Развод. Последний приказ (СИ) - Риман Анна - Страница 3

Я моргнула. — Какой именно?

Он назвал номер. Я знала его. Вчера вечером я собиралась доделать, но так и не открыла файл.

— Сейчас, — сказала я. — Через полчаса.

Он кивнул и ушёл. Я открыла нужный документ и почувствовала, как внутри неприятно сжалось. Пусто. Не совсем — но не готово. Я машинально начала править цифры, дописывать комментарии, словно догоняя вчерашний день.

Через какое-то время объявили планерку.

Мы собрались в переговорке — те же лица, те же места. Иван Семёнович говорил о сроках, задавал вопросы, листал бумаги. Я смотрела в стол, фокусируясь на мелких царапинах на поверхности, лишь бы не встречаться с ним взглядом.

— Наталья Олеговна, — сказал он.

Я не сразу поняла, что это ко мне.

В комнате повисла короткая пауза.

— Наталья Олеговна, — повторил он спокойнее.

Я вздрогнула и подняла голову. — Да, простите.

— По отчёту за прошлую неделю, — продолжил он ровно. — Вы его уже сдали?

Я машинально кивнула. — Сегодня после обеда.

Он посмотрел внимательно. Не строго — оценивающе. — Хорошо, — сказал после паузы. — Тогда жду.

Планерка пошла дальше, но я уже почти не слышала слов. Мысли перескакивали одна за другой. Максим. Его голос. Это «пока». Его уверенность.

Когда все начали расходиться, Иван Семёнович задержал взгляд на мне.

— Наталья Олеговна, — произнес он спокойно. — Зайдите ко мне, как освободитесь.

Я кивнула.

Вернулась за стол и уставилась в экран, не различая строки. Сердце билось ровно, но слишком громко — так, что казалось, его слышно окружающим. В голове снова всплыло это «пока». Не как слово, как напоминание, что кто-то уже успел сказать за меня больше, чем следовало.

Глава 4

Перед дверью кабинета мне пришлось постоять несколько секунд, собирая мысли и приводя дыхание в порядок. Я постучала и, услышав уверенное войдите, открыла дверь.

Иван Семёнович сидел за столом, изучая бумаги. Поднял взгляд, кивнул на стул напротив. — Проходите, Наталья Олеговна.

Несколько мгновений он молчал, сосредоточившись на лежащих перед ним документах. Я смотрела на край стола, на аккуратно сложенные папки, на ручку, оставленную параллельно кромке. Всё было выверено. Спокойно. Не как у меня внутри.

— Вы сегодня выглядите растерянной, — произнес он наконец. Не резко. Даже почти мягко.

Я подняла глаза. — Бывает, — ответила. — День насыщенный.

Он чуть склонил голову, словно прислушиваясь не к словам, а к тому, что за ними. — У вас всё в порядке дома?

Вопрос был задан так, будто это не совсем вопрос. Скорее проверка.

— Да, — заверила я. — Всё нормально.

Услышала, как это прозвучало. Слишком быстро.

Иван Семёнович помолчал. — Мне бы не хотелось, чтобы личные проблемы отражались на работе, — произнес он спокойно. — Вы ценный сотрудник, но нагрузка у вас действительно серьезная.

Я кивнула. — Я справляюсь.

Он не ответил сразу. Отложил бумаги, сложил руки на столе. Разговор явно не был закончен, просто он выбирал момент.

— Вчера ко мне заходила Ирина, — произнес он.

Я вздрогнула едва заметно.

— Она не сможет поехать в командировку, — продолжил он. — По личным причинам.

Между нами повисла пауза.

— Она беременна, — добавил он без интонации.

Слова легли тяжело. Не резко — глухо. Где-то внутри, там, где уже было больно.

Он не смотрел на меня в этот момент, будто давая возможность не реагировать сразу.

— С учетом этого, — добавил он, — вариантов у нас почти не остаётся. Объект сложный. Ответственный. И, честно говоря, тянуть с решением мы не можем.

В голове сделалось пусто и шумно одновременно.

— Я не настаиваю, — продолжил он. — Но прошу вас обдумать эту возможность. Это не только деньги. Это перспектива. В том числе и для вас.

Я открыла рот, чтобы что-то сказать, но не нашла слов.

— Вам не нужно отвечать прямо сейчас, — заверил Иван Семёнович, снова беря в руки папку. — Подумайте пару дней. И дайте мне знать.

