Вик Разрушитель 12 (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович - Страница 23

Я закрыл за бароном дверь и полез в телефон. Кого же мне напоминает Арвид Кнорринг? Черты лица, глаза, мимика… Так, сразу вбиваем фамилию в поисковую строку. Хм, вот так сюрприз. Про самого барона информации почти нет. Написано только, что он принадлежит шведской ветви многочисленного Рода Кноррингов. А вот то, что королева Ранди — его сестра, сразу расставило всё на свои места. Выходит, Арвид немного лукавит. Он ведь по-родственному может спокойно общаться с Харальдом. И наверняка общается. А значит, про мою антимагию ему известно. Я не утверждаю, но сильно подозреваю. Недаром гость так внимательно поглядывал на меня, словно пытался обнаружить все признаки анти-Дара. Лично я не почувствовал никакого воздействия магией.

Как ни странно, визит барон встряхнул меня и развеял хмурое настроение от расставания с Астрид, беспокойства за своих девушек и предстоящей поездки, которая сулила всевозможные сюрпризы, и не факт, что приятные. Я решил поспать несколько часов, но тут охрана предупредила о каком-то молодом человеке, рвущемся поговорить со мной.

— Пусти его, — махнул я рукой Игорю, догадываясь, кто это.

— Брат! — заревел Берсерк, вваливаясь в каюту с пакетом, в котором что-то вызывающе позвякивало. — Ты думал, что я так просто тебя отпущу, не попрощавшись?

— Можно подумать, ты напросился в поездку ради прощального рукопожатия! — рассмеялся я, приобняв широкоплечего скандинава, и похлопав по его спине. — Признайся, что решил спустить пар после своего поражения?

— Ну, и это тоже, — Эрик стал вытаскивать из пакета бутылки с пивом. — В гости с пустыми руками не ходят, вот я и прихватил с собой вкусненького. Знаю, что в люксах такого добра хватает, но ты даже не вздумай опустошать свой холодильник.

— Куан, у нас найдутся орешки или какая-нибудь вяленая рыбка? — поинтересовался я.

— Да, господин, есть жареные орешки, — наставник, играющий роль слуги, насыпал на тарелку легкой закуски и подал нам, при этом убрав стаканы с соком.

— Будем пить из бутылок, — заявил Берсерк, с хлопком скручивая крышку с горлышка.

— Как скажешь, — я усмехнулся и тоже открыл бутылку. — Ты зачем вписался в это дело? Только не говори, что медаль хочешь получить.

— Наград на мой век хватит, — отмахнулся Эрик, успевший сделать пару больших глотков. — Меня вчера утром позвал к себе дядюшка Снорре и спросил, не хочу ли я прибавить себе очков личной репутации, так бездарно потерянных в спарринге с княжичем Мамоновым. Конечно, мне стало интересно, чего такого предлагает Глава Рода. А когда он рассказал, что нужна команда для сопровождения русской делегации, я даже не раздумывал.

— А как же баронесса Ингер фон Ашегер? — прищурившись, поинтересовался я. — Она будет переживать за своего жениха. В пути может всякое произойти. Сдаётся, путешествие не будет спокойным.

— Ингер — умная и понятливая девушка, — отмахнулся Берсерк. — Когда я сказал, что мне нужно отлучиться на несколько дней, она отнеслась к этому спокойно. У мужчин есть дела, которые никак не пересекаются с планами девушек, сказала она, поэтому спокойно занимайся ими. Благословен будет тот, кому достанется такая жена.

Рассмеявшись, мы стукнулись бутылками. Отпив приятной горечи, я захрустел орешками.

— Почему ты всегда говоришь о дядюшке Снорре, но никогда — об отце? — задал я давно мучивший меня вопрос. — Извини, если я оказался невежлив…

— Родители погибли, когда мне было пять лет, — спокойно ответил Берсерк. — Авиакатастрофа. Пилот самолёта потерял ориентир в тумане и врезался в гору неподалеку от озера Вастерботтен. Это далеко на севере Скандии. Мама занималась созданием искусственной кожи, и далеко продвинулась в исследованиях. На её беду такие же исследования проводила одна британская компания. Тут вопрос стоял в том, кто быстрее выйдет на международный рынок, сулящий огромные деньги. Понимаешь… — Эрик хлебнул пива и поставил бутылку на подлокотник кресла, придерживая её рукой. — Дядюшка Снорре намного позже рассказал, что мама никогда не думала о прибыли. Для неё на первом месте стояла жизнь людей. Если бы в то время король Матиас взял под своё крыло лабораторию мамы, то, возможно, она осталась бы жива. Но частная лаборатория не имеет ресурсов охранять каждого своего сотрудника.

