Рыцарь и его дамы (СИ) - Зубков Алексей Вячеславович - Страница 58

Поскольку молодой принц не был любителем долго запрягать, уже на следующее утро на столах разложили карты и начали подготовку операции по «зачистке» одновременно семи крупнейших городов.

Зачистка прошла весьма конфликтно и кроваво, но поставленные цели были выполнены. Летняя кампания в Пустошах задержалась больше, чем на месяц. Зато Деленгар Фийамон получил вожделенную армию землекопов, сформированную из бывших жителей рассадников преступности. Агрессивных и наглых из числа выживших продали на галеры, наплевав на давний запрет порабощать изначально свободных людей. По давней традиции то, что в море, к суше относится своеобразно и опосредованно — чуждая стихия, свои правила и обычаи. Поэтому отправить кого-то в бессрочную службу на галерное весло, это вроде как и не нарушение. А смирившихся со своей участью, в том числе, немалой частью женщин и подростков, отправили в землекопы.

К этому времени за выпуск полевых кухонь и подготовку поваров взялся Деленгар. Землекопы получили то, чего у них никогда раньше не было — гарантированную миску горячей баланды два раза в день и горячее питье. На фоне неумолимо подступающего к Ойкумене голода для многих это стало спасением. Копать-то много ума не надо. Любой сгодится, была бы лопата. Лопаты как раз были. Штрафы, которые королевский суд наложил на города, города повинны были выплатить поставкой лопат, мотыг, тачек и прочего инструмента.

Армия Деленгара длинной колонной двинулась к Ломаным горам, намереваясь приступить к изменению ландшафта вручную. Но Адемару не суждено было принять участие в задержавшейся летней кампании. В разгар работы фельдъегерь доставил в штаб землекопных войск на марше срочную депешу от принца Медерика.

— Деленгар! Ты, наверное, будешь смеяться, но в Мильвессе снова дворцовый переворот!

— Кто кого перевернул? — спросил Деленгар.

— Министры перевернули Регентов.

— Радикально, — протянул с невольным уважением Деленгар. — И что с Регентами?

— Куда-то делись. Двоебожники лили яд в уши юного императора и давали ему дурные советы. Верные подданные в конце концов не выдержали, пришли ко дворцу. Все били челом Оттовио, умоляя отвергнуть дурных советчиков и принять бремя справедливого, единоличного правления. После долгих уговоров скромный юноша согласился. Злодеи дружно сбежали, и с той поры их больше никто нигде не видел.

— Ясно, — покачал головой Деленгар. — А я говорил, что с императором Хайбертом Остров сломал засовы на адских вратах. Если можно убивать одних придворных, значит можно и других. Либо не делает никто, либо все.

— Теперь Оттовио будет царствовать как самодержавный император, а править от его имени станут Удолар Вартенслебен, Шотан Ашхтвицер, Курцио Монвузен и горский князь Гайот. Их уже прозвали «Страшной Четверкой». Или «Ужасной». Говорят, за дело.

— Монвузен — голова. Ему палец в рот не клади. Я бы свой ни за что не положил, — сказал, обдумав новость, Деленгар.

— Вартенслебен — тоже голова, — сказал Адемар, вспомнив Клавель.

Уязвленное самолюбие, конечно, подкусывало, но истину следует признавать. Поубивать всех родственников-конкурентов, выплатить кажущиеся неподъемными долги… Негодяй и мерзавец, конечно, однако незаурядный.

Насчет Шотана, известного также как Безземельный, сошлись, что он скорее голова, чем не голова. Зубастая и страшная, способная отхватить любой палец, но все же.

Гайота сначала обозвали «не головой», потому что горец, дикарь, предводитель пешцев и вообще «князь». Даже не какой-нибудь приличный «барон». Но затем пришли к выводу, что он должен быть очень даже головой, чтобы попасть со своих диких Столпов в столь тесную столичную компанию.

