По следу Розы - Кин Энн - Страница 5

Они расположились в большом кабинете за круглым столом. Мало света, много сигаретного дыма. Эрмоса подхватила у мужа привычку курить кубинские сигары, и Розе нравился запах, но не вкус.

Красивые платья и легкомысленность остались за дверьми кабинета. Сегодня Роза надела брючный костюм винного цвета и высокие каблуки. Изящные, но крепкие. Как-то раз она чуть не проткнула парню руку этим каблуком.

Напротив сидела Снежка в своем неизменном синем твиде. Роза в жизни не видела, чтобы кому-то младше пятидесяти так шел твид. А вот Сирену в этом году впервые допустили до собрания, и Роза видела, как та волнуется. Маленькая грудь тяжело вздымалась в узком зеленом корсете с узором цветов, широкий черный чокер сдавливал горло. Взгляд Сирены бегал от одного малознакомого лица к другому. Из всех присутствующих она знала только Розу, Бьянку и Эрмосу, которые помогали ей освоиться в Калифорнии и незаконном бизнесе. Конечно, каждая Принцесса могла похвастаться тяжелым прошлым, но эта малышка, можно сказать, продала душу дьяволу, чтобы оказаться здесь. Технически не душу, а что-то другое, но деталей сделки она не раскрывала.

Бьянка сидела по другую руку от Сирены и теперь удерживала ее подрагивающую ладонь. Не было таких обстоятельств, которые бы заставили Бьянку нервничать. Ни когда она впервые перешла порог такого же кабинета для собраний, ни когда на нее наставляли пушку, ни когда абуэлу чуть не убили – Бьянка могла злиться, орать, проклинать, но никогда Роза не видела ее испуганной.

Сейчас Бьянка сидела, подняв подбородок и разглядывая лампу из мозаичного стекла над столом. Глаза накрасила темнее и сильнее, чем вечером накануне, высоко подобрала волосы, серьги-кольца сменила на длинные с крупными черными камнями. Кремовый кружевной корсет и оверсайзный пиджак – глядя на нее, Роза все равно видела тринадцатилетнюю мелочь, которая намалевалась ее косметикой и стащила из бабушкиной комнаты украшения.

– Ке? – спросила Бьянка, не оборачиваясь к сестре. Похоже, почувствовала взгляд.

– Здесь-то можешь говорить по-английски, все свои, – сказала Снежка и постучала длинным мундштуком по пепельнице.

Бьянка смерила ту взглядом и ничего не ответила. Наконец в кабинет вошла Ирэн, и двери за ее спиной закрылись.

– Все в сборе? – спросила она.

– Ждем только тебя. – Снежка указала на пустующий стул. Не во главе, в подобном кабинете для встреч Принцесс у каждой стоял круглый стол. Нет главных, все равны, почти как рыцари короля Артура.

Сегодня предстояло обсудить слишком многое, и Роза уже не могла усидеть на месте, гипнотизируя Ирэн. К ней у Розы было больше всего вопросов, но влезать первой поперек хозяйки дома было бы верхом невежества.

– Аврора, вчера ты упомянула, что у твоей семьи проблемы.

Аврора придвинулась ближе. До того она сидела, откинувшись на спинку кресла, так далеко, что свет падал только на колени в пыльно-розовом шелке.

– У отца, – глухо ответила Аврора с легким итальянским акцентом. – Врачи подтвердили старый диагноз. Ему осталось около года.

Повисло сочувствующее молчание. Никто из них не умел в должной мере выражать эмоции, по крайней мере друг перед другом. Да и что касается отцов, девушки либо не знали их, либо ненавидели, либо похоронили так давно, что уже не помнили, каково это.

– Вы не пробовали… – начала было Сирена, но Аврора отсекла:

– Что? Других врачей? Не мели чушь, конечно, пробовали, с его-то деньгами!

Шамели, сидевшая справа от Авроры, потянулась, чтобы удержать ее за локоть. Никогда. Никогда не выводи Аврору из себя. Слыхала про то, как горячая кровь бурлит в итальянцах? А представь, что происходит с итальянками, особенно когда их любимый папочка находится при смерти.

– Не ругайся, – попросила Роза примирительным тоном. – Сирена ведь не хотела тебя обидеть. – Роза глянула на нее, намекая, чтобы та сама ответила.

