Путь Шиноби: Первые Шаги (СИ) - "UALive" - Страница 282

Следом, Акира решил внимательно себя осмотреть, так как помнил в каком он был состоянии, после пережитого взрыва. И первым делом он скинул с себя одеяло, открывая вид на целые ноги. Конечно, что они были перебинтованы, но хотя бы не в гипсе, так что Узумаки ничто не помешало проверить нижние конечности на подвижность. Начав с пальцев ног, затем перейдя на ступни, и под конец проверив колени, он не почувствовал никакого дискомфорта или боли. Последним тестом Акира попытался встать на ноги, и у него это без проблем получилось. Его ноги полностью зажили.

После проведенных тестов, красноволосый присел на свой спальник и начал проводить более углубленное обследование своего организма, используя методы ирьениндзюцу, которым его обучила мама. И эти методы также не выявили каких-либо проблем или отклонений, не считая небольшого истощения, что можно исправить после нескольких плотных приемов пищи. Акира был полностью здоров.

И, конечно же, он знал кого стоит благодарить. Узумаки понимал, в каком именно он был состоянии после взрывов, и что его регенерация ни за что бы не справилась с такими травмами самостоятельно. Намиказе и его ученики в очередной раз спасли ему жизнь.

Но в то же время, помимо благодарности к команде Минато, Акира также испытывал и некоторые сложные чувства, которые он не мог в должной мере осмыслить. И возникли у него эти чувства в связи с тем что он… Размяк. Стал слабее.

Не прошло и недели с того момента как он был отравлен шиноики и чуть не погиб. И вот, он в очередной раз оказался на грани смерти. Конечно, он и раньше, во время своей одиночной войны, оказывался на краю гибели, и не раз. Но в тех случаях Акире удавалось отделаться тяжкими травмами и ранениями, чтобы затем победить и покинуть поле боя на своих двоих.

Сейчас же… Узумаки чувствовал будто стал слабее. Даже не смотря на новые выученные ниндзюцу. Даже не смотря на многочисленные тренировки с командой Минато. Акира чувствовал что стал мягче, нерешительней. И это его удручало.

Погрузиться в рефлексию ещё сильнее и прийти к каким-то выводам, мальчику не позволил звук того, как кто-то откидывает в сторону тент, перекрывающий вход, и заглядывает внутрь.

— Акира-кун, ты очнулся! — Радостно сказала прибывшая Рин, после чего парой быстрых шагов подошла к мальчику и присела рядом с ним. — Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? Есть ли дискомфорт? Может ты испытываешь жажду? Или голоден? — Начала она быстро засыпать его вопросами.

— Нормально я себя чувствую. — Не смотря на то что этот поток вопрос был несколько раздражающим, Акира все равно попытался ответить вежливо. — Только… есть хочется. — С небольшой запинкой, признался он.

— Ха-ах… — Облегченно выдохнула Рин, услышав ответ Акиры. — Извини за этот поток вопросов. Я немного переволновалась. — Ну и конечно же проницательность куноичи никуда не делась, а потому она заметила поступившее в интонации мальчика раздражение и поспешила объясниться.

— Ничего. — Не стал Узумаки зацикливаться на произошедшем.

— И все же, позволь мне провести обследование. — Перевела тему Нохара.

— Я уже проверил. Со мной все в порядке. — Ответил красноволосый, не видя смысла в том чтобы проводить очередное обследование.

— Я знаю что ты владеешь ирьениндзюцу, пусть и очень узкоспециализированным, и можешь провести полноценное обследование своего организма. — Начала говорить куноичи, при этом в её голосе слышалось волнение. — Но мне было бы спокойней, если я самостоятельно проверю твое здоровье. Так что, пожалуйста…

Увидев этот взгляд, полный волнения и заботы, который Рин на него бросала, Акира не смог долго упираться, и через пару секунд сдался, совершив короткий кивок. Нохара, получив разрешение, легонько улыбнулась и принялась складывать печати для дзюцу Мистической Руки.

На время обследования, Акира и Рин погрузились в молчание. Узумаки отвлекся на на свои мысли, в то время как Нохара полностью сосредоточилась на скрупулезном обследовании своего пациента.

