Путь Шиноби: Первые Шаги (СИ) - "UALive" - Страница 124

— Да здоров он был. — Отверг его предположение молодой голос. — Он там где-то минут двадцать просидел а потом спокойно встал и вышел из палатки.

— И ранение у него наверняка липовое. — Все так же презрительно поддержал его третий голос. — Вы сами подумайте. Шиноби Ивы ведь пользуются ниндзюцу стихии земли. Тогда откуда у него ожег?

— Сам себе ожег оставил. — Согласился с доводами обладатель молодого голоса. — А может он и в бою не участвовал? Отсиделся как крыса где-то и пришел уже после того как все закончилось.

— Нет, я припоминаю кого-то описанного тобой на поле боя. — Отверг последнее предположение обладатель хриплого голоса.

— А ты в этом уверен? Может обознался? — Не хотел верить человек с презрительным голосом в слова своего соседа.

— Ну-у… Во время боя не особо по сторонам смотришь. Если конечно умереть не хочешь. — Заколебался в своих размышлениях человек с хриплым голосом.

— Вот видишь, ты просто обознался. — Сказал человек с молодым голосом.

— Наверное ты прав. — Все же поддался он на уверения своих соседей.

Слушая их разговор, Рин была стопроцентно уверена о ком именно идет речь. И ей не нравилось как на её почти друга клевещут. Но в то же время она понимала что в случившемся, в не меньшей степени, виноват и сам Акира. Будучи слишком скрытным, он оставлял другим шиноби возможность додумать многое самим. И вот к чему это привело.

«Это может привести к огромным проблемам.» — Думала Рин, при этом отложив в голове планы по возвращению доброго имени её почти другу.

(П.А. — Много раненых, людей не хватает, но ирьенины делают все возможное чтобы вернуть в строй раненных.

Тем временем по лагерю Конохи ползут странные слухи, о скрытом за плащом и маской шиноби. И слухи эти не самого лучшего содержания.

Также вы можете поддержать автора на Бусти (https://boosty.to/ualive). Там уже есть 20 дополнительных глав.)

Глава 68

Закончив чертить на своей карте последние штрихи, я отложил карандаш в сторону и стал рассматривать плод своих трудов. Два белых пятна были заполнены схемами главного лагеря Конохи и деревней, в которой прятался разведчик Ивы. Так же, уже на отрисованные участки карты, были добавлены новые обозначения и пометки. Например, поле битвы недавнего сражения и, самое главное, местность где сражались Намиказе-сан и джинчурики четыреххвостого. Последнее место стоило обходить стороной, ведь оставшиеся эманации чакры биджу могут привести к печальным последствиям.

Отложив карту в сторону, я встал с пола и немного размялся. Следом, я стянул резинку которой подвязал волосы. Пройдясь пальцами по распущенным волосам, я с неприязнью отметил что они спутались. Мои волосы опускались до лопаток и поддерживать их в чистоте уже не просто. К тому же, они так и норовят залезть в рот или попасть в глаза. Иногда я даже думаю о том что стоило бы их укоротить, но каждый раз отказываюсь от этого.

— Маме нравились длинные волосы. — Вновь вспомнил я как ей нравилось расчесывать мои волосы, или просто проходиться по ним пальцами.

Решив подумать о собственной гигиене попозже, я подошел к спальному мешку и присел на него. Отринув ненужные мысли в сторону, я вошел в полумедитативное состояние чтобы сосредоточиться над тем что происходит внутри меня. Единственной проблемой что до сих пор меня беспокоила была сеть трещин, разошедшихся по чакроканалам в правой руке. Постепенно, с моей посильной помощью, они зарастали, но процесс этот был слишком медленным.

Прошло четыре дня с момента окончания сражения, и мой расчет по поводу сроков лечения оказался верным. Ещё один день и последние трещины затянутся. А до тех пор я безвылазно сижу в своем убежище, не рискуя начинать новую охоту на шиноби Ивы.

