"Фантастика 2026-120". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Рымин Андрей Олегович - Страница 1076

С этими словами он достал… и правда таблетку. Правда, не такую, которую глотают, а такую, как маленькая батарейка.

— Проверил я работу нашей бухгалтерии, — продолжил он, — и остался недоволен. Косячат только в строку! Пришлось за ними подметать, вот так-то, как будто мне делать больше нечего. Тут вот пометённое.

С этими словами он положил таблетку на стол и пододвинул ко мне, глядя в сторону. Я сцапала кругляш и зажала в руке, но так, чтобы краешек был виден. Взгляда я с него не сводила — чтобы запись шла без перерыва, и потом можно было доказать, что содержимое таблетки именно таково, каково оно есть и больше никаково.

— И что мне с этим сделать? — спросила я, тоже для записи.

Рыбьёшек странно на меня покосился.

— А то вы, милочка, не понимаете. Апдейт надо бухгалтерии сделать, вот этими самыми данными, как на смеху. Чтобы петух носа не подточил, так сказать.

— Поняла вас, — кивнула я. — Что-нибудь ещё?

— Идите уж с божьей помощью, — отмахнулся он.

И я пошла — всё так же, не отрывая взгляда от флешки.

Глава 23.3

Самым сложным оказалось войти к себе в кубик, не отведя взгляда от флешки. Саша, связь с которым восстановилась, стоило мне покинуть зону глушилки, сразу сказал, чтобы я не пыталась считать информацию сама — и зафиксировать будет труднее, и мало ли, вдруг наш мастер художественного слова туда червя подсадил.

Конечно, на входе в отдел меня сразу атаковали аж трое подчинённых, не готовых к мысли, что я занята. Вот никогда не надо, а именно сегодня надо.

— Позже! — рявкнула я и наконец скрылась в кубике, затемнив стены. Рабочий кьюбер было не жалко, там ничего важного нет, так что я сразу положила таблетку на шайбочку и перевела взгляд на экран, фиксируя, что флешка открылась. Там и правда был единственный файл — саморазворачивающийся фрагмент бухгалтерской базы. Я развернула его в безопасном виртуальном пространстве, добавила туда ту базу, что сама скопировала в бухгалтерии и тут же дала доступ нашим искинам для анализа.

Я не отрывала взгляда от экрана по мере того, как Скрепка и Крис выделяли цветом то одну ячейку, то другую, показывая отличия.

— Ты что-нибудь понимаешь? — спросила я у саши, следя за ходом сравнения. Я видела только какие-то крошечные изменения: премиальный фонд урезан на полпроцента, соцпакет — на четверть процента, обучение персонала — на три десятых, расходники для техподдержки — на полтора. Вернее, даже не урезан. Эти проценты отковыряны от общего тела траты на какие-то «мелкие операционные задачи».

Скрепыш развернул детали: в согласии с приказом 123, по постановлению 44 от такого-то такого-то, в ответ на заявку 38756 и так далее. Каждое отчисление — копеечное. Тут Крис как раз закончила всё сличать и вывела итоговую сумму.

Я присвистнула. Со всех микроотчислений набегало почти шестьсот тысяч килосов, то есть двадцать моих зарплат и, наверное, около десяти — Рыбьёшка. И куда и зачем он это всё направил?

Скрепыш вывел на экран список реквизитов, на которые предлагалось оплачивать «мелкие операционные задачи». Сразу стало ясно, что всего использовано три юрлица, и все — очевиднейшие рога и копыта.

— Однодневки? — спросила я.

— Хуже, — ответил Саша, которому не нужно было держать взгляд на базе, а потому он мог читать подробные выкладки искинов в чате. — Две из них ликвидированы полгода назад. Третья — действующая, зарегистрирована на пенсионерку из Намтара. Интересно будет проследить платежи с этих счетов. Подключу Добрыню. Думаю, что рано или поздно след приведёт к Рыбьёшку.

Я остановила запись. Всё, что требовалось зафиксировать, на ней уже появилось, дальше дело за финансовым следом.

Шестьсот тысяч! И это только за квартал. Сволочь, это ж сколько биоэластеновых тушек можно было бы накупить за год! Это ж можно было бы отдел разработки создать! А кста-ати…

— Слушайте, — медленно произнесла я, глядя на схемку с юрлицами, — а что если мы его правки… перенаправим?

