Отпуск с бывшим мужем (СИ) - Рымарь Диана - Страница 41

В холле пахнет хлоркой от бассейна и каким-то спортивным дезодорантом. Слышны звуки тренажеров и голоса занимающихся.

Торможу у стойки ресепшен, стараюсь выглядеть уверенно:

— Подскажите, пожалуйста, тренер Макар Покровский сейчас на работе?

Администратор — молодой парень в синей униформе клуба — с любопытством меня разглядывает, потом переспрашивает:

— Макар Максимович? Он э…

— Да, Максимович. — С трудом вспоминаю его отчество.

Удивляюсь про себя — надо же, как тут к тренерам уважительно относятся, по отчеству величают. В Краснодаре в спортклубах совсем по-другому.

— Он сейчас в зале, — неуверенным голосом отвечает администратор, явно раздумывая, стоит ли пропускать незнакомую женщину.

— Я к нему по личному вопросу, — добавляю с самым невинным видом.

Киваю, благодарю за помощь и, пока он не передумал, нагло прохожу внутрь.

Большой просторный зал наполнен шумом от тренажеров. У зеркальной стены занимается группа девушек с инструктором, в углу несколько мужчин таскают железо.

Прохожу дальше, оглядываю пространство в поисках знакомой фигуры. И вдруг замираю, увидев, что творится у ряда с беговыми дорожками.

На самой крайней дорожке старательно бежит худенький мальчишка лет девяти — темненький, серьезный, весь в поту от усердия. А рядом стоит сладкая семейная парочка — Макар и та самая блондинистая фифа, которая тогда со мной по телефону разговаривала!

Я ее наглую физиономию узнаю из тысячи! Она к тому же высокая, стройная, в обтягивающем спортивном костюме ядовито-розового цвета, который подчеркивает каждый изгиб точеной фигуры. Волосы убраны в высокий хвост, лицо накрашено — видимо, даже в спортзале она принципиально не может выглядеть хуже идеала.

Макар что-то говорит мальчишке, подбадривает. Блондинка неожиданно прижимается к его руке, смотрит на сына с умилением. Картинка идеальной спортивной семьи — красивые родители тренируют любимое чадо.

В процессе развода он, ага, как же… Ну конечно!

Стоит со своей семьей, тренирует сына и, по ходу дела, жену тоже. Весь такой заботливый семьянин и отец года.

А я на этом празднике жизни — лишняя.

Идиотка, которая приехала за сто шестьдесят километров выяснять отношения.

Еще и красилась три часа, собиралась, как на свидание. Кретинка!

Чувствую, как лицо заливает краска стыда.

Разворачиваюсь и на полной скорости убегаю из зала. Пробегаю мимо стойки ресепшен — администратор удивленно оборачивается.

Выскакиваю на улицу, хватая ртом свежий воздух.

Тут все по-прежнему: солнце, легкий ветерок с моря, все прекрасно.

У всех, кроме меня!

Потому что меня эта сцена Макара с семьей просто наизнанку вывернула.

От расстройства у меня даже машину не сразу получается открыть. Наконец забираюсь в салон, завожу двигатель. Надо убираться отсюда немедленно, пока он меня не увидел и не вышел выяснять, что я тут делаю.

Злость и стыд застилают глаза да так, что толком не могу сориентироваться в пространстве, банально плохо соображаю, что происходит вокруг. И, вместо того чтобы ехать вперед, по ошибке включаю заднюю передачу и от души даю газу.

Машина резко дергается, и тут раздается страшный треск металла и звон разбившегося стекла.

Черт! Черт, черт, черт!

Кажется, я врезалась в припаркованный позади огромный черный джип.

Нет, не кажется, — врезалась…

Глушу двигатель, выскакиваю посмотреть на масштабы катастрофы. У моего бедного седана помят задний бампер и разбит задний фонарь. А у джипа…

Смотрю на номер и чуть не падаю в обморок.

А не на этом ли монстре Макар вчера приезжал в Краснодар?

А-а-а-а…

Глава 43. Гордый отец

Макар

Знал же, что так будет, и все равно повелся на просьбы Лерки тренировать Вовку…

Теперь липнет ко мне хуже всякого банного листа. Морщусь, когда она в очередной раз пытается прижаться к моей руке.