Рыжие локоны дрогнули, когда Кристин мотнула головой и сказала:

– Нет, конечно, я не хотела. Извини. Если мы чем-то можем…

– Да. – Снежка по другую руку от Авроры затушила наконец свою сигарету и продолжила: – Мы все рядом, ты знаешь. Если потребуется помощь в чем угодно, мы здесь.

– Все, кроме нее, – Аврора кивнула на темный пустой угол.

За столом и правда собрались только двенадцать. Никто никогда не знал, явится ли тринадцатая, она не отвечала на звонки и сообщения, приходила тогда, когда считала нужным. Все знали способ вызвать ее, но сегодня никто не припас свиного сердца и ритуального ножа.

– Твой отец бы этого не хотел, – холодно сказала Снежка. – Ему уже под шестьдесят, он прожил…

– О, теперь ты решаешь, сколько кому прожить, так? Что же Розалинд все еще бегает где-то по шотландским болотам?

– Леди! – Ирэн хлопнула ладонью по столу, заставляя всех замолкнуть. – Аврора, послушай. У тебя есть наша поддержка и помощь, но в этом, – блестящий ноготок указал на пустой темный угол, – мы тебя не поддержим.

Аврора явно собиралась продолжать спор, но задержала взгляд на Сирене. Единственной, кто заключал подобную сделку и мог понять, о чем сейчас думает Аврора. Нет уж. Они обязаны проследить, чтобы девчонка не наделала глупостей.

– Следующая тема…

– Могу я высказаться? – Роза подняла руку, и Аврора снова отсела в тень. На секунду, пока свет еще падал на смуглое лицо, Розе показалось, что тональник не до конца замазал синяки под покрасневшими глазами.

– О ситуации Авроры? – переспросила Ирэн.

– Нет, о своей.

Бьянка тоже подалась ближе и сложила руки на столе. Перед поездкой они несколько дней обсуждали этот вопрос, и Роза удивилась, как та не сорвалась в первые же секунды собрания.

– До нас, – Роза указала на себя и сестру, – дошли слухи, что Пепе был замечен во Франции. Ты что-то слышала об этом?

Ирэн приподняла брови. В такие моменты она превращалась в абсолютно неподвижную и пустую фарфоровую куклу. Так и хотелось выстрелить промеж глаз, чтобы осколки разлетелись.

– Нет, мон шери, не слышала.

– Интересно. – Роза кивнула, но краем глаза заметила, как у Бьянки побелели костяшки пальцев. – А вот ваши федералы ищут его из-за пропажи нескольких особо важных артефактов. Их выкрали из Лувра, представляешь. И ты ничего не слышала?

Снежка, Сирена, Эрмоса и Алисия обернулись к Ирэн. Если Роза докажет, что сука скрыла Пепе или, того хуже, помогала ему…

– Конечно, я слышала о похищенных артефактах. Вся Франция об этом гудела, но почему они решили, что здесь замешан ваш Пепе?

– Потому что один из артефактов принадлежал эпохе майянцев, а два других – картины Фриды Кало. И почерк кражи очень похож на Пепе. Ты знаешь уговор, Ирэн…

– Знаю, и если бы к моим людям обратился хоть кто-то, работающий с Пепе, я бы выдала его тебе в тот же день. Но, увы и ах, твоя догадка превратилась в тыкву. Есть ли еще вопросы?

Роза слышала, как Бьянка сдерживается, чтобы не зарычать в ответ. Они не верили ни единому слову Ирэн, но остальные как будто удовлетворились таким ответом – словно интуиция важнее расчета.

– Что дальше? Алисия? Какие еще головы нужно снять с плеч?

Глава 4. Роза. Хочешь поохотиться?

Роза помнила тот вечер, когда впервые увидела убийство. Не смогла бы забыть, даже если бы захотела.

Это было на бабушкиной вилле в Веракрус; девочек тогда выдернули с учебы, увезли почти на другой конец страны. Все были взвинчены, отец и абуэла разговаривали на повышенных тонах и пугали Бьянку. В доме Вергара часто кричали – и друг на друга, и на подчиненных, и на футболистов по телевизору. Но сейчас все было по-другому.

Роза проснулась среди ночи из-за визга шин, когда авто лихо завернуло на подъездной дорожке. Не включая свет в своей комнате, она подошла к открытому окну и услышала тихую ругань Тио: