Чокнуться можно! Том 3 (СИ) - Аржанов Алексей - Страница 15

Вот и всё. Это был мой последний удар.

Сафонов молчал. Его левый глаз начал судорожно дёргаться.

— Капитанов сегодня вечером сядет восстанавливать карты. С моей помощью и с помощью айтишников. И вы ему перед уходом передадите все пароли, все доступы и личное письменное объяснение, что произошёл технический сбой. Чтобы у проверки не было лишних вопросов.

— Вы понимаете, что после такого я в Тиховолжск больше никогда не вернусь? — прошептал он.

— Понимаю. И, признаться, не очень расстроюсь, — усмехнулся я.

— Недурно, Алексей Сергеевич, — вздохнул он. — А вы ведь могли меня уничтожить. И до сих пор можете. Зачем весь этот разговор? Почему вы вдруг решили меня… пощадить?

— Потому что мне это не нужно, — честно ответил я. — Главное, чтобы поликлиника работала и другие специалисты не страдали. Этого достаточно. Так что считайте: вам повезло.

— Так и считаю, — он хлопнул ладонью по столу, а затем поднялся. Без резких движений, спокойно. — Идёмте к Володину.

/Объект: Сафонов Е. М. Эмоциональный фон: серый с примесью облегчения. Признаки: капитуляция. Сопротивление снято/

/Совместимость с телом: +1.4%. Текущий показатель: 79,4%/

Что ж, кое-что в Сафонове меня и в самом деле восхитило. Он сдался с честью. Не стал больше упрашивать меня, умолять, злиться. Понял, что спастись уже не выйдет, поэтому сделал всё так, как я и просил.

Вскоре с заместителем главного врача официально было покончено. Через полчаса он уже сдался Володину, а я вернулся на своё рабочее место. С победой!

В ординаторской меня ждала Полина.

— Ну? — коротко спросила она, не оборачиваясь.

— Пишет заявление. Володин уже в курсе — я слышал из-за двери, как тот орёт.

— Без полиции, значит, — констатировала она.

— Без полиции.

Полина наконец повернулась. В её зелёном фоне мелькнул иной оттенок. Тёплый. Что-то вроде одобрения.

— Правильное решение, Алексей Сергеевич. Лишний шум вам сейчас ни к чему. И кстати… — она сделала паузу, отпила чай из кружки. — Вы сегодня показали себя хорошо. Я довольна.

— Спасибо, — сухо ответил я. — Это, случаем, не сокращает мой испытательный срок?

— Даже не надейтесь, — тут же парировала она. — Хотя… Я подумаю.

К вечеру по поликлинике расползлись слухи. Проверка прошла успешно. Нашли к чему придраться, но всё же головы после этого не полетели. Капитанов долго благодарил меня за помощь. Не мог поверить, что за всем этим стоял Сафонов.

Да и никто в это поверить не мог. По клинике вообще пошла куча лживых слухов о произошедшем. Кто-то говорил, что Сафонова сняли за хищения. Кто-то — что он сам ушёл, потому что переезжает. Другие вообще заявляли, что между ним и Володиным была драка в кабинете. Чего я, кстати, не исключаю!

В половине восьмого вечера, когда коридоры поликлиники наконец опустели, я сидел в своём кабинете. Полина ушла, а я продолжал исправлять записи в электронных картах. Сафонов наследил и сбежал, но это не значит, что информацию в системе нужно оставлять в прежнем виде.

Чувствую, поликлиника ещё как минимум неделю будет восстанавливать повреждённые карты.

За десять минут до закрытия поликлиники в мою дверь постучали. Не успел я бросить «Войдите!», как дверь отворилась и на пороге моего кабинета появился Богатов.

— Кирилл Валерьевич? — я отложил карты и повернулся к своему знакомому. — Вы чего здесь делаете?

— Нет времени объяснять, Алексей Сергеевич, — пытаясь отдышаться, выпалил он. — Знаю, что сам дал вам время подумать перед встречей с моими «знакомыми», но ситуация изменилась. Больше откладывать знакомство нельзя.

— Почему это? — нахмурился я.

Система сообщила, что Богатов не врёт. Подвоха нет. Значит, и в самом деле стоит к нему прислушаться.

И тогда Кирилл Валерьевич добавил:

— Они хотели раскрыть ваш потенциал, доктор Астахов, но произошёл форс-мажор. Теперь им нужна ваша помощь. И, возможно, вы — единственный человек, который способен им помочь.