Длилось это молчание несколько минут, прежде чем Акира решил его нарушить.

— Что там с миссией? Вы уничтожили мост Каннаби? — Высказал красноволосый вопрос, который его сейчас особенно интересовал.

— Мы… справились. — Коротко и без подробностей ответила Рин.

Узумаки удивила реакция Нохары. Помимо того что сам ответ был коротким, так ещё и в голосе девушки слышалась печаль. Но вот с чем эта печаль была связана?

— Что-то произошло? — Поинтересовался Акира, почему-то ощущая нехорошее предчувствие.

Рин молчала, не решаясь ответить на заданный вопрос. Закусив нижнюю губу, она сдерживала нахлынувшие на неё эмоции. Это во время миссии она задвигала свою печаль на задний план, понимая что их команде требуется собранный и готовый помочь ирьенин. Сейчас же, когда они вернулись в относительно безопасные стены главного лагеря, держать свои эмоции в узде было крайне тяжело.

Не дождавшись ответа от куноичи, Узумаки перевел взгляд на её лицо, и увидел что Нохара еле сдерживала себя от того, чтобы не расплакаться. Увиденное ещё больше усилило нехорошее предчувствие красноволосого.

— Что произошло? — Задал Акира чуть переформулированный вопрос.

После ещё нескольких секунд молчаний, Рин кое-как взяла себя в руки и ответила.

— Обито погиб. — Сказала она всего два простых, но от того не менее ужасных, слова.

— Что? — Непонимающе спросил мальчик, будто не понимая смысла сказанного.

Ведь как же это так, чтобы Обито вот так взял и умер? Разве такое вообще возможно?

Акира, не смотря на то что уже практически год сталкивается со смертью на войне, не мог в это поверить. Это только враги, всякие слабаки и посторонние люди постоянно умирают, порой от рук самого Узумаки. Но Обито не был кем-то из этих троих. Он был… другом Акиры. Так почему же он умер?

Акира забыл что Минато, Рин, Обито и Какаши смертны как и все люди. А может он просто не хотел об этом думать. Думать о том, что те кому он доверился, могут в один момент оставить его одного. Так же как он остался один после смерти мамы.

И как же теперь ему жить с этой информацией и с новыми реалиями?

С уничтожением моста Каннаби, а также разгромом тысячной группировки шиноби Ивы силами одного единственного шиноби Конохи, что напугало большую часть руководства Ивы, Ооноки пришлось наконец признать поражение в этой войне.

Не успела пыль от уничтоженного моста толком улечься, как Цучикаге отправил Хокаге предложение о заморозке боевых действий. Хирузен поспешил принять это предложение, поставив лишь условия того, как режим заморозки конфликта должен сохраняться. Условия, понятное дело, были далеко не в пользу Ивы, но с этим пришлось смириться, если конечно Ооноки не хотел широкомасштабного наступления со стороны Конохи и последующего краха его деревни.

По случаю фактической победы над Деревней Скрытого Камня, во всех лагерях на западном фронте проходили празднования. Конечно, Третья Великая Война Шиноби не завершилась, так как на восточном фронте все ещё идут боевые действия против Деревни Скрытого Облака и Деревни Скрытого Тумана. После того как дела на западном фронте будут улажены, многих шиноби Конохи переведут на восточный фронт и война для них продолжиться. Эта была вторая причина идущего празднования, ведь никто из шиноби Конохи не знает — смогут ли они дожить до окончательной победы?

Празднование затронуло не только рядовых шиноби Конохи. Руководство лагеря, что без выходных трудилось на поддержании стабильности фронта, сейчас также веселилось, но в своей, отдельной компании.

Устав сидеть в душных кабинетах штаба, они вытащили на улицу длинный стол из конференц-зала, поставили его на границе лагеря, подальше от основной шумной толпы, и, усевшись за него, вместе выпивали и переговаривались друг с другом. Кроме того, их отдаление от остальной массы шиноби было обусловлено тем, что распивать алкоголь на фронте было запрещено… Но естественно что руководство лагеря могло позволить себе некоторую вольность.