Нежеланный жених (ЛП) - Мейсон В. Ф. - Страница 5

Он вскакивает и закипает:

— Ты сделаешь то, что пойдет на пользу семье.

— Какой семье, отец? Ты отрекся от меня, помнишь? — Не то чтобы это многое изменило в моей жизни, ведь ты заставлял меня работать с четырнадцати лет, в то время как Грант получал все, что хотел. Полагаю, когда ты ребенок шлюхи, у тебя нет права выбора. — А теперь ты хочешь продать меня, потому что мой брат не приспособлен для бизнеса? — Я щелкаю языком, его лицо краснеет, и он сжимает кулаки так сильно, что костяшки пальцев белеют. — Тебе не следовало давать ему власть, но, опять же, Грант всегда был твоим любимчиком. Потому что он законнорожденный ребенок, верно?

Снова гремит гром, между нами повисает тишина, и я ненавижу то, что его безразличие и ненависть на протяжении многих лет все еще способны причинить мне боль. Какой отец согласится на подобную сделку? Как унизительно.

И что не так с Орионом Райтом, раз ему приходится покупать себе жену? Конечно, я никогда ничего не слышала о его личной жизни и не видела женщин, с которыми он был, но ведь этот человек — миллиардер. Наверняка у него достаточно желающих кандидаток, готовых носить его фамилию?

— У меня нет времени на твою драму. Этот брак будет только на бумаге и продлится год. После этого ты сможешь развестись, при условии, что будешь держать язык за зубами обо всем этом. — Я открываю рот, чтобы снова его осадить, но он продолжает говорить. — Никто не ждет, что ты сделаешь это бесплатно.

— О, вот как, отец? Что ж, приятно знать, что у моего тела и свободы есть цена. Какое облегчение. Мне отправить свой прейскурант Ориону или ты сам передашь его ему?

Он игнорирует мою колкость, хотя в голове у меня роится вихрь мыслей. Брак только по названию? Кто поверит в такую глупость? Хотя…

Человек решил жениться по прихоти, так что, может быть, ему действительно нужно быть женатым, чтобы чего-то добиться. Орион и пальцем не пошевелит, если это не принесет ему выгоды.

Вот только я не хочу быть сопутствующим ущербом в том, что он запланировал дальше.

— Я дам тебе миллион долларов, чтобы привести это место в порядок и выплатить все твои долги. Ты тонешь, Диана, и если не послушаешь меня, ты потеряешь этот никчемный книжный магазин. И окажешься на улице. — Он пыхтит. — Ты отказалась слушать, когда я предупреждал тебя о твоих бесполезных иллюзиях.

Его слова подобны невидимым ударам ножа, пронзающим плоть и пускающим кровь. В этот момент я жажду настоящего ножа, чтобы он вскрыл меня. Физическая боль куда более невыносима, чем внутренняя.

— Возможно, для тебя это станет шоком, отец. Я не продаю себя ради того, чтобы исправить свое финансовое положение.

Не то чтобы я судила женщин, которые так поступают, но в данном случае, насколько это оскорбительно?

Человек всю жизнь называл мою мать мстительной шлюхой и ждет, что я буду вести себя точно так же, чтобы спасти их задницы?

Он все еще так сильно ее ненавидит, и ему наплевать на мои чувства.

Я снова указываю на дверь.

— Попробуй предложить ему что-нибудь другое. Я не продаюсь.

Он застегивает пальто.

— Осторожнее, Диана. У действий есть последствия, и ты бы не хотела, чтобы твоя бабушка столкнулась с твоими, не так ли?

Тяжело сглотнув, я смотрю на него, и ужас наполняет каждую косточку моего тела от этого намека.

— Она твоя мать.

Он фыркает.

— Она перестала быть моей матерью, когда притащила тебя в мой дом и решила растить как родную. Она выбрала тебя, так что теперь ее судьба в твоих руках. Либо соглашайся на брак, либо я перестану оплачивать ее уход в доме престарелых. Только представь, что с ней сделает самостоятельная жизнь с ее болезнью Альцгеймера.

