С чистого листа 2029 (СИ) - "Alchy" - Страница 24

— Хули так долго, чепушила, с бабой что ли?

И без паузы приглушенный дверью звук удара, Гриша не то всхлипнул, не то застонал и секунду спустя будто мешок картошки уронили на пол. И голос Сивого:

— Тихо ты, не убей пока, у этого бобра ещё узнать надо, где он заначки прячет, не самим же искать…

Оба довольно всхохотнули, всё так же негромко. Жека всё уже понял, что отсидеться не получится и не переставая материть Гришу — выскользнул в коридор, наставив ствол на незваных гостей. Гриша скорчился на полу, первый, с ножом в правой руке, уже прошел половину коридора, второй наклонился над хозяином квартиры. Больше всего Жеку выбесило то, что пришельцы в ботинках по чистому полу ходят, эта деталь больше всех разговоров убедила его, что Гришу пришли именно убивать…

— Руки в гору, мордой в пол!

Хотел героически, в стиле Галяма, рявкнуть Жека, но голос сорвался и получилось не убедительно. Сивый, наклонившийся над Гришей (Жека догадался, что это он — по голосу) удивленно спросил у Гриши:

— А это что ещё за клоун, Гриша, а?

Сразу после вопроса коротко, без замаха, пнув Гришу в лицо. Первый, который не Сивый, лишь на мгновение замер, затем наклонился, положил нож на пол и шагнул к Жеке, словно успокаивая и разведя руки в стороны:

— Тихо, чувак, тихо… Убери волыну, не дури, а если услышат?

Приклад уже был уперт в плечо, бандиту оставалось два-три шага до Жеки (или секунду на рывок) и Жека не раздумывая спустил курок. В замкнутом помещении коридора бахнуло так оглушительно, что в голове опять зазвенело, как позапрошлой ночью после взрыва дрона. Не Сивого выстрелом не просто опрокинуло, а отбросило. Сейчас он лежал на спине, по линолеуму растекалась темная лужа, а сам он словно всхлипывал, то ли пытаясь вдохнуть, то ли выдохнуть. И трясся мелко, Жека краем сознания понял, что этот не жилец и перевел ствол на Сивого — тот присел, сунул руку за пазуху и, как заезженная пластинка, повторял:

— Ты чо, ты чо, ты чо⁈

Не дожидаясь, пока и что он вытащит из кармана или куда он там полез — Жека взял чуть повыше, чтоб Гришу не зацепить и выстрелил второй раз. «Надо было пули зарядить — отстраненно подумал Жека, — тут не отмывать придется, а ремонт делать, месиво вместо головы, вот тебе и антидроновая картечь…»

Гриша замер, не подавая признаков жизни, Жека испугался, что зацепил его, позвал:

— Гриша, Гриша, ты живой?

Тот, спустя несколько секунд, шевельнулся, и продолжая прижимать обе руки к паху, простонал:

— Жииивоой, не стреляй, Жека, не надо!

— Ты чо, ебанутый? — Жека удивился, потом понял, что он так и стоит, с направленным на Гришу карабином, опустил его: — Давай вставай, по яйцам зарядили?

— Ага, — Гриша, поняв, что его Жека, как лишнего свидетеля, не собирается убирать, ожил и завозился, пытаясь подняться: — подожди, позвонить надо, пока менты не приехали… Сейчас я, сейчас…

Жека подошел, помог ему с пола подняться, тот в полусогнутом положении заковылял, за телефоном, скорей всего. Заглянул в зал — девчонки вжались в диван, мордашки белеют безжизненными масками. Успокоил:

— Всё уже, только в коридор пока не ходите…

Гриша уже кого-то набирал, Жека вспомнил, что и у него есть телефон. Достал, набрал Галяма, коротко обрисовал ситуацию, добавив:

— Всё, отдежурился я, по ходу…

— Не дури! — Скомандовал Галям. — Ментам не звони, сейчас сам! Адрес диктуй.

Жека успел раза три покурить сходить на балкон, всё больше и больше удивляясь, что не слышно звуков сирен, к подъезду не съезжаются патрульные машины с мигалками и он всё ещё не в наручниках. На лежащих в коридоре смотреть было неприятно, но к своему удивлению — не тянуло блевануть. Мозг больше был занят тем, что его ждет в обозримом будущем: СИЗО, следствие, суд и СВО. В тюрьму или лагерь не было никакого желания попадать, вспоминая автоматные очереди утром в колонии…

Гриша маячил, не давая собраться с мыслями, благодарил беспрестанно и обещал:

— Евгений, на тюрьме всё будет! В коммерческой хате будешь до суда чалиться! Век не забуду!

Жека лишь отмахивался, накатил отходняк. Хотелось уже, чтоб скорей этот так хорошо начавшийся вечер, закончившийся бойней — пришел к завершению. От неопределенности и подвешенного состояния было куда хуже, чем если бы его сейчас уже в камеру определили.

— Евгений, тебя! Айда сюда!

Гриша крикнул из коридора, Жека двинулся на голос как сомнамбула, обходя лежащих и стараясь не наступить в это, что натекло. Гриша отошел от домофона, показывая на него пальцем, Жека спросил:

— Кто?

— А ты кого ждешь, Николаев? — Отозвался усталый, но без агрессии голос: — Полиция, ты ствол убрал, не пальнешь с перепугу?

— Убрал, не пальну.

— Открывай тогда!

Жека нажал на пиктограмму ключа, подержал, дождался протяжного «бииип», услышал звук открывающейся подъездной двери, открыл и распахнул входную. Сам отошел вглубь коридора, руки за голову и стал дожидаться полицию…

— Так, что тут у нас… — В квартиру зашли двое в форме, автоматы настороженно направлены на Жеку и Гришу: — Понятно, ты руки-то опусти, давайте рассказывайте. По очереди…

Жека начал рассказывать, полицейские слушали, автоматы уже опустили. Выслушав версию Жеки, один из приехавших прошелся по коридору:

— Да, нож вот он. Ну-ка, — прошел к Сивому, в точности повторяя недавние Жекины маневры, обходя лежащих и избегая наступать в лужи, присел на корточки, охлопал того, выудил что-то из внутреннего кармана, — опачки, а вот и ствол.

Положил аккуратно ствол рядом с Сивым. Второй прошелся по квартире, задавая вопросы Грише, и сам же на них отвечая:

— Чего им надо было-то? Ааа, понятно всё, надо у тебя телефон взять… — Заглянул к девчонкам, уточнил: — Вы тут так и сидели, ничего не видели? Хорошо, так и говорите, и сидите пока тут же…

— Мы в туалет хотим… — Взмолилась Лена

— Давайте, — разрешил полицейский, — только аккуратно и не пугайтесь…

Второй полицейский поманил Гришу пальцем:

— Слушай, хозяин, чай есть? Лучше бы кофе, конечно, ночь только началась, а одно за другим…

— Есть, есть! — Гриша обрадованно прошел на кухню и оттуда крикнул: — Растворимый будете или молотый сварить?

— Да давай растворимого, мы люди простые. — Перевел взгляд на Жеку, замершего в коридоре и ожидающего, когда на него оденут наручники: — А ты чего стоишь, пошли кофе попьем, раз хозяин угощает. Обязан он тебе теперь, получается. Да отомри ты, Николаев, новости не слушаешь что ли? В стране военное положение, а тут картина маслом, хозяин квартиры с разбитым хлебальником, ты в свободное от дежурства времени обезвредил двух уголовников, спас знакомого и двух девок, не ссы, завтра вечером уже отпустят…

Уже на кухне, когда кофе пили все вчетвером, полицейский пояснил что будет дальше: