"Фантастика 2026-114". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Скибинских Екатерина Владимировна - Страница 182

      – В чем же? Ну, если тебе так хочешь – можешь считать иначе. Но я вижу твою суть. Ее не изменить, – прошептал он на прощание, и танец был закончен.

      В тот вечер бал для меня потерял весь смысл. Я все прокручивала его слова у себя в голове. Моя «свита» ко мне не подходила, видя в каком я настроении. Танцевать мне не хотелось, и я безжалостно отвергала всех кавалеров, приглашавших меня на танцпол.

      Нет, не может быть. Я уникальная, другой такой нет. Как мантру повторяла я про себя. Я идеальна. Что могло пойти не так? но червь сомнения все же прокрался в душу. Может я действительно, такая же, как и все, только рангом повыше?

      Настроение ползло все ниже. В один прекрасный момент я поняла, что больше сдерживаться не могу. Приклеенная к губам обворожительная улыбка уже не была такой великолепной. Мне трудней было «держать лицо». Я нуждалась в небольшом отдыхе.

      Не выдержав, я вышла из зала на балкон. Оперлась на перила. С наслажденьем вдохнула ночной воздух. Ласковый ветер остудил разгоряченную кожу. Ничего, все будет хорошо.

      – Неужели я действительно такая же, как и многие другие, имеющие высокое положение в обществе? Красивая кукла, пустышка, не больше? – прошептала я в темноту. Тишина была мне ответом. Не знаю, как так получилось, но по щеке сбежала одинокая слезинка.

      – Лэсса, вас ищет отец, – внезапно раздалось рядом спокойное и чуть ироничное. О, этот голос я теперь узнаю везде.

      – Я позже подойду, – глухо ответила я. еще не хватало, чтоб кто-то увидел мои слезы.

      На мое обнаженное плечо опустилась рука. Я резко развернулась. Что ему еще от меня нужно?

      – Я не собираюсь быть посыльным, если хотите... вы... ты плачешь? – с безграничным удивлением шокировано спросил Елисей, запнувшись на полуфразе, увидев мое лицо.

      – Какое тебе дело? Стервы тоже плачут! – воскликнула я, уже не заботясь о том, что он увидел мою слабость. Подумаешь, он же не сайлих. Другие сайлих ему не поверят. А его презрение меня не волнует. Наверное.

      – Извини. Тебя кто-нибудь обидел? – спросил он. Чего он от меня хочет, не пойму? Насмехается, что ли? А вид-то какой серьезный. И голос какой-то странный, ласковый, что ли?

      – Меня никто не может обидеть. Да и как можно обидеть обыкновенную пустышку? – я старалась, чтобы мой голос звучал холодно, но на последнем слове он слегка дрогнул.

      – Я не хотел тебя обидеть. Хотя, кого я обманываю, конечно же хотел! Ты меня облила вином, в конце концов. Но я сожалею. Ты не пустышка. Пустышка бы не расстроилась. Ну, а стерва... хм... у каждого свои недостатки, – попытался успокоить меня он. Невольно я рассмеялась.

      – Я не говорю что я хорошая. У меня характер не ангельский. Но и постоянно быть стервой – выматывает. Нет, я не жалуюсь. Это лучше, чем прозябать в провинции у каких-то дальних родственников. Но и такая жизнь выматывает. Не знаю, чего я хочу, но в последнее время все чаще хочется просто отдохнуть. Не понимаю, что происходит. Я отдыхаю – хожу со своими подругами на балы, создаем иллюзии, с помощью своей особой магии, выбираю новые наряды, блистаю в обществе. Но от этого почему-то устаю еще больше. Особенно угнетает то, что ни на минутку нельзя расслабиться. Я всегда должна быть идеальной, – почему-то выпалила я то, что накипело. Кому еще я могу рассказать? Как я уже говорила раньше – он не сайлих, а раз другой расы, то ему никто не поверит в случае, если начнет болтать. Только чувствовала я, что он никому не расскажет. Словно в подтверждение моих мыслей, он улыбнулся.

      – Для тебя очень важно быть здесь? – загадочно спросил он.

      – Ну, да, наверное. И отец меня звал, – неуверенно ответила я, не понимая, к чему он клонит.

      – И ты так всю жизнь и будешь послушной марионеткой, делая лишь то, что от тебя ожидают? Неужели в тебе нет нотки авантюризма? – искушающим голосом произнес он.

