Госпожа пастушка. Хозяйка вересковых пустошей (СИ) - Скор Элен - Страница 46

- Эти ваши обереги настоящее чудо! С ними можно путешествовать даже ночью! Я бы хотел купить несколько штук! – заявил Томас.

- Боюсь, с этим будет проблема, обереги создавала моя кормилица Берта, но она слишком стара и вряд ли сможет сделать ещё хотя бы один.

- Но, она может научить других! – не унимался Томас.

- Вам лучше поговорить об этом с ней самой. А сейчас, прошу за стол, давайте завтракать.

Когда все наелись, и очередь дошла до горячего травяного отвара с кусочками фруктов, я решила, что все приличия хозяйки соблюдены, и можно заняться делами.

- Какие новости?

- Вам хорошие или плохие? – улыбнулся Томас.

- Думаю, лучше начать с хороших.

- Часть туш убитых пачвар мы уже продали, но у городских артефакторов нет столько денег, чтобы выкупить их все. Поэтому пришлось арендовать склад с ледником и сложить туши там. Во все ближайшие города отправлены гонцы с сообщением, что через три дня состоится аукцион по продаже нечисти. Так что мы с вами неплохо заработаем. А пока – это ваша доля!

Томас отвязал с пояса два набитых монетами кошелька, один он передал мне, второй Рихтеру.

Всё правильно, Ланс и Шмит хоть и участвовали в той охоте, но работают они на меня, так что и расплачиваться с ними буду уже я сама.

- А из плохого? - спросила я, оставляя кошель лежать на столе.

Томас посерьёзнел, на лбу мужчины пролегла глубокая морщинка.

- Солнце ещё не зашло, а пачвары снова напали.

Ну, это объяснимо. Мы прогнали их, когда уже рассвело, ночные врата в пещере были закрыты. Дикари отдохнули, зализали раны и снова отправились убивать.

- Предупредить успели не всех, - продолжал Томас, - одну из деревень вырезали почти полностью. Усадьба Циглеров отбилась только потому, что хозяева были на балу у фон Кюшеля и теперь знают – нечисть боится огня.

Они развели костры и подожгли скирды с сеном. К утру пачвары ушли, но к тому времени успели выгореть все запасы сена. Боюсь, ещё одну ночь они не переживут.

- Нечисть по-прежнему предпочитает охотиться по ночам. Ведь у них есть большое преимущество – их зрение, - задумчиво произнёс Шмит.

- Может, просто хотели доставить добычу в стаю. Так совпало, - предположила я. – А что городские власти? Они думают как-то защитить народ?

- Охрану города усилили, выставили дополнительные патрули, но на этом пока всё. Стражей слишком мало. А за свои земли должны отвечать хозяева.

Понятно: спасение утопающих, дело рук самих утопающих. Но хотя бы предупредить всех можно же было!

С одной стороны – хорошо, что всё случилось на балу у фон Кюшеля, ведь там присутствовало почти все крупное местное дворянство. Теперь им известно об угрозе, одни вон даже сумели соорудить защиту.

- А что у вас? Мне казалось, вы что-то задумали? – спросил Томас.

- Всё оказалось намного сложнее, чем мы рассчитывали, - покачала я головой. – Так, в двух словах и не скажешь.

- Мы должны использовать любой шанс.

- А вам-то с этого какая выгода?

- Если нечисть доберётся до города, я могу потерять довольно престижную должность. Да и прибыль с туш пачвар никто не отменял.

Что ж, по крайней мере – честно.

Я переглянулась со Шмитом, всё же он был мне учителем, ещё и кровником. У него и опыта побольше.

Тот кивнул.

- Хорошо, я всё расскажу, только сначала вы должны познакомиться с Ночкой.

Надо отдать должное, увидев заглянувшую в столовую пачвару, Томас остался на месте, лишь побелели костяшки пальцев на руке стиснувшей столовый нож.

Я рассказала и о ночных вратах и о другом мире и о том, что туда могут попасть только те, кто связан со мной кровной клятвой.

- Проблема в том, что мне известно только две кровные клятвы: обряд подчинения и пожизненный контракт на службу своему хозяину. Боюсь, нам не подходит ни первая, ни вторая, - сказала я, покосившись в сторону Рихтера, который ещё не проронил ни слова.