— Куда? — хором спросили Саша, Крис и Скрепка.

— На отдел разработки.

В чате повисла тишина. Скрепка отрисовал в своей прозрачной голове крутящиеся шестерёнки.

— То есть ты хочешь сказать, — Саша медленно укладывал мою мысль в свой шаблон, — что Рыбьёшек якобы сам решил создать отдел разработки…

— И выделил на него средства! — добавила я.

— И о том есть документальное свидетельство, — продолжил Саша. — А отчёт акционерам на носу.

— А по созданию отдела ничего ещё не сделано, хотя деньги выплачены всяким рогам и копытам неизвестно, за что…

— Саму базу не трогаем, — решил Саша. — Чтобы след не потерялся и чтобы в суде можно было предъявить. А вот постановления и заявки, на которые стоят ссылки, можно заменить…

Скрепыш: Задним числом, чтобы не подкопались. Займусь немедленно, они же на общем сервере!

— Тогда за работу.

И они заработали. Я прихлёбывала ромашковый чай, наблюдая, как на моём внутреннем экране разворачивается спецоперация. Скрепка менял приказы — перед глазами пестрели формулировки: «целевое финансирование», «создание подразделения», «рекрутинг».

Через сорок минут всё было готово.

— Теперь, — подытожил Саша, — отчёт акционерам будет выглядеть, как блокбастер в жанре экшен. Рыбьёшка спросят, где отдел, а он — какой отдел? А ему — тогда где шестьсот тыщ, а он — какие шестьсот тыщ?

— И он сядет, — закончила я.

— Дай пятюню!

Хлопать друг друга по ладошкам в формате видеозвонка было непростой задачей, но мы справились.

⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷⊶Ꮬ⊷

После разговора с Нагибко Климент Смарагдович Рыбьёшек зашёл в лифт и поехал на свой этаж. Больше в лифте никого не было, и он расслабился, насвистывая какую-то задорную песенку. Всё так удачно складывалось… Только что-то икота разобрала не вовремя, так что свист пришлось прекратить.

Лифт остановился, и Рыбьёшек вышел в пустынный коридор. В этом не было ничего необычного — на его этаже редко когда кто-то появлялся без вызова. Гендир шёл вдоль стены, отделанной под кирпич, и гулко икал. Эхо разносилось по всему этажу.

Внезапно от стены отделилась кирпичная фигура и встала поперёк пути. Рыбьёшек остановился в озадаченности.

— Отдел безопасности интересуется, — электронным голосом сказала фигура, — куда это вы ходили?

Климент Смарагдович наконец узнал древнего ЧОРа из загнувшейся СБ.

— В весёлый клуб «Не твоё дело», — буркнул он. — Уйди с дороги.

Вместо того, чтобы послушаться, робот вдруг засмеялся — таким раздельным, обстоятельным злодейским смехом. За спиной Рыбьёшка с грохотом закрылась дверь в лифтовой холл. Стало как-то неуютно.

— Подозрительный вы тип, — проскрипел ЧОР. — Вот бы вас на полиграфе разложить…

Рыбьёшек понял, что с него хватит бунта машин и вызвал новых безопасников. К счастью, сигнал прошёл без помех.

— А ну признавайся! — грохнул ЧОР, едва Рыбьёшек успел отправить сообщение. — Это ты скупил весь кубический борщ в столовой⁈

— На что он мне, в кубики играть⁈ — фыркнул Климент Смарагдович.

— Строить крепость из национального достояния! — выдал робот. — Я всё-ё про тебя знаю, я во внешней разведке работал ещё когда таких, как ты, на допросе можно было разбирать…

Рыбьёшку стало не по себе.

К счастью, на лестнице затопали безопасники, и вскоре двери открылись, робота обесточили и увезли на склад.

Климент Смарагдович дошёл до своего кабинета и вызвал на личном вижулике кого-то с никнеймом «ФИО или Псевдоним».

— А вы не знаете,, — бормотал он спустя пару минут, — зачем мы на «ЭкзоТех» закупили робота из внешней разведки? Это же бред!

— Мы не закупали, — ответил ему изменённый голос собеседника.

— Но он есть!

— А это возможно, — согласился кто-то.

Климент Смарагдович вздохнул.