Я вышла в коридор и сделала несколько шагов, прежде чем поняла, что иду слишком быстро. Остановилась у окна, притворяясь, что проверяю телефон. Экран был темным.

— Наташ…

Ира стояла в нескольких шагах, неловко переминаясь с ноги на ногу. По лицу было понятно: она ждала этого разговора и одновременно надеялась, что его не будет.

— Он сказал тебе? — спросила она тихо.

Я кивнула.

Ира выдохнула, словно с неё сняли необходимость продолжать молчание. — Я хотела вчера. Правда. Но ты была… — она замолчала, подбирая слова. — Не в том состоянии. Я подумала, что потом.

«Потом» сегодня звучало особенно тяжело.

— Поздравляю, — сказала я. Слова вышли ровными, даже чужими.

Ира вздрогнула. — Наташ, мне правда жаль. Я не хотела, чтобы так вышло. Сама до конца не верила, пока врач не подтвердил.

Она говорила быстро, оправдываясь заранее, хотя я ничего не спрашивала.

— Я не могу ехать, — продолжила она. — Я даже не знаю, как всё сложится дальше. Мне страшно, если честно.

Я смотрела на неё и думала о том, что страх у нас теперь разный. У неё — за будущее, у меня — за настоящее.

— Он предложил тебе? — спросила она осторожно.

Я снова кивнула.

Ира опустила глаза. — Я пойму, если ты откажешься. Правда. Я бы на твоём месте… — она замолчала и качнула головой. — Я вообще не знаю, что бы сделала на твоем месте.

Я тоже не знала.

— Прости, — сказала она наконец. — Я не хотела, чтобы всё навалилось сразу.

Я посмотрела на неё внимательнее. Впервые за утро — по-настоящему. — Я знаю, — ответила я. — Это не твоя вина.

Сказала и сама удивилась, что это правда.

Мы постояли молча ещё несколько секунд. И я вернулась на своё место, включила монитор и какое-то время просто смотрела на экран, не открывая ни одного файла. Слова начальника медленно оседали внутри, накладываясь на всё остальное: на Максима, Свету, на пустую кухню дома, в которую я пока не собиралась возвращаться.

Телефон завибрировал. Сообщение от Иры: «Я рядом. Если захочешь поговорить — скажи.»

К обеду стало понятно, что сидеть здесь дальше я не могу. Не потому что работа — просто мысли начали ходить по кругу. Я взяла сумку, написала короткое сообщение секретарю, что отлучусь на пару часов, и вышла из офиса не оборачиваясь.

В такси было тихо. Водитель включил радио, но я почти не слышала слов. В голове крутилось одно: если что-то делать — то сейчас. Пока ещё есть возможность считать, а не терять.

Я открыла сохранённый утром номер и нажала «вызов».

— Добрый день, — ответил незнакомый голос. — Юридическая консультация.

— Здравствуйте, — сказала я. — Мне нужен адвокат. По разводам.

Глава 5

— Здравствуйте, — сказала я. — Мне нужен адвокат. По разводам.

На том конце линии сделали короткую паузу. — Можете подъехать сегодня? — спросили так, будто речь шла о ремонте обуви или налоговой декларации. — Часа через два.

Я согласилась не раздумывая.

Офис находился в старом бизнес-центре. Лифт ехал медленно, с остановками, будто нарочно растягивал время. Я смотрела на своё отражение в потертом зеркале и ловила себя на мысли, что выгляжу нормально. Не заплаканной. Не сломанной. Просто усталой.

Адвокат оказался мужчиной лет пятидесяти, с приятным лицом и аккуратной сединой. Представился, предложил присесть, налил воды. Без сочувствия. Без участия. Это почему-то сразу успокоило.

— Рассказывайте, — предложил он.

Я говорила коротко. Про брак. Про измену. Про ипотеку. Про то, что детей нет. Он почти не перебивал, делал пометки, иногда уточнял детали — спокойно, без оценки.

— Квартира приобреталась в браке? — спросил он. — Да. — Ипотека на кого оформлена? — На меня. — Платежи? — С моего счёта.

Он кивнул, будто всё складывалось в ожидаемую картину.

— Тогда смотрите, — произнес он, откладывая ручку. — По закону квартира считается совместно нажитым имуществом. Ваш муж имеет право на долю. Даже если фактически не платил.