Калгари 88. Том 15 (СИ) - "Arladaar" - Страница 15

— Хватит и этого! — махнула рукой Марина. — Сейчас всё съедим, потом, как ты и говорила, холодильник отключим.

Арина в обед позвонила родителям, сказав им, что всё в порядке, всё идёт по плану. Было собрание в федерации, завтра уже вылетят в Америку.

— Всего хорошего тебе, Люся, — слегка всплакнула мама. — Переживаем за тебя.

— Не надо за меня переживать! — уверенно ответила Арина. — Мне как раз нужно, чтобы в меня верили, этого достаточно. И, пожалуйста, не надо плакать, мама, тебе волноваться нельзя.

Так как представилось сколько-то свободного времени, Арина ещё раз проверила вещи в сумках, убедилась что всё в порядке, всё собрано, и принялась готовиться к сегодняшней вечеринке.

Эх, кому неизвестно то волнительное чувство, когда тебе 15 лет и когда к тебе в гости должен прийти парень… Кажется, сядь и успокойся, ан нет, то проведёшь тряпкой по столу, лишний раз убеждаясь, что нет ни пылинки, то помоешь ванну, то вытрешь унитаз. А то вдруг что подумают… Соколовская заранее отобрала на магнитофоне кассеты, выбрав как сборники с романтической музыкой, вроде сборники лучших песен Криса Ри, Джорджа Майкла, так и танцевальную, Мodern Тalking, Fancy, Сандру.

Остро встал вопрос о том, что надеть. У Маринки, конечно, здесь была домашняя одежда, она надела короткое нарядное платье, немного подкрасилась, а вот у Арины, увы и ах… Платье и туфли, в которых она хотела идти на жеребьёвку и банкет, лежали упакованные в сумке, доставать их не хотелось, вдруг ещё замараешь нечаянно, поэтому решила обойтись спартанской одеждой: штанами Adidas и белой майкой, которые, как известно, являются универсальной одеждой СССР 1986 года.

Всё-таки под конец успокоились и принялись спокойно ждать наступления вечера, который при таких хлопотах настал достаточно быстро. Когда солнце село за дома, включились фонари и зажглись окна в соседних домах, раздался звонок в дверь. Арина и Соколовская к этому времени уже были все на нервах, поэтому сразу вдвоём пошли открывать.

— Кто там? — со смехом спросила Маринка.

— 100 грамм! — в унисон ей из-за двери ответил Серёга.

Марина открыла дверь, и парни вошли в квартиру. Были они одеты с иголочки, по-видимому, посчитали очень серьёзным такое приглашение к своим подружкам: оба в костюмах, в белых рубашках, в пальто. Арина же как назло в спортивке! Ну, блин, вот как так!

— Это вам! — почти в голос сказали оба парня и протянули по букету цветов. Осенью какие цветы можно было купить в СССР? Естественно, хризантемы! Серёга купил букет белых хризантем, Володя — букет розовых.

— Ой, какая прелесть! — пропищала Соколовская, принимая букет. — Как классно! Спасибо, Володя. Заходите, ребята.

— Спасибо, Серёж, — смущённо пролепетала Арина.

Вот ведь удивительное дело: кажется, за всю её жизнь в фигурном катании цветов этих болельщиками подарен точно грузовик, а может, и два. Но один единственный букет, подаренный любимым человеком, вызвал очень глубокие чувства.

— Это ещё не всё! — заявил Серёжа и протянул пакет. — Там пирожные.

— Ну, мы точно сегодня обожрёмся! — рассмеялась Арина. — Проходите, ребята, сейчас мы всё приготовим.

Соколовская поставила букеты в трёхлитровые банки, налив в них воды. Хризантемы — осенние цветы, устойчивые к хранению, и вполне могли дождаться их возвращения из Америки. Потом принялись накрывать на стол. Бутерброды с колбасой и сыром уже готовы, яйца отварены, почищены, разрезаны на две части и намазаны майонезом. Осталось только порезать рулет, разложить заварные пирожные по тарелочкам, вскипятить чайник и заварить чай.

Перед тем как начать суетиться со столом, Марина зажгла в зале торшер, пригласила ребят на диван, поставила на своём Панасонике кассету с лирической музыкой, чтобы настроить на романтический лад. И когда стол был готов, позвала рассаживаться.

— Вы извините, у нас всё скромненько, — словно извиняясь, сказала она. — Мы же завтра уезжаем, поэтому ничего не покупали, уже холодильник отключили.