Было время, когда я ее любил. Или думал, что любил. Тогда ее прикосновения вызывали совсем другие эмоции. Но то время прошло безвозвратно, срок годности наших отношений давно истек, и они сгнили, как забытые в холодильнике фрукты.

Теперь каждое ее движение в мою сторону вызывает только раздражение и желание отодвинуться подальше.

— Макар, а может, мы после тренировки где-нибудь посидим втроем? — мурлычет она, и в ее голосе ощущается слишком много сахара. — Как настоящая семья?

Вовка на беговой дорожке сопит, старается изо всех сил. Пацан хороший, не его вина, что мать такая прилипчивая. Ради мальца я на многое готов, но есть пределы.

Наклоняюсь к ее уху и так, чтобы Вовка не слышал, цежу сквозь зубы:

— Или отлипаешь от меня прямо сейчас, или я запрещу охране пускать тебя в этот фитнес-клуб. И тренировать Вовку буду без твоего присутствия.

Лера отшатывается, и на ее накрашенном лице расползается мерзкая улыбочка. Слащавая снаружи, но я вижу огонек ненависти в ее глазах. Знакомое выражение — так она смотрела на меня последние месяцы нашего брака, когда делала вид, что жить без меня не может.

— Что, уж к родному мужу и прижаться нельзя? — произносит она с показной обидой, но голос дрожит от злости.

Стискиваю зубы и в очередной раз за последнее время жалею, что вообще согласился на эти тренировки. Мог же хорошему тренеру поручить Вовку — Андрею или Кириллу. Те с детьми работают с душой. Но нет, захотелось проводить время с мальцом, показать ему правильную технику, научить любить спорт… Раз уж решил стать крутым парнем, чтобы не били во дворе.

В кармане вибрирует телефон. Администратор.

— Макар Максимович, тут к вам на парковке… — Голос у парня взволнованный. — В ваш джип врезались. Какая-то сумасшедшая…

Трубка чуть не выпадает из рук.

— Да чтоб тебя… — цежу сквозь зубы.

Моментально забываю про Лерку и ее язвительную улыбку. В голове проносятся картинки — помятый капот, разбитые фары, царапины на любимой машине.

— Вовка, заканчиваем на сегодня! — кричу мальцу, уже направляясь к выходу.

Лечу как есть, в спортивной форме, на парковку, попутно ругая всех женщин-водителей разом:

— Обезьяны с гранатами и то не так опасны! Руки бы пообрывать, права на хрен забрать! Кто их только выпускает на дорогу!

Вылетаю на улицу, готовый рвать и метать.

Однако когда вижу, кто въехал в мой джип, пылу у меня значительно убавляется…

Ведь как выглядит машина Бины, мне великолепно известно.

Сердце пропускает пару ударов, а в голове взрывается тысяча вопросов.

Вправду ее седан.

И да…

Вон она, красотка с выпученными от страха глазами, сидит за рулем. Волосы растрепались, на лице чистейший ужас.

Значит, вчера с бывшим целовалась, мирилась вовсю, а сегодня прикатила сюда?! Нормальная она вообще?

И, кажется, Бина собралась удрать с места аварии, не поздоровавшись!

Самец во мне встает на дыбы.

Ну уж нет, я не позволю ей так просто сбежать.

— А ну стой! — ору так, чтобы точно услышала.

Несусь к ней наперерез, кроссовки скрипят по асфальту. Слава богу, Бина не трогается с места. Так и остается сидеть на водительском месте, вцепившись в руль.

Подбегаю, дергаю за ручку двери автомобиля, а дверь-то заперта…

Быстро оглядываю место происшествия и цокаю языком. У моего джипа немного помят передний бампер. У ее седана задний бампер вдавлен, фонарь разбит, осколки красного стекла рассыпались по асфальту.

Да ептель на хрен…

Хлопаю себя ладонью по лбу, но все мысли про обезьян, гранаты и женщин-водителей сейчас оставляю при себе.

— Выходи давай, чудо чудное, разбираться будем, — прошу ее, стараясь говорить спокойно, хотя паршиво получается.

— Я не выйду! — сообщает она испуганным голосом через стекло. — Хочешь, вызывай полицию, я тут подожду…

Вот дуреха, надо же такой быть. Заперлась и сидит там, как в крепости. Неужели думает, стану применять силу? Во-первых, я женщин не бью, во-вторых, и в главных, — это же Бина. К тому же, пожелай я насильно до нее добраться, дверь не защитила бы никак.