— Самолёт упал не случайно?

— Официальная версия: ошибка пилота. Дядя нанял самых лучших детективов, потому что не верил в случайность смерти своей родной сестры. Следы вели в Британию. Но подобраться к верхушке компании, занимавшейся в то время аналогичными исследованиями, было невозможно, — Эрик с хрустом сжал пальцы в кулак. — Слишком хорошо подстраховались те, кто спланировал убийство матери. Нечего было предъявить, разве что косвенные улики. Через два года именно эта компания вышла на мировой рынок с искусственной кожей. В совпадения дядюшка Снорре никогда не верил, но, к сожалению, кроме своих подозрений у него не было ничего, что могло привлечь к ответу мерзавцев. Вернее, кое-что есть, но в суд эти бумаги и признания не потащишь. Поэтому остаётся только один путь…

Эрик задумчиво хмыкнул каким-то своим мыслям, осушил бутылку и аккуратно поставил её на стол.

— Шесть человек из списка подозреваемых ждут своей участи, — признался Берсерк, что было удивительно. — Двое уже червей кормят. Ярл Фолькунг не такой травоядный, как думали некоторые. Он поклялся на Родовом Алтаре, что покарает всех причастных к гибели моей мамы. Я тоже, когда мне исполнилось пятнадцать, пролил кровь над Источником с клятвой мести.

— Ты же был ещё мальчишкой.

— Я и сейчас считаю, что поступил правильно. От своей клятвы не отрекаюсь.

Я кивнул. Выбор Эрика Биргерссона был осознанным. В этом мире одарённые взрослеют рано, и пятнадцатилетний пацан может брать ответственность за свои слова. И исполнять клятву, данную над Родовым Алтарём.

— Значит, ярл Фолькунг тебя воспитывал с пяти лет?

— Он был моим опекуном до совершеннолетия, — кивнул Эрик. — Но и сейчас помогает.

— А как ярл относится к твоей избраннице?

— О, прекрасно. Ведь именно дядюшка был инициатором нашей помолвки, а ещё раньше, когда я даже не думал о девочках, начал вести переговоры с Ашегерами. Подозреваю, что Ингер придерживалась его плана приручить дикого мальчика Эрика. И за десять лет приручила-таки…

Мы посмеялись.

— Может быть, это не моё дело, Эрик… Но как ты собираешься мстить причастным к гибели твоих родителей людям? Уже столько лет прошло, — я неторопливо глотнул пива.

— Для кого-то смерть — слишком лёгкая цена за содеянное, — тихо проговорил Берсерк. — Те, кто уже сдох, заслужили этого. Они планировали операцию, а потом сбежали в Англию. Поэтому их и было легче всего найти. А вот стоявшие за ними люди, занимают слишком высокие посты в фарм-корпорации, а двое и вовсе в парламенте заседают. Я долго спорил с дядей Снорре, как поступить. Но потом мы решили, что их надо лишить самого дорогого, за что они готовы продать свою душу и тело.

Я хмыкнул:

— По кошельку хотите ударить?

— Именно, — хлопнул по своему колену Берсерк и резким движением скрутил крышку со второй бутылки. — Ничего… Для наказания убийц не существует срока давности. Их нужно разорить до такого состояния, чтобы они побирались на грязных улицах и под мостами, чтобы в каждом приличном доме при их виде кривились в отвращении…

— Ещё раз прошу прощения, что разбередил твои раны.

— Всё нормально, Андрей, всё нормально, — улыбнулся Эрик. — Боль давно ушла, осталась только лёгкая грусть. Ингер все эти годы помогала мне, поддерживала и утешала. Ей я очень благодарен.

— Она хорошая девушка, — признался я. — Желаю тебе счастья с ней. На свадьбу-то пригласишь?

— А куда ты денешься? — хохотнул Эрик. — Почаще смотри на перстень с гербом Фолькунгов, и не забывай, кто ты есть для нашего клана… Эх, лишь бы наши свадьбы не совпали.

— Это точно, — согласился я. — Но я постараюсь этот год прожить холостяком.

И мы снова дружно рассмеялись, стукнулись бутылками.