      – Так. К чему ты клонишь? – от любопытства я даже забыла обидеться.

      – Зачем тебе находиться здесь, в насквозь пропахшей ложью толпе? Позволь я покажу тебе, что значит отдыхать по-настоящему? – предложил он.

      Я долго не сомневалась. Видимо, волна протеста против устоявшихся законов и норм поведения сайлих зрела во мне уже давно.

      – Я согласна. Идем, – просто ответила я и улыбнулась. Не той величаво-прекрасной улыбкой, которой я частенько одаривала своих мимолетных ухажеров, а улыбкой малолетней девчонки, задумавшей проказу.

      – У тебя замечательная улыбка. Еще раз прости, я ошибся. Ты не кукла. Ты – Снежная Королева, которая забыла, что такое быть живой. Ничего, я тебя разбужу! – с этими словами он бросил на пол кристалл, на его месте образовался телепорт. Не давая мне времени на размышления, он схватил меня за руку и утянул туда. К черту бал, к черту отца и гостей, к черту идеальную меня! Авантюризм, здравствуй!

      Мы с ним оказались на побережье. Каблуки сразу стали вязнуть в мокром песке. Платье стало тяжелым и влажным от набежавшей волны. Казалось, этой воде не будет ни конца, ни края. Здесь было прохладно, и так свежо. Запах просто опьянял. Луна бросала блики по воде.

      – Это так красиво, – прошептала я.

      – За это я и люблю море, – послышался голос за спиной.

      Точно, море. Много раз слышала о нем, но не видела. Интересно, оно и вправду соленое на вкус? Но пробовать точно не буду. Я обернулась. Елисей как раз снимал обувь.

      – Что ты делаешь? – удивилась я.

      – А ты собираешься босиком бегать по песку? – изумился он.

      И не успела я ничего ответить, как он быстро шагнул ко мне, поцеловал в щеку, и бросился бежать вдоль берега, весело смеясь с криком: «Догоняй!».

      Ну, а я что? Такой наглости я еще не видела. Поэтому я рассмеялась и бросилась следом. И вправду, без обуви бежать легче.

      – Откуда у тебя телепорт? – спросила я некоторое время спустя, когда мы, набегавшись, уже лежали на песке.

      Я больше не заботилась о своем внешнем виде и сохранности платья. Плевать. Я отдыхаю. Имею право в свой день совершеннолетия. А телепорт действительно недешевая игрушка. За один такой можно купить нехилое такое поместье.

      – Выменял однажды, – не стал вдаваться в подробности он.

      – ВЫМЕНЯЛ?!? Дорогущий артефакт просто ВЫМЕНЯЛ?!? – не смогла удержаться я.

      Он укоризненно посмотрел на меня и демонстративно прочистил ухо пальцем.

      – Зачем так кричать? Мне та вещица была не нужна. Я ее сделал просто от скуки. Когда предложили в обмен телепорт – не отказался. Вот и все, – пожал плечами он.

      – Что же ты сделал? Ты артефактор? – с недоверием спросила я.

      – Я часовщик. Но да, некоторый дар во мне есть. Только очень муторно возиться с артефактами. Я будто чувствую, что вкладываю туда частичку души, а те, кто ими пользуются – не ценят, – с грустью в голосе ответил он. Не поняла, он что, еще и романтик? Хотя, о чем это я, кто бы еще заставил меня бегать за ним по холодному мокрому песку.

      – Часовщик? Ну, ладно. А что за артефакт у тебя взяли? – все же было интересно мне.

      – Свирель. С ее помощью можно общаться птицами. Вернее, просить их о чем-то. Просто дуешь в свирель и думаешь об этом. Как можно вежливей. Из свирели же звучит самая прекрасная музыка, которую только можно вообразить. И птицы понимают. Проблема в том, что ответ птиц ты уже не узнаешь. В общем, не особо полезная вещица. Я ее сделал для того, чтоб объяснять птицам где их может поджидать опасность, а где они могут находить еду, – просто ответил Елисей.

      – А кто взял? И для чего? – не унималась я.

      – Какой-то влюбленный юноша, хотел обратить на себя внимание одной прекрасной дамы. Не знаю как прекрасная дама, но внимание двора он привлек и сейчас ездит по гастролям по всех Светлых землях. И уж точно птицам ничего не говорит, – усмехнулся нимфон.