— А мы к вам и не есть пришли! — рассмеялся Серёга. — Мы поговорить, потанцевать! А на самом деле, спасибо вам огромное, девчонки, за такой тёплый приём!

После бутербродов, рулета и пирожных действительно захотелось потанцевать. Обстановка сложилась крайне ламповая: негромко играет музыка, торшер льёт неяркий свет, в медленном танце кружатся две парочки. Время пролетело быстро…

Потом сделали перерыв, и Арина всё-таки решила показать друзьям альбом с Анькиными рисунками. В первую очередь она хотела увидеть реакцию Соколовской, которая знала о её намерении поставить ледовый спектакль.

Марина неспешно листала альбом и подробно рассматривала рисунки.

— В этом что-то есть, — призналась она. — Во всяком случае, надо поговорить с Линдой, что решила она.

Потом альбом взяли полистать парни, и Анькины рисунки вызвали у них удивление и восторг.

— Мне кажется, это рисовал какой-то профессиональный художник, который явно в теме, — удивлённо сказал Серёга, увидев рисунки. — Это же надо, какая у человека богатая фантазия! Мне бы никогда в голову такое не пришло!

Потом опять танцевали, быстрые и медленные танцы, потом опять отдыхали, разговаривая о том, о сём, и вечер пролетел очень быстро. Волнение прошло, и в душе осталась только радость…

— Желаю тебе всего самого лучшего! — сказал перед уходом Серёжа и обнял Люду. — Не знаю, получится у нас встретиться с тобой или нет после того, как ты приедешь. Но знай: ты самая лучшая! Люблю тебя!

— И я люблю тебя, Серёж, ты самый лучший и самый любимый мой человек! — смущенно сказала Арина. — Всё у нас будет хорошо!

Пожалуй, с этим никто не мог поспорить…

Глава 8

В аэропорт!

Когда в Москве, в квартире на Ленинградском проспекте происходило доморощенное пати, на катке спортивного клуба North Shore Skating Club в канадской Келоуне тоже было очень интересно. Да и сам город был интересен со всех сторон. Относился он к региону Британская Колумбия, находился на берегу озера Оканаган. Считался крупным спортивным и туристическим центром Канады, известным своими обширными парками, винодельнями, живописными горами и… фигурным катанием.

Именно здесь тренировались многие прославленные канадские фигуристы и хоккеисты прошлого, настоящего и будущего. Например, Линда Флоркевич. Спортивный клуб North Shore Skating Club охватывал многие виды спорта, от яхтинга до хоккея и фигурного катания. Арендовал лёд он в прославленной ледовой арене Kelowna Memorial Arena, построенной аж в 1945 году и имевшей трибуны в 2600 зрителей. Но арена, несмотря на возраст, до сих пор выглядела великолепно, и в текущем, 1986 году должна была принять сразу два статусных соревнования: Скейт Канада 1986 по фигурному катанию и Чемпионат мира по кёрлингу, новомодному виду спорта, который только начал входить в обиход. Но всё это в будущем, а сейчас на катке, как и всегда в это утреннее время, занимаются фигуристы. И некоторые из них тренировались абсолютно нестандартно.

Чемпионка Канады среди юниоров Линда Флоркевич раскатывалась на льду, готовясь к контрольному прокату короткой программы, а её тренер Сандра Бейзик наблюдала за прокатом ученицы от бортика. Линда с раннего детства была необычной фигуристкой, родом из цирковой семьи, обладала большим талантом в спорте и творчестве, который часто привносила в фигурное катание.

Накануне Линда заявила, что хотела бы попробовать на льду новое платье для короткой программы, и оно… Выглядело слегка необычно, как и весь её образ. Линда была одета в полосатые красно-белые колготки с дырами на коленях, короткое розово-чёрное платье с пышной юбкой, длинные кружевные перчатки-митенки без кончиков пальцев, на голове волосы зачёсаны в два хвостика, торчащие с висков. Но самое необычное — это лицо: очень ярко накрашенные розовым глаза, от которых по лбу и по щекам вертикально спускаются две чёрные жирные стрелки, и красная клякса губ, от которых вверх по щекам поднимаются выгнутые линии, имитирующие усмешку. В целом кажется, словно на льду страшный клоун Пеннивайз, в духе фильмов ужасов или дерзкая, вышедшая из-под контроля кукла.