Похоже, сегодня завеса тайны, которая окружает места силы, Богатова, магию и даже мою систему, наконец, исчезнет.

Глава 7

— Подождите, Кирилл Валерьевич, — я нахмурился. — Кому нужна моя помощь? Что вообще произошло?

Богатов прикрыл за собой дверь кабинета. Огляделся. Привычка у него такая — даже в пустой поликлинике вечером он всегда сначала убеждался, что нас никто не слышит.

— Тот человек, о котором я вам говорил. Один из тех, кто должен был с вами познакомиться в конце мая. Он приехал. Сегодня. Без предупреждения.

— Может, расскажете хоть какие-то подробности? — попросил я. — Откуда он приехал? И кто он такой?

Пока что вообще ничего не понятно. Я уже догадался, что знакомые Богатова могут пролить свет на всё, что меня интересует. Но шифруются они так, будто я с каким-то мировым правительством имею дело!

— Он приехал из Москвы, — ответил Богатов. — И, Алексей Сергеевич, это нештатная ситуация. По нашим правилам так не делается. Если человек его уровня срывается с места и едет за восемьсот километров, не предупредив никого об этом, значит ситуация действительно срочная.

— Погодите… Человек «его уровня»? — переспросил я. — Что это значит?

Богатов помедлил. Будто прикидывал, сколько сейчас можно сказать, а сколько — нет.

— Игорь Алексеевич Щербаков. Хирург. Работает в одной из центральных московских клиник. Молодой, ему всего тридцать пять лет, но уже с именем. А кроме того… — Богатов посмотрел мне прямо в глаза. — Кроме того, он знает о местах силы. И сам, скажем так, не совсем обычный человек. Подробности он расскажет вам лично. Я не имею права раскрывать остальное. Я — лишь связной.

— То есть он такой же, как я? — аккуратно спросил я.

— Не такой же, — покачал головой Богатов. — Похожий. Но не такой же. Знаете, Алексей Сергеевич, вы не один в этой стране. И даже не один в этом мире. Просто у каждого своя… специфика. Своё поле работы.

Я медленно откинулся на спинку стула.

Вот оно. То, о чём я подозревал последние недели. Я не уникален, есть другие. Кто-то ещё обладает схожими способностями. С системой или без неё, но всё же такие люди есть. До этого момента это было предположение. Но сейчас впервые хоть кто-то заговорил об этом вслух.

— И зачем я ему понадобился?

— Не ему, — тихо ответил Богатов. — Его жене.

— Что с ней?

— Вот этого я вам объяснить не смогу, — он развёл руками. — Я в этом ничего не понимаю. Но Игорь Алексеевич сегодня привёз её ко мне в дом. Сам он, насколько я знаю, врач от бога. Очень выдающийся человек. Но с тем, что происходит с его женой, он справиться не может. Думаю, он отчаялся. И когда доктор Щербаков узнал, что в Тиховолжске работает психиатр со специфическим даром — он сорвался и поехал.

— Сорвался без согласования? — уточнил я.

— Да, именно, — подтвердил Богатов. — Скажем так, выше него есть ещё кое-какие люди. Вряд ли они будут довольны, что Игорь Алексеевич решил познакомиться с вами ещё до них… Но это уже не ваши проблемы.

Я несколько секунд молчал. В голове крутилось разом столько вопросов, что приходилось выстраивать их в очередь.

— Кирилл Валерьевич, — наконец сказал я. — Я понимаю, что вы мне сейчас рассказали процентов десять от того, что знаете. Может, пять. Но даже эти пять процентов поднимают вопросов больше, чем дают ответов. Давайте так: я еду с вами. Поговорю с этим вашим Щербаковым. Дальше буду действовать по обстоятельствам.

— Я и не рассчитывал, что вы откажетесь, — Богатов улыбнулся. — Пойдёмте. Надеюсь, вы уже закончили с работой. Машина ждёт нас внизу.

До особняка Богатова мы доехали минут за двадцать. На улице уже начало темнеть, даже несмотря на то, что световой день к середине мая значительно увеличился. Богатов всю дорогу молчал, и я был ему за это благодарен — мне нужно было собраться с мыслями перед предстоящей встречей.

Особняк его стоял в старой части города, за высоким каменным забором. Двухэтажный, с лепниной по фасаду. Такие здания в Тиховолжске называют «купеческими», их местные краеведы с гордостью показывают проезжим туристам.