Тайная страсть Саймона Блэквела (ЛП) - Джеймс Саманта - Страница 24

Анна стиснула зубы.

– Должна сказать, что я опытная наездница.

– Я сомневаюсь не в вашем искусстве верховой езды, а в вашем здравомыслии, – сердитым голосом ответил он, бросив на неё такой же сердитый взгляд.

Анна вскинула голову.

– Ваша семья говорила, что у вас талант попадать в неприятности. Но неужели можно быть такой дурой?

Пожалуй, она не проявила должного благоразумия, но ни за что не призналась бы в этом, учитывая его властные манеры.

– Я не дура, – отчётливо произнесла она. – А вы, сэр, можете отправляться ко всем чертям!

Его глаза сузились.

– Леди, – угрожающе произнёс Саймон, – так не разговаривают.

– А вот эта леди так разговаривает.

С этими словами она вошла в дом и направилась к лестнице. Позади неё шёл Саймон, раздавая указания. Он догнал Анну на полпути и схватил за локоть.

Она попыталась вырваться.

– Я не нуждаюсь в вашей помощи.

– Тем не менее, я её окажу.

Только когда они добрались до её комнаты, он отпустил её руку.

Саймон открыл дверь. Вздёрнув подбородок, Анна прошествовала мимо него.

Ей и в голову не пришло, что он последует за ней. Обернувшись, она с ужасом обнаружила, что он стоит прямо позади неё.

Анна вскинула голову. Видит бог, она не собиралась отступать.

– Не припомню, чтобы я вас приглашала, – холодно заявила она.

– Я не нуждаюсь в приглашении. – Его взгляд скользнул по ней, выражение его лица стало каменным, а губы сжались в тонкую линию. – Снимайте с себя мокрую одежду.

У Анны отвисла челюсть.

– Нет, – выдохнула она.

– Вы промокли до нитки.

Она с содроганием подумала, что дело не в этом.

– Я уж точно не собираюсь раздеваться перед вами!

– Вы забыли, что я ваш муж? – с натянутой улыбкой спросил Саймон.

Ей так и хотелось заявить ему в ответ, не забыл ли он, что она его жена? Анна с возмущением решила, что это спорный вопрос.

В комнату вошла Одри, девушка, которую Анна наняла в качестве горничной, и вытащила ванну. Не желая спорить в присутствии слуг, Анна хранила молчание, пока Одри наполняла ванну и разжигала угли в камине.

Саймон подошёл к умывальнику, и схватив полотенце, вытер с лица капли дождя.

Анна не сдвинулась с места. Какого чёрта? Саймон не выказал ни малейшего желания оставить её одну. Она неуверенно на него посмотрела, вдруг осознав, что стоит у края кровати.

– Ради бога, – отбросив полотенце в сторону, раздражённо сказал он, – залезайте в ванну, пока она не остыла, иначе заболеете.

Анна не пошевелилась. Она просто не могла этого сделать.

Нахмурив брови, Саймон сделал шаг вперёд.

– Так и быть! Но с вашего позволения я справлюсь сама.

– Если вам угодно.

Руки Анны потянулись к жакету для верховой езды. Собравшись с духом, она отвернулась и стала возиться с серебряными пуговицами.

Анна приложила массу усилий, но у неё начали стучать зубы. Только сейчас она почувствовала, что её до костей пробирает холод. Пальцы онемели. Она изо всех сил старалась заставить их повиноваться!

Увы, всё тщетно. Она дрожала как осиновый лист.

Саймон убрал её пальцы с пуговиц. Он заслонил собой тусклый свет, уходящего дня. Анна с изумлением почувствовала, как Саймон сорвал с неё жакет. Услышав, как он шлёпнулся на пол, она отстранённо отметила, что теперь деталь её гардероба совсем испорчена.

Следующей на очереди была её белая блузка с оборками. Из-за дневной жары Анна не надела ни корсет, ни сорочку, а теперь влажная ткань облепила всё её тело, став совершенно прозрачной. Анна с ужасом обнаружила, что её соски напряглись и стали отчетливо видны. Подняв руки, она попыталась оттянуть блузку от груди.

Но Саймон уже начал ловко и уверенно расстёгивать пуговицы.

– Я сама могу это сделать, – задыхаясь, сказала она.

Она ошеломлённо почувствовала, как тыльная сторона его ладони скользнула по её груди. Анна прикусила губу. Утешало лишь то, что в этот момент Саймон на неё не смотрел. Выражение его лица было мрачным и напряжённым.