Моя медитация продолжалась около двух часов, пока организм не напомнил мне о том что время пообедать. Прекратив лечение, я встал с насиженного места и подошел к кучке запечатывающих свитков, в которых хранились запасы еды. И оценивая их содержимое, я в очередной раз подметил что запасы уже подходят к концу. Гораздо раньше чем я ожидал. Мясо практически закончилось, как и фрукты. Из всех круп остался лишь рис. Зато рыбы было ещё в достатке.

Поняв что сегодня на обед рис с рыбой, я распечатал необходимые продукты, плюс небольшое количество специй. Их тоже следовало экономить.

Готовка на огне чакры заняла у меня около часа. Все же сложно использовать лишь одну свободную руку. Наложив сваренный рис в большую миску и положив сверху куски жаренной рыбы, я приготовился к еде.

— Итадакимас. — Уже привычно сказал я и взял палочками кусочек рыбы, став взглядом оценивать его. — Даже муки не осталось чтобы сделать панировку. — Печально сказал я и сделал первый укус.

Со своей порцией я справился за несколько минут. По вкусу блюдо было приемлемым. Все лучше чем сухпайки которыми я питался в первые дни. Но в то же время я вспоминал недавние изобилие еды, когда я мог не отказывать себе в любой еде. А в особенности мне вспомнился тот рамен, что я попробовал в деревенском ресторане. Это было самое вкусное блюдо что я ел за последние месяцы. Все же, хоть меня и учили готовить, но я бы не сказал что хорош в этом.

Так же, по аналогии с тем раменом, мне вспомнилась лагерная столовая Конохи, где также довольно вкусно кормили. На фоне недавнего обеда даже захотелось вновь там оказаться чтобы нормально поесть.

Внезапно возникшие мысли, о желании вернуться в лагерь Конохи, я быстро подавил. Не стоило даже думать о том чтобы довериться шиноби Конохи. Для них я всего лишь полезный инструмент что помогает им в войне. Как только все закончиться от меня просто избавятся как от ненужного хлама. Так что не стоит привязываться к тем кого я так же использую в своих интересах.

Закончив с размышлениями, я начал искать чем можно себя занять. За прошедшие четыре дня я успел переделать многие дела. Восстановил запас взрывных печатей, наточил все расходное оружие, сделал уборку, постирал и заштопал одежду. Все имеющиеся у меня бумаги я вновь перепроверил и рассортировал. Так же я записал в свой дневник новую информацию, касающуюся тактики шиноби Конохи в ведении войны, и не забыв расписать возможности членов команды Намиказе-сана. И вот, последним мои занятием было дорисовывание карты.

— И что делать дальше? — Задал я сам себе вопрос, не зная чем заняться.

Оглядев помещение своего убежища, я понял каким оно было пустым. Помимо тех звуков что издавал я сам, вокруг была тишина. Вернувшись в свое тихое убежище, после нескольких дней проведенных вместе с шиноби Конохи, было очень непривычно. Казалось, что тишина и пустота давят физически.

— Надо позаниматься. — Вспомнил я действенный метод, что помогал мне избавиться от лишних мыслей.

Скинув с себя плащ, а также сняв водолазку, я принялся делать разминочные упражнения, подготавливая свое тело к более серьезным нагрузках. Хотя, в таких ограниченных условиях, ни о каких по-настоящему серьезных нагрузках не могло идти и речи. Единственной причиной по которой я этим занимался, было поддержание своего тела в тонусе.

Закончив с разминкой, я принялся за простые упражнения, по типу приседаний, отжиманий или бега на месте. Все они давались без труда, но в то же время я не чувствовал особого отклика. Не было того чувства когда ты выкладываешь на полную и преодолеваешь свои пределы, становясь лучше. Да и откуда этому взяться?

Думая о безрезультатности тренировки, я вспомнил свой спарринг с Хатаке. Тогда я получил настоящий вызов. Имея небольшое преимущество в мощи чакры и ниндзюцу, я сражался против противника что был более опытным и… более собранным что ли? Свою слабость в грубой силе он закрывал большим мастерством и филигранностью в применении как кендзюцу, так и ниндзюцу. Очень неприятный противник который, как настоящий шиноби, мог обманывать, хитрить и даже неприятно удивить. Чего только стоило ниндзюцу стихии молнии, которым он смог вывести мою руку из строя.