"Фантастика 2026-114". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Скибинских Екатерина Владимировна - Страница 645

Тем удивительнее было попасть на вступительные экзамены и обнаружить, что, благодаря все тем же преподавателям из колледжа, я знаю ответы на большинство вопросов. С практическим заданием справилась без проблем, став полноценной студенткой факультета менталистики.

Несмотря на воссоединение с братом, свою борьбу я не бросила, лишь старалась вести себя не так вызывающе, балансировать на грани закона, и неожиданно нашла себе покровителя – близкий родственник возлюбленной моего брата, обладающий нужными связями и не стесненный в средствах, поддержал меня полностью.

Он же добился того, чтобы нашей организации присвоили официальный статус и обеспечили хотя бы минимальную государственную поддержку. Конечно, не один год пришлось обивать пороги власть имущих, выбивая это разрешение, и оформлено все было на Нейтана, но это совсем неважно.

Я училась на четвертом курсе, когда он предложил мне совмещать учебу и работу в центре. И я, вне себя от счастья, согласилась. Тем более что вместе со мной он принял на работу нескольких моих единомышленников.

Благодаря нескольким довольно громким делам – Нейтан позаботился, чтобы услышал каждый – нам удалось продавить выход нового закона, касавшегося детей рабов: отныне все рожденные на территории нашей страны считались свободными вне зависимости от того, кем являются их родители.

И осознав, что мы действительно в силах защитить или хотя бы добиться справедливости, к нам потянулись рабы с искалеченными судьбами. Многие попали в рабство в результате обмана или тонкого шантажа, как, к примеру, мой брат. Не для всех удалось добиться справедливости, не все были на самом деле жертвами, но нашему центру удалось спасти многих.

Пока такой центр был лишь в столице, но у нас круглосуточно работает артефакт связи, куда можно позвонить из любой точки страны и сообщить о нарушении закона по отношению к рабу. Со временем, думаю, подобные организации откроются и в других городах. Моя мечта медленно, но верно сбывалась. Избавить мир от рабства мне не удалось, но в моих силах было уменьшить поток жестокости и несправедливости.

За эти годы я успела увидеть многое, что искренне хотела бы забыть, с каждым разом все больше убеждаясь, насколько у нас прогнившее общество и какими жестокими порой бывают хозяева, имеющие безупречную репутацию.

Видела сотни таких, как Тони, в упор не замечавших истинного положения дел в мире, наивно веривших лишь в хорошее, добровольно отказавшихся от своей свободы. И лишь единицы успевала спасти до того, как их ломали, обрывали хрупкие крылья надежды на лучшее, стирали светлые открытые улыбки, вымораживали внутреннее тепло, оставляя лишь все еще красивую, но пустую оболочку…

И все равно до сих пор не понимаю стремление некоторых молодых парней и девушек отказаться от свободы, стать полностью зависимым от кого-то, практически не имея права голоса. Конечно, кому-то везет попасть к таким хозяевам, рядом с которыми их рабский статус не так заметен, но не всем же!

За такими мыслями я наконец-то добежала до нужного мне отделения стражи, приветливо улыбнувшись знакомым стражникам, стоявшим возле здания.

– Еще на месте? – уточнила на ходу.

– Да, но уже собирается уходить – срочный вызов во дворец. Так что поторопись, – ответил один из них, безошибочно поняв, о ком я спрашиваю.

– Демоны! Спасибо.

В кабинет самого молодого следователя за последнюю сотню лет я практически влетела, едва не сбив того с ног. Молодой темноволосый мужчина явно уже собирался покинуть свой кабинет.

– Простите, – пискнула виновато, на что он лишь фыркнул.

– Николетта, времени почти не осталось, вынужден бежать, так что давай коротко и по существу.

Быстро кивнув, собралась и изложила все детали дела, пытаясь вычленить основные факты, передав мужчине инфокристаллы и досье. На папку он взглянул без интереса, а вот кристаллы явно привлекли его внимание. Он взял в руки ближайший и его глаза тут же засветились стальными всполохами. Я осеклась, как завороженная уставившись на него. Впервые видела работу интуита. Впрочем, моей заминки он не заметил, тут же встав со своего места.

