Вик Разрушитель 12 (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович - Страница 48

— Об этом я доложу Его Высочеству Юрию Ивановичу. Будем думать.

— Сегодня рано утром позвонил один мой инженер, работавший в «Мехтрониксе», — Арабелла переглянулась с Диком, и тот едва заметно кивнул, словно разрешал ей продолжить начатую тему. — Его имя — Алекс. Алекс Бартлетт. Он был в числе тех людей, которые согласились переехать в Россию. В его руках находились технологические карты, которые не смогли вывезти ваши специалисты полгода назад. Документы не самые важные, но без них некоторые процессы производства придётся восстанавливать по памяти.

— Что он хотел? — я вспомнил ту историю с вывозом карт из САСШ. Надо же, кто-то сумел их сохранить.

— Алекс очень долго извинялся, что не смог приехать. У него тяжело болела сестра, и он решил остаться, чтобы поддержать родителей… если случилось бы самое страшное. Но к счастью, Алексу удалось найти Ремедиатора, который за невероятные деньги согласился вылечить девочку.

— Ремедиатор? Это кто?

— Если переводить точно — «восстановитель» с латинского. Он специализируется на лечении раковых заболеваний.

— Целитель? — догадался я.

— Точно. Целитель, — подтвердила Арабелла. — Так вот, Алекс всё это время оставался с семьёй. Но теперь, когда у сестры наступила ремиссия, решил ехать. Как бы решить проблему приезда в ускоренном порядке?

— А в чем выражена эта проблема? У него есть виза?

— Есть, — женщина посмотрела на Дика. Тот снова кивнул. — Но за Алексом очень плотно присматривают. Он сам признался, что боится и очень устал от постоянной слежки.

— Всё дело в документах?

— Да.

— В таком случае ему нужно обратиться в русское консульство и по дипломатическому каналу переправить технологическую документацию в Россию, — я пожал плечами. — В прошлый раз по такой схеме вы и получили свои карты.

— Он хочет лететь через Европу, — сказал Дик. — Говорит, клан Фицджеральдов упорно охотится за ним, переманивает к себе. Боится, что ему перекроют путь через Пасифик.

— Я поговорю со своим дядей, он выйдет на цесаревича, — успокоил я Арабеллу. — Такие вопросы решаются на более высоком уровне. Нам специалисты нужны… Ну что, идём тестировать ваше изобретение, мисс Стингрей?

Я отодвинул недопитую кружку с чаем — с любовью накормленному и напоенному девушками, мне особо есть не хотелось — и поднялся из-за стола. Гости встали следом за мной.

— Господа, предлагаю вам пройти в мастерскую. Мне нужно надеть комбинезон. Через десять минут буду готов.

Я вышел первым из столовой, подозвал к себе Влада, дежурившего в гостиной, и распорядился проводить гостей до мастерской. Не то, чтобы я не доверял американцам, но оставлять их на какое-то время (даже если от крыльца особняка до мастерской всего несколько десятков метров) без присмотра не стоит. Да, на улице тоже есть охрана, но у неё свои обязанности. Влад тут же с вежливой улыбкой присоединился к гостям и вместе с ними вышел наружу. Я поднялся к себе и начал переодеваться. Если первый раз испытывал некоторые неудобства, то сейчас натянул на себя тонкий комбинезон гораздо быстрее, уже не обращая внимание на непривычную текстуру ткани. Подозреваю, это всё от тончайших волокон, пронизывающих костюм. Они едва видны на свет, но при активном движении всё же есть некоторый дискомфорт. Надеюсь, эту проблему Арабелла исправит, когда у нас появится профессиональная микроэлектронная линия.

Я надел поверх комбинезона всё тот же спортивный костюм и направился в мастерскую. Мои инженеры уже развернули целую лабораторию с диагностической аппаратурой, планшетами; на большом мониторе медленно крутились схемы разобранных узлов «Бастиона», возбуждённо переговаривались механики. Я снял верхнюю одежду и встал в раскрытую нишу экзоскелета. Ворон и Ваня Гончар уже привычно проконтролировали закрытие броневых щитков, надели на голову шлем, на руки — перчатки.

— Проверка связи, — нарушил тишину голос Берга.

— Есть, — откликнулся я.

— Проверка всех узлов соединений.