- Отчего же, я знаю ещё один кровный обряд, - вдруг развеселился Томас, - думаю, господину барону она понравиться.

- Что за обряд? – я даже подалась вперёд. Слишком тяжела была мысль о том, что гибнут люди, а я ничем не могу помочь.

- Брачный обряд! – торжественно произнёс Томас. – Правда, сейчас им очень редко пользуются, говорят, что он буквально превращает пару в единое целое. Не все к этому готовы.

За столом воцарилась полная тишина. Я оценивающе посмотрела на Рихтера, он тоже смотрел прямо на меня и взгляда не отвёл.

- Думаю, вам есть о чём поговорить, а я, пожалуй, отдохнул бы с дороги! – Томас встал, за ним поднялись и Шмит и Гюнтер.

Вскоре в столовой остались только я и Рихтер.

- Что вы на это думаете, Ханна?

Что я думаю? Не слишком ли много женихов для одной недели? Да, мы можем спасти людей, но какой ценой? Хотя, если задуматься… рано или поздно мне придётся выходить замуж. И думаю, скорее это будет рано. Ну, не дадут жизни одинокой девице с хорошим приданым.

А Рихтер… я оценивающе посмотрела на стоящего передо мной мужчину, высокий, статный, не красавец, но вполне привлекателен. Насколько я успела его узнать – смел и честен. Ведёт себя прилично, столовыми приборами пользоваться умеет, значит какому-никакому этикету обучен. К тому же, земель у него побольше моих, значит, не бедствует.

- Ханна? – позвал он меня, и я поняла, что надолго задумалась.

- Если это нужно для дела, я согласна!

- Да, это для дела, - барон снял с мизинца небольшое колечко и, надев его на мой палец, поцеловал руку.

При этом он был подозрительно довольным.

- Думаю, мы можем всем объявить о нашей помолвке! – меня он так и не отпустил, поэтому мы вышли из столовой, держась за руки.

За дверями, со скучающим видом, нас дожидались Томас, Шмит и Гюнтер. На заднем плане маячили Ульрика и Анита.

- Кхм, кхм, - Рихтер прочистил горло, - господа, фройляйн Ханна согласилась стать моей женой!

- Замечательно! – Томас с довольным видом потирал руки.

Остальные просто принялись нас поздравлять. Анита и Улька исчезли. Думаю, через несколько минут это новость облетит всю усадьбу.

Само торжество назначили на обед. Несмотря на мои протесты, что это только формальность, женщины увели меня в хозяйские покои и принялись наряжать.

Когда меня вывели во двор, там уже стояли накрытые к празднику столы и небольшой постамент с чашей и ритуальным кинжалом. Рядом стоял Томас, держа в руках свиток с текстом клятвы. Хранитель отыскал этот свиток в наших архивах, а я сказала чиновнику, где он лежит.

Рихтер был уже здесь, его тоже приодели и причесали, я даже залюбовалась этим статным молодцом. Он не сводил с меня глаз, при этом на его лице появилась чуть застенчивая мальчишеская улыбка. Она ему очень шла, делая немного моложе, смягчая резкие суровые черты.

Когда я поравнялась с Рихтером, он взял меня под руку и помог взойти на постамент. Томас пояснил нам, что нужно делать, а потом принялся чётко и неторопливо читать слова клятвы, мы в два голоса повторяли за ним.

Отложив свиток, взяв в руки кинжал, Томас сделал небольшой порез на ладони Рихтера, несколько капелек крови упало в чашу, вспыхивая ярким огнём. Теперь моя очередь.

Кинжал был очень острым, я даже не почувствовала боли. Огонь в чаше вспыхнул ещё ярче, потом на его месте закрутился водяной смерч, тут же превращаясь в воздушный, а потом земляной. Затем он распался чёрной дымкой, в которой полыхали крошечные молнии. Все смотрели на это затаив дыхание.

- А теперь соедините ладони! – велел Томас.

Порез к порезу, чтобы кровь смешалась, глаза в глаза, в которых полыхали отблески молний.

- Можете поцеловать супругу! – Томас выглядел невероятно довольным.

Рихтер потянулся к моим губам, но я была к этому совсем не готова, чуть дёрнулась, и он угодил в самый краешек, целуя щёку.

Да, не так я представляла свою свадьбу. Сейчас мы больше действовали по законам военного времени. Выживет сильнейший, и это должны быть мы!