Остальную одежду он снял с неё с той же бесстрастной деловитостью и накинул ей на плечи одеяло. Всё это он проделал в два счёта. Его движения были немного резкими, а руки – холодными, но умелыми.

Но он уже натворил дел. Анна сгорала со стыда, оттого что Саймон видел её обнажённой.

«Почему тебя это так волнует?» – насмешливо спросил её внутренний голос.

Саймон не воспринимал её как женщину, несмотря на их обжигающий поцелуй в Лондоне.

Ещё никогда Анна так сильно не ошибалась.

Дрожа от холода, она ждала, когда горничная вернётся с последним ведром воды... ждала Саймона. Глаза Анны были огромными, ярко-голубыми с тёмными вкраплениями. Глаза, которые не давали ему покоя с того дня, как они встретились в Гайд-парке.

Анна и предположить не могла, какой ледяной страх охватил Саймона, когда он понял, что её нет дома. Она думала, что он разозлился.

«Ха!» – с горечью подумал он.

А потом, когда он её увидел... Боже! Из-за неё он потерял голову. А теперь он теряет рассудок.

Это было так давно. Слишком давно. Кровь в нём бешено бурлила, в чреслах разгорался огонь.

Саймон взглянул на свои руки, которые сжал так сильно, что побелели костяшки пальцев. Только так он мог удержаться от того, чтобы не протянуть их к Анне. Он задавался вопросом, каково это будет, когда её тёплая женская плоть сожмёт его член по всей длине... что он почувствует. Его пронзила жаркая дрожь. Хотя нет, не просто дрожь. Целый поток пронёсся по всем нервным окончаниям, обостряя ощущения, и затрепетала каждая клеточка его тела.

Его охватило желание. Что бы Саймон только ни отдал за возможность раздеть её ещё раз! Обнажить то, что он видел лишь мельком, но на этот раз медленно, с нарочитой неторопливостью, чтобы рассмотреть её всю. Саймон так хотел крепко прижать её к себе, чтобы она почувствовала то же, что и он, – неистовое, обжигающее и мучительное желание.

Он мучился сам. И мучил её.

Саймон задавался вопросом, почему он не уходит. Остановила бы она его? Да или нет? По крайней мере, в тот вечер, когда они прибыли в Роузвуд, она этого не сделала. Нет, тогда нет. Но сейчас...

Пристально уставившись на его подбородок, Анна избегала взгляда Саймона. Его даже забавляло, что она не поднимала взор выше. Он почувствовал её неуверенность, заметил, как потемнели её глаза, как она с трудом сглотнула и вцепилась в это проклятое одеяло, словно в железный щит.

Боже правый, неужели она и впрямь думает, что он ею овладеет?

– Вода в ванне остывает.

Он услышал её прерывистый вдох.

– Отвернитесь.

Саймон стиснул зубы. Их взгляды встретились. В её широко раскрытых глазах читалось отчаяние и мольба.

Резко развернувшись, он вышел из комнаты, оставив Анну мыться в одиночестве. В коридоре Саймон услышал плеск воды и, натянуто улыбаясь, спустился вниз.

Прошло полчаса, возможно, чуть больше, прежде чем он вернулся. Приняв ванну, она сидела на низком табурете перед камином, расчёсывая волосы щёткой с серебряной окантовкой. Анна была босиком, в белом халате, завязанном на талии. Когда она слегка повернулась, из-под платья выглянуло кружево. Она замерла, не выпуская расчёску из рук. При виде Саймона во взгляде Анны отразились испуг и удивление. Саймон сделал вид, что ничего не заметил, захлопнул дверь каблуком ботинка и, не останавливаясь, прошёл вперёд.

Не говоря ни слова, он поставил поднос на круглый лакированный столик рядом с ней. Он заметил, как она глубоко вздохнула и, покраснев, отложила щётку. Взгляд Саймона скользнул по Анне. Он впервые видел её с распущенными волосами. Невероятно длинные пряди цвета мёда, янтаря, топазов и виски с солнечными бликами рассыпались по её плечам и струились по бёдрам.

Боже, какая же она привлекательная! Такая чертовски красивая, что у него внутри всё сжалось.

Не говоря ни слова, Саймон придвинул стул к её табурету.

«Невозможно понять, взволнована она или недовольна», – мрачно усмехнулся он.