Я пока не двигался, боясь что-нибудь нарушить в момент сопряжения. Как вообще поведёт себя «скелет» при первом же движении? Перед глазами замелькали цифры, окрашенный в приятный зелёный цвет.

— Процессор работает корректно, — предупредил я. — Готов к движению.

— Фиксация к стенду отсутствует, — Гена что-то излишне напряжён. Переживает? — Можно выходить. Умоляю, Андрей Георгиевич, не торопитесь.

Я сделал осторожный шаг правой ногой, потом левой, чтобы отойти от фиксирующих поручней стенда. Как забавно. На дисплее замелькали какие-то синусоиды зелёного и красного цвета. Я не понимал, что они означают, но раз не упал, не застыл на месте — значит, всё в порядке.

— В процессор загружен новый интерфейс, с которым вы будете взаимодействовать, — присоединилась к нам Арабелла. — Когда начнёте упражняться на полигоне, не обязательно комментировать каждое движение. Мы всё это будем видеть, а информация пойдёт на планшеты.

— А если возникнет серьёзная проблема?

— В таком случае опишите её. Сейчас поднимите руки, опустите… Помашите.

Я не стал махать ими, а просто нанёс несколько ударов кулаками в пустоту, как боксёр на ринге. В принципе, ничего необычного в управлении не обнаружил.

— Я выхожу, — предупредил я и направился к двери, которую уже распахнул Алексей. Проём у нас сделан с таким расчётом, чтобы можно было без проблем войти и выйти в бронекостюме, пронести габаритные ящики.

Оказавшись на улице, бодро зашагал на тренировочную площадку. Хотел сначала устроить проверку на пустыре, но передумал. Система управления новая, может произойти всякое. Вдруг застряну посреди поля, придётся парням выковыривать меня из брони, как жемчуг из раковины. Стало смешно. Ага, а механикам разбирать «Бастион» и переносить его в мастерскую. Нет, лучше рядом с Кенто-саном потренируюсь.

Звуковые фильтры не были включены, и я услышал задиристый лай щенков, когда проходил мимо вольера. Они впервые видели странное железное чудовище, жужжащее и грохочущее, но не испугались. Если бы не сетка — давно бы рванули мне наперерез. Ага, вот и Куан с Петровичем, Эдом и Рахимбеком, выйдя из-за угла особняка, остановились и сделали вид, что о чём-то горячо беседуют. А сами-то следят за мной! Про эксперимент они наслышаны, и, скорее всего, контролируют, чтобы в случае серьёзной проблемы прийти на помощь. Помахав им рукой, я пересёк парковую дорожку и вскоре стоял на площадке в окружении манекенов.

— Начинаю работать, — предупредил я на всякий случай, а то вдруг Гена решил в этот момент гостей чаем угостить.

Ничего особого я демонстрировать не собирался. Коленные сервоприводы функционируют нормально, пока не чувствую каких-то неприятностей от комбинезона. Опять помахал руками, ускорился, покрутился на месте, и даже попрыгал, взрывая влажную землю. Графики тоже скакали вместо со мной, периодически меняя цвет с зелёного на красный.

А если взлететь? Даю голосовой сигнал на линейные движки и ранец с аккумулятором. Земля ушла из-под ног, небольшая перегрузка заложила уши. Поднявшись вровень с кронами деревьев, перешёл на горизонтальный полёт. А вот сейчас красного стало больше. Но пока не критично. Облетаю парковую зону, постепенно наращивая скорость. Ошалевшие вороны, устроившие себе гнёзда на тополе, разлетелись по сторонам, но тут же, устремились за мной. Я для них чужак, которого нельзя допускать на свою территорию. Но мне плевать. Делаю резкий поворот, разбивая слаженную группировку пернатых. Не нравится мне что-то, когда начинаю шевелить руками. Особенно правой. Поэтому аккуратно опускаюсь на землю и начинают отрабатывать упражнения с ментальными техниками.

Формирую конструкт «открытой ладони» и с выдохом выбрасываю руку в направлении одного из ближних манекенов. Точно, какое-то торможение ощущается. В момент выброса энергии она чуть-чуть не «дорабатывает», отчего ударная волна ушла чуть ниже. Манекен едва-едва покачнулся, зато мусор в виде веток и сгнившей листвы полетел во все стороны. Непорядок. Надо садовнику дать распоряжение, чтобы площадку очистил.