана кошель.

Оказывается, мой друг берёг на чёрный день, подаренную ещё давным-давно Вепрем монету. Золотую монету. Вчера я проговорился, что его зимовка в застенках обошлась мне недёшево, и Айк, который про взятки тюремщикам ничего знать не знал, возмущался, что ему не сказали про это. Теперь вот решил, мол, внести в траты на переезд свою долю. Но это он ещё про наш сговор с бесом не в курсе. Четыре коня — хорошо, но на двадцать долей троерост свой поднять по триаде — значительно лучше и сильно дороже.

Когда перегнали повозку домой — с лошадьми во двор с трудом влезла — и я рассказал Айку, чего, сколько, а главное: зачем ему сейчас предстоит прикупить, он едва дара речи не лишился. Очухавшись, даже было пытался противиться — мол, сам в своё время добудет бобы. Пришлось объяснить, что это не в долг и не в дар. Путь нам предстоит долгий, длинный и, наверняка, не лишённый опасностей. Кто поможет мне семью защитить, если что?

Убедить получилось, лишь, когда ему сунул под нос свою новую бумагу. Впечатлил — не то слово. Мол, смотри — на себя ещё больше потратил. Будешь рядом с богатырём-Китей совсем слабосилком смотреться, если откажешься. Помогло. Айк отправился по торговцам бобами — скупать всюду по чуть, чтобы внимание не привлекать к себе такой кучей за раз. Я же двинулся в оружейную лавку.

Там, как и было уговорено, выпустил беса, чтобы тот копья и особенно меч выбрал сам. Я — охотник, не воин. Драться этим длинным ножом не умею особо. В школе кой-чему научили, конечно, но в первую очередь эта покупка для Ло. Он уж точно умеет махать ей, как надо. Бес, похоже, вообще всё умеет. Теперь вечно придётся на поясе эти неудобные ножны таскать. Но привыкну — куда мне деваться?

И вот вечером вся семейка от велика до мала занимается сборами. Халаш ткацкого мастера предупредил, что какое-то время на работу у наших ходить не получится. Мол, домашние важные дела. Уезжать по утру будем молча и тихо. Ни Брав с Хобой, ни школьные мои дружбаны — а ведь Раста обещал свести с Броном — никто знать не будет, куда мы девались. Паромщиков если только кому поспрашивать мысль придёт. Но и то по горячим следам. Те катают через пролив народ толпами. Пяток дней — и забудется полная детворы повозка при черноволосой красавице и паре юнцов. Ищи потом нас — обыщись. Уж не терпится с Муна убраться.

— Не положено в трюме. Высаживай всех.

— Да малые там только. Безбумажные ещё все. Мамка моя опекуншей при них. Вот, написано же.

Паромщик, чьим делом было определять размер платы за переправу, внимательно просмотрел документ. Наши с Линой, Веей и Айком бумаги он уже нам вернул.

— Мне без разницы на года. Считаем по головам. Лошадиные головы одна цена, людские — другая. И тарантайка ваша, кстати, на два места тянет — здоровая больно. Выгоняй всех. Люди только на палубе. Правила.

Деваться некуда. Высадили из повозки детвору, и Айк по скату погнал лошадей в трюм парома. На палубу потом уже оттуда и вылезет, а нам всем топать на другой край, к пассажирскому трапу. Народу там толпится изрядно. Людей ещё не начали запускать — сперва груз.

Паромщик ещё раз всех пересчитал и озвучил мне цену. Я расплатился, и дядька выдал мне посадочные бирки-дощечки на каждого. Теперь можно идти к трапу, что мы и сделали.

Йок! Вот и смылись по-тихому. Напрасно я радовался, когда вчера Айк через Хобу и Брава узнал, что в нашей ватаге пока не определились с датой выхода в свой первый весенний поход. И чего он здесь ошивается? Хотя, понятно чего — Ло он ищет. Запомнил, гад, всех, кто был тогда на пароме, и теперь следит, чтобы никто из его списка с Муна не удрал. Эх… Надо было зимой по льду уезжать. Айк бы потом нас на Фате нашёл.

Хотя… Айк ведь точно такой же подозреваемый, как и я. Прикончил бы его Брон. Но, что делать? И ведь с бесом не посоветуешься. Замедляюсь шагами и прячусь за Лину. Может, он меня не заметит.

Йок! Вот дурак ведь! Лина же своей красотой, наоборот, к себе взгляды притягивает. Заметил. Идёт сюда.

— Здравствуй, Китар. Рад видеть.

Но радости на роже ни капли. Всё тот же спокойный, ничего не выражающий взгляд, как и всегда у него.

— О! Старшина!

Я, в отличие от Брона, улыбаюсь во все зубы. Нельзя показывать страх.

— Ты на паром?

Отпираться глупо.

— Ну да. Родню провожаю вот, — обвожу рукой своих. — Лина, Вея, познакомьтесь. Это — старшина нашей ватаги, Брон. Я вам про него рассказывал.

Бабы кивнули. Молодцы — недовольные рожи не корчат. Мы ни от кого не бежим. У нас всё хорошо. А ведь свидетель нашего отъезда — это беда. Понимают — не дуры.

— Далеко собрались?

Вот пристал. И какое тебе дело, куда кто собрался? Но послать его лесом нельзя.

— Они да. А я рядом — туда и обратно. Уже скоро вернусь.

И тут же, не давая ему открыть рот, увожу тему в сторону.

— Мы походом когда? Нас ведь с Айком возьмёшь?

— Возьму, — кивает Брон. — По срокам не определился ещё. Направление выбираю пока. Вы в какую сторону там? — машет он головой на паром, что скрывает от нас темнеющий за проливом берег Большой земли. — На закат? На восход?

— На закат.

— По пути мне. Провожу вас.

Зараза! И, что теперь делать с ним? Неужели, прикончить собрался? Чтобы наверняка. Так он же нас всех перебьёт… И малых! Свидетели ему не нужны.

Точно! Свидетели!

— Отлично! — улыбаюсь уроду. — Ой… Только мы не сегодня на тракт. Обоз будем ждать. К торговцам прибиться хотим. Безопаснее чтобы.

Неужто и сейчас какую-нибудь причину придумает, по которой ему тоже надо в форте торчать, дожидаясь, когда обоз соберётся? Крупных купцов, что с собственной охраной идут, сегодня на пароме не видно. Те попозже потянутся, когда дрога немного просохнет. А вся мелочь, на одну-две повозки, обычно сбиваются в кучу и вскладчину нанимают в сопровождение тех же имперцев. Айк все эти тонкости мне рассказал. Сами, правда, хотели поехать, чтобы не терять время — вдруг надумают нас вернуть Зимородовы — но теперь план придётся менять.