Английский детектив. Лучшее за 200 лет - Диккенс Чарльз - Страница 82

Через пару-тройку дней после пропажи Саммерс получил от Джимми (который не знал о краже) новое письмо, и там говорилось: если мы не нашли тайную комнату, можем спросить Кричтона, ведь именно он был «кое-кем еще», кому Джимми рассказал о ней, и что берет назад обещание не говорить об этом. Конечно, это объясняло, каким образом Кричтон, зная, что Джимми заболел и уехал, а больше никому не ведомо об этом месте, спрятал серебро именно там.

А еще через неделю у нас поднялась новая шумиха. Мы с Лори бродили по берегу, разыскивая личинок ручейников, и наткнулись на старого мистера Бакера из Эбботтс Дрейтона – большого любителя порыбачить, но не слишком удачливого. Он сидел на берегу со спиннингом, и мы спросили:

– Есть улов?

Как только задали вопрос, леска натянулась и он воскликнул:

– Есть! – И начал мотать катушку как ненормальный и так размахивать удочкой, что я был уверен: он вот-вот что-нибудь сломает.

Мистер Бакер пришел в невероятный азарт. Я и сам разволновался, потому что в Мэри ловятся порой крупные щуки – иногда до семнадцати фунтов, – а затем Бакер вдруг сказал:

– Вот дрянь! Это водоросли.

Короче, некоторое время он всматривался в улов, и то был уверен, что это водоросли, а то спустя минуту заявлял, что это Щучий царь (которого потом поймали все-таки) и что он устроил бучу на дне.

Как только Бакер в четвертый уже раз решил, будто это водоросли, он понял, что немного вытянул свой улов – и тут же пришел в восторг, уверяя: это тридцатифунтовая щука. Чем бы это ни было, оно приближалось, поэтому Лори лег на землю, прикрыл глаза ладонью и сказал, что видит блеск чешуи. Потом, стоило мне схватить багор и взять его на изготовку, он заявил:

– Не-а, это вообще не рыба, а что-то не меньше лодки.

Затем сам взялся за багор, подцепил, и мы вместе вытянули эту штуку к берегу. Ею оказалась детская коляска.

Она лежала на левом боку, а старый Бакер все это время тащил ее, зацепив за днище. В общем, он распсиховался, начал орать, что это мы во всем виноваты, и когда я попытался успокоить его, сказав, что коляску можно оставить себе, если не объявится хозяин, он не мигая уставился на меня, и тогда я вспомнил, что он старый холостяк. Он отцепил крючки, запутавшиеся вокруг решетки, и после этого только молча стоял, пока мы тащили коляску туда, где берег был ниже, и вытаскивали из воды, что было еще той работенкой. А потом перепугались не на шутку. Лори выкрикнул:

– Вот дерьмо! Там ребенок! – И в коляске действительно лежал ребенок.

Потом Лори потыкал его пальцем и сказал:

– Мертвый. Твердый, как деревяшка.

Я сказал:

– Бедненький, – потому что ребенка привязали к коляске.

Выглядело это ужасно, и когда мы начали отвязывать его, перепугались еще сильнее, потому что одна из его рук осталась в моей ладони. Я не сдержался и ахнул, а потом из него посыпались мокрые опилки… И оказалось, что это кукла!

Это была большая кукла в детском чепчике. В общем, нас слегка надули. Лори засмеялся, но старый Бакер посерьезнел и сказал:

– Здесь утонула какая-то бедняжка, нужно вызвать сюда драги, – отложил удочку и поспешил к машине, припаркованной на грунтовке неподалеку. Я сказал:

– Смешная тетка: куклу катала в коляске, – потому что не мог понять, зачем это делать, разве что там лежал еще и ребенок.

Лори рассматривал коляску, потом неожиданно заявил:

– Бог ты мой, это ж коляска той женщины! Спорим, она угодила в реку, когда стемнело.

А потом он добавил, что когда женщина с мальчишкой проходили мимо Башен, в коляске почти наверняка лежал еще и тот самый сверток, пропавший из подвала, и стоило ему это сказать, я вспомнил: удивительно, что младенец не проснулся, когда тот мальчишка заревел. Все постепенно встало на свои места, и непонятно было только одно: кукла.

Я сказал:

– Странно, что ее никто не ищет.

А Лори добавил: да, раз уж она живет по соседству и он узнал ее в лицо. После таких его слов лицо той женщины встало у меня перед глазами как живое. И вдруг я все понял! Повернулся к Лори и сказал:

– Ничего с ней не случилось, потому что никакой женщины не было!

Он спросил:

– С чего это? Ты ж ее видел.

– Нет, не видел, болван! Это был Кричтон! – Потому что теперь я абсолютно убедился в этом, как и в том, что Кричтон переоделся женщиной: я от него такого не ждал.

Ну, старина Лори, понятно, поначалу с трудом мог в это поверить, хотя после моих слов согласился, что лицом женщина походила на дворецкого, и чем больше мы раздумывали, тем сильнее уверялись, что это правда. Рыдающий мальчишка – всего лишь часть замысла, а коляска, само собой, предназначалась для свертка: положить его внутрь и десяти секунд не займет, если знать, где искать. Без сомнения, его встретил приятель с лодкой, и они выбросили коляску в реку – лучший способ ее спрятать.

Когда в машине старого Бакера приехали полицейские с драгами, мы решили, что лучше всего будет все им рассказать – глупо ведь заставлять их перелопачивать реку просто так, а раз уж Кричтон вряд ли вернется, не имело смысла держать это в тайне. Так-то все и выяснилось.

Перед нашим уходом полиция нашла в коляске кусок железа: должно быть, он выскользнул из свертка, и, конечно, это стало последним подтверждением.

Само собой, в школе вовсю болтали о случившемся, и, несмотря на то что красть, конечно, неправильно, все равно было трудно не восхищаться выдержкой этого типа: утащить барахло прямо из-под носа полицейского, и так умно, хотя то, что он туда пошел, казалось полным безумием. Кто-то рассказал обо всем (что Кричтон – ворюга) Джимми, и он написал, что совершенно такого не ожидал, ведь в лазарете Кричтон каждый день навещал его и прочитал криптограмму Верна, это и подало Джимми идею сочинить свою. Он сказал, что любого надо оценивать по собственному впечатлению, а Кричтон ему показался вполне достойным парнем, поэтому хорошо было бы, если б он смылся (Джимми тогда еще не знал о находке), и что старый Фишер развел слишком много соблазнительного барахла.

В общем, думаю, мы все были согласны с ним, а втайне жалели, что Кричтона так надули с хабаром: пожалуй, два серебряных блюда едва ли покрывали все его затраты на это дело, считая стоимость куклы и коляски.

После этого, если кто-то видел на берегу старого Бакера с удочкой и спрашивал: «Есть улов?», он одаривал его таким взглядом, как будто у него спрашивали про очередную коляску, – хотя я уверен: ничего, кроме нее, он так ни разу и не поймал.