На этом бы и закончили, и вернулись к своим делам, но сообщением новостей принц, конечно, не ограничился. Землемеру, то есть, Деленгару Фийамону, предписывалось возглавить кампанию в Пустошах, а Кулинару, то есть Адемару Весмону — отправиться в Мильвесс с неофициальным дипломатическим визитом, чтобы выразить отдельное почтение от младшего принца — повысившему свой статус императору.

Зачистка Хитрых Рынков глазами почтенного собрания

24. Глава. Не дичь, а городская легенда

За зиму Адемар сильно изменился…

Внешне не очень. В Пустошах хорошо похудел, но потом снова начал набирать вес.

Нашел мастеров, которые сделали «Кубик Люнны». Нашел мастеров, которые сделали полевые кухни на телегах. Нашел поваров и аптекарей, которые придумали, чем сдобрить кипяченую воду, чтобы солдаты пили ее вместо сомнительной воды из колодцев и ручьев.

Благодаря этим нововведениям, заметно дополнил свой и Загородной Стражи послужной список. Пустоши не зачистил и город у Круглого Камня не откопал, но очень успешно провел зимнюю кампанию по восточную сторону Ломаных гор, после чего был принят в неофициальный клуб друзей младшего принца. Этот скрытый орган государственной власти существовал под названием «Клуб шутов» и занимался поддержанием порядка в законодательстве тетрархии Восходного Севера.

Его Королевское Высочество Эварист Третий Чайитэ не поехал в Мильвесс полюбопытствовать, как юный император Оттовио Первый будет править без опоры на Регентов. Наследный принц того же имени не поехал, и младший принц тем более.

Медерик не забыл, что во время переворота в пользу Оттовио в Мильвессе погибла его невеста и без пяти минут супруга Лилия Байи. Позже стали известны имена ответственных за военные действия в столице, а сейчас те же люди устроили еще один дворцовый переворот и стали еще ближе к императору.

Главы семей Весмон, Тессент и Гландивуа тоже решили не ехать, а Мальявиль Фийамон постоянно проживал в Мильвессе и не собирался мотаться туда-сюда с каждой сменой власти.

Родители в течение зимы не раз и не два напоминали, что сыну пора остепениться. Подумаешь, отказали. Другим чаще отказывают. Адемар и сам был не против. Высшее общество не ограничивается дочерьми носителей титулов. Младшие дочери младших ветвей знатных родов ничуть не хуже в плане происхождения. В приданом Весмоны не нуждались, а положение в обществе Адемар зарабатывал сам.

Просто обстоятельства не складывались к знакомству. Военная кампания затягивала, и совершенно не доходили руки до зимних балов. Мама присылала маленькие портреты потенциальных невест. Адемар украшал ими стены шатра, ни на кого не соглашался и никому не отказывал. Вот разберемся в Пустошах, я приеду в Каденат, столицу Восходного Севера, и там займемся матримониальными планами. Заочно жениться не буду.

Новость из столицы очень удивила. Вартенслебен предал Алеинсэ? Почему? На Острове обижали Клавель? Она сбежала? Умерла, убили? Казалось бы, какое ему теперь дело до бывшей невесты, которая давно уже официально замужем. Но загадка оставалась неразгаданной. Что тогда случилось между ней и отцом? Это было внутреннее дело семьи, как сказала Флесса, или на Вартенслебена нажали, чтобы он отдал одну из дочерей? Старик за последние полвека не предавал союзников по собственной инициативе. Предавали его, но не он. Если сейчас поехать в Мильвесс, можно попытаться получить личную аудиенцию. Пусть Вартенслебену не понравится излишняя настойчивость, но что он сделает? Голову не отрубит, за решетку не посадит.

За компанию с Адемаром в Мильвесс отправился Ламар Тессент. Лавиния Тессент при императоре Хайберте готовила сына на придворную должность. С приходом Регентов расклады при дворе критически изменились, и Ламару оставалось только принять настоятельное предложение отца о придворной должности при дворе короля-тетрарха Восходного Севера в Каденате.

Теперь же Регентам «дали отставку», и император собрался править самодержавно, как раньше. Значит, у него появится двор, придворные должности и все такое.