Он берет зонт и, наконец, покидает мою библиотеку. Мое сердце дико бьется, пока в голове прокручиваются тысячи сценариев.

Одна мысль звучит исключительно громко и отчетливо.

Завтра мне придется выйти замуж за Ориона Райта.

Потому что я никогда не позволю отцу уничтожить единственного человека, который когда-либо меня любил.

Глава 3

Схватив пиджак со стула, я надеваю его. Раздаются три удара в дверь, возвещающие о чьем-то прибытии, и мужчина входит, не дожидаясь моего разрешения.

Впрочем, я не должен удивляться.

Он редко, если вообще когда-либо, спрашивает у кого-то разрешения на что-либо.

На его лице застыла фирменная ухмылка, а зеленые глаза блестят от веселья и холода, который обычно заставляет всех содрогаться.

— Как твой адвокат, я обязан предупредить, что эта твоя затея сопряжена с кучей рисков, которые могут — и, скорее всего, будут — стоить тебе миллиардов долларов. — Его глубокий голос гремит, заявляя всем о его властном присутствии, пока он бросает на стол толстую черную папку. — Но как твой двоюродный брат… браво. Я всегда знал, что ты найдешь способ перехитрить этого ублюдка и обеспечить себе сделку всей жизни.

Мы обмениваемся долгим взглядом, и пространство наполняется нашим смехом, когда мы обнимаем друг друга за плечи.

— Сам Рафаэль Райт делает мне комплимент. Брак действительно тебя изменил. — Он прищуривается, а я усмехаюсь, хотя втайне задаюсь вопросом, как, черт возьми, его вообще угораздило жениться.

Да еще на Эммалин Кинг.

Женщине, которая упекла его в тюрьму и разрушила его репутацию. Рафаэль едва пережил тот скандал, и разве она не была помолвлена еще несколько дней назад?

Не говоря уже о том, что она на пятнадцать лет моложе его и является наследницей состояния Кингов.

Он не скрывал своей ненависти к ней и презирал даже упоминание ее имени. Видимо, не настолько сильно, чтобы держаться от нее подальше. К несчастью для большинства людей, решивших перейти нам дорогу… месть у Райтов в крови.

Мне ли не знать, учитывая то, что я собираюсь сделать.

— Мой брак — это деловое соглашение.

Я шиплю сквозь зубы, беря папку и просматривая контракт, который он для меня составил.

— Мой брак — это деловое соглашение, дорогой кузен. Я ее даже не видел, так что на ее месте мог быть кто угодно. А вот ты… там замешано слишком много эмоций.

Он расстегивает пиджак и садится в кресло напротив моего, упираясь локтями в бедра и подпирая подбородок тыльной стороной ладони.

— Не могу этого отрицать. Я действительно ненавижу свою жену всеми фибрами души.

— Знаешь, что говорят. От любви до ненависти один шаг.

По правде говоря, мне плевать на его личную жизнь. Но мой кузен последние десять лет был такой неприступной, безжалостной и свирепой стеной, что наконец-то появился повод подколоть его?

О, я никогда не упущу такую возможность.

— Если ты вдруг заделался романтиком, Орион, я должен тебя предупредить. Ты женишься на невинном создании. Она может повестись на твою перемену в характере и подумать, что сможет тебя исправить.

По какой-то причине странное чувство раздражения разливается по моим венам от его саркастичного и издевательского тона, когда он говорит о моей будущей жене.

— Следи за языком, Рафаэль. — В его глазах вспыхивает предупреждение, потому что никто не смеет бросать ему такие слова, но на то мы и кузены. Ни одному из нас нет дела до последствий, и мы не приукрашиваем дерьмо. — Деловое соглашение или нет, она все равно будет моей женой, и ты не будешь проявлять к ней неуважение.

Мне следовало бы счесть странным то чувство покровительства, которое шевелится в моей груди всякий раз, когда упоминают о ней.

Может, мне просто ее жаль. В конце концов, что еще можно к ней чувствовать?