– Суть я уловил. Здесь действительно все не так уж просто. Хорошо, я забираю материалы дела, постараюсь сегодня изучить и тут же с тобой свяжусь. Зайди к Нейтану, он хотел с тобой поговорить, а мне пора. Хорошего дня! – он подмигнул мне, сгребая инфокристаллы и папку в свой дипломат, и покинул кабинет.

Облегченно выдохнула, тыльной стороной ладони вытерев пот со лба. Во-первых, здесь душно до ужаса, а во-вторых, он все же взял материалы. До этого я с интуитом сталкивалась раза три – четыре за все время, когда сама не могла разобраться, в нашей компетенции дело или нет, прежде чем передать его дальше. И каждый раз переживала, что вот сейчас точно со мной не захотят лишний раз говорить, ведь где он, и где я. В конце концов, последние два года его официальное место работы во дворце, а сюда он забегает по старой дружбе, когда очень нужна его помощь. Но мужчина каждый раз с готовностью откликался.

Кабинет моего начальника был оснащен охлаждающим артефактом последней модели, и я едва удержалась от блаженного стона, когда меня окутало такой желанной прохладой.

– Привет. Ну, что сказал Дилан? Ту девушку действительно заставили подписать рабский контракт обманом? – мужчина не стал ходить вокруг да около, задав вопрос, как только я вошла.

– Пока не понятно. Взял материалы, обещал связаться со мной позже, – я села в удобное мягкое кресло для посетителей, с невольной завистью вспомнив свое жесткое обтрепанное, нещадно скрипящее при любом движении. Все собираюсь отложить из зарплаты и купить нормальное, но вечно находятся какие-то отговорки.

– Думает, там что-то есть и стоит копнуть глубже? Ну ладно, ему виднее. Что в целом по работе центра? – Нейтан задумчиво побарабанил пальцами по лакированной поверхности стола, ожидая ответа.

И я не разочаровала, подробно отчитавшись по всей последней неделе, по итогу перебросив ему основную информацию по ментальной связи. Он скривился, сжав виски, как всегда, когда происходила передача данных.

– Почему ты против того, чтобы я просто приносила инфокристаллы с отчетами, зачем себя мучить? – нахмурилась, глядя на него с сочувствием.

Сама помню, насколько это неприятно с непривычки. Головная боль была моим постоянным спутником первые два курса университета, когда на каждой практике приходилось снова и снова лезть друг другу в сознание, получая нехилый откат.

– Так надежнее. Сама понимаешь, что существование нашей организации многим очень не выгодно. К тому же поговаривают, что вскоре примут закон об упразднении рабских школ. Пока это еще слухи, но наверху уже начинают роптать и сильнее коситься в нашу сторону. Так что лучше так. Ладно, ты молодец. Я рад, что встретил тебя до того, как кто-то все же нашел найти способ навечно закрыть тебе рот, – мой начальник говорил серьезно, и у меня в очередной раз по спине пробежался табун мурашек.

Только познакомившись с Нейтаном, в полной мере осознала, насколько сильно я подвергала себя опасности этими своими протестами. И то не сразу согласилась, но деваться было некуда – меня снова укатали на сутки за решетку. И всю ночь этот мужчина сидел по другую сторону и нудил, нудил, медленно, с расстановкой объясняя все мои ошибки и со вкусом расписывая, что именно со мной могут сделать те, кого положение рабов в этом мире устраивает в полной мере. Особенно, если у них есть средства и связи. Я тогда пыталась не слушать, но тщетно, его слова все равно проникали в сознание и там и оставались, находя отклик, подтверждая его правоту.

– А я-то как рада… Спасибо тебе за все, – я искренне улыбнулась ему.

Нейтан мне на самом деле нравился, чего не сказать о его сестре… Но тут уж деваться некуда.

Уточнив еще некоторые несущественные моменты, я с чистой совестью покинула участок и отправилась обратно в наш Центр. Но как только вошла, мои сотрудницы